Кладбище забытых талантов, стр. 99
— Ах ты жучка [85] сраная! На пахана быкуешь [86], лярва [87]? Дорогуша, я бы на твоем месте в трусы бы ссался. Ты не такая блатная, как Анжи.
В ответ призрачная девушка застучала кулаками о прутья камеры сильнее прежнего и пыталась протиснуть конечность с таким напором, что в плече слышался хруст. Хотя Анжела старалась усмирить кричавшую подругу, та оттолкнула ее и продолжила изливать гнев.
С каждым мгновением бровь главного «искателя» дергалась все усерднее, пока ее владелец не сорвался с места в направление камеры заключения. Тогда Максима провела мощный удар кулаком, но Ник легко пригнулся и мягко придал ее руке ускорения, отчего та стукнулась о решетку, и воткнул ей в бедро дротик. Призрачная девушка мгновенно припала на колено и вскоре, потеряв контроль над остальным телом, повалилась на пол.
— Стены еще как на зло усиливают все вяканья. Четкое же барахло. В натуре борней [88] стало. Во житуха! У такой молчаливой бабы такая громкая подружка.
На мгновение Юрий подумал, что Анжела поступит подобным образом и ей будет уготована та же участь, однако она лишь сжала кулак, сделав костяшки белыми, и села на колени, положив на них голову Максимы; из единственных во всем теле подвижных глаз на джинсы подруги падали слезы от ярости и беспомощности.
— Мы же оба знаем, Юрец, че ты нам заливаешь. Я же не лох [89] тупой, и мне бороду шить не надо. Ваш план накрылся медным тазом, когда Анжи не стала вырываться из захвата. А еще она не убежала, пока я решал оленя. Это самое палево. Так покорно шла в склеп, кобылка, че аж блевать тянуло. Затем ты наплел, че вот эта вот чурка знает, как замалинить [90]. Это ваще пурга! Ты, Юрец, засланный казачок, и любому другому фраеру я бы вспорол живот — на зоне такое практикуют, — но ты мне нравишься. И мне интересно, че как будет сегодня с первыми звездами, и как ты выкрутишься со своими телочками. Удиви меня, Юрец!
Маслянистая шероховатая ладонь обхватила тонкую шею Юрия и насильно потянула его. У ступеней склепа Ник кивнул в сторону комнаты с саркофагом и сказал:
— Вали к Миколе и Нате, потрещите там перед вылазкой. У вас есть час-полтора. Советую тебе, Юрец, первым найти амулет.
Талант №18. Умение противостоять гипнозу
Сторожевой призрак временами приоткрывал дверь склепа, оставляв узкую щель, чтобы наблюдать за работой солнца. После ухода главного «искателя» небесное светло еще осыпало поверхность кладбища тусклыми закатными лучами, но, словно от вида смуглого лица Ника, закрылось шалью из туч, после чего упало за линию горизонта. Дозорный хлопнул дверью и зажег светильник, стоявший в одном из углов предбанника.
На поверхности кладбища вмиг потускнело, начало смеркаться.
Невольно выполнив приказ главаря банды, Юрий приблизился к товарищам на ближайшую ночь. Они сидели в конце комнаты с саркофагом на пыльном полу, не взяв свои подстилки, и огромные силуэты их разливались по стене от действия керосиновой лампы, что стояла у их ног. Между «искателями» не виднелось благоприятных предстоявшему делу настроений: Наташа обняла колени, поджав подол платья, на котором красные маки потеряли яркий свежий цвет, и задумчиво глядела в тонкий язык пламени, заключенный в стеклянном куполе; в противовес задумчивой подруге Микола выпрямил ноги, отчего каждый клочок шаровар впитал массу пыли, и от скуки разглядывал комнату и стучал пальцами по каменному полу.
Юрий проковылял к освещенному участку комнаты тихо, покрытый мраком. Получив добрый взгляд и легкую улыбку призрачного юноши, он занял узкое пространство между товарищами. И некоторое время молчание обуревало всех троих, пока подсевший не решил сплотить команду беседой.
— Поговорила с Андреем?
— Черт! У тебя больше других тем для разговора нет, что ли? Какая тебе, к черту, разница?
— Просто ты не видела, как он переживал за тебя.
— Мне очень помогли его переживания! Прямо-таки панацея. Ах нет!
В пояснение своим словам Наташа выставила лишенную двух пальцев ладонь и сама на миг засмотрелась на то, как искусно подействовала магия. Ни шрамов, ни других следов, словно недостаток был у нее с рождения.
— Он пытался, но начался турнир, и Тамара закрыла трактир. Вечером без инструментов открыть крышку погреба было невозможно.
— Слушай, черт тебя дери! Если бы он захотел, нашел бы способ. Я оказалась запертой с рыжей стервой по его вине, крышка погреба заклинила по его вине, и меня чуть не сожрали монстры тоже по его вине… Если бы он действительно хотел меня спасти… Он бы рассказал все Тамаре, нашел бы инструменты и выломал ту чертову крышку погреба. Но он не сделал ничего. Ничего, черт возьми!
— Кто же тебе виноват, что ты сбежала раньше, чем он нашел ту комнату?
— Ты совсем больной или как? Попробуй посидеть двенадцать часов взаперти с частями мертвых животных и жухлой травой, один, без надежды на спасение. Что я должна была делать? Надеяться, что твоя рыжая стерва не сдохнет, что найдет Андрея и благородно расскажет ему про меня? Так? Она ведь могла спасти меня… Могла! Нужно было просто открыть дверь, но она не стала, и вот зелье отрубило мне пальцы. Тварь поганая!
— Чушь! И зачем ей это? — возмутился Юрий.
— Захотела отомстить мне, паскуда. А еще чтобы потом легко и невинно обменять на меня амулет, что она, подозреваю, и сделала.
— Анжела бы так не поступила!
— Хочешь сказать, что ты за несколько дней узнал ее? Что ты знаешь, как бы она поступила, а как нет? Ты просто идиот. Но ты хотя бы потом сам спас ее. А меня спас Микола, за что я ему очень благодарна.
— Та разве ж можна було нэ допомочь? Я ж тоди за амулэтом гнався та ось бачу [91] тэбэ у трави, ныкаешься вид тварын.