Вкус жизни, стр. 273
Лена радостно вздохнула и незаметно утерла соскользнувшую слезу. Как иногда бывают чувствительно приятны воспоминания юности!
– Антон – птица высокого полета, и теперь его старенький отец лишь тень своего знаменитого сына, – сказала Мила.
– Как я уже поняла, принц потерял принцессу. Дина сыграла в его жизни драматическую роль. Не сложилось у них, не состоялось. Нашумевший роман не имел продолжения. Два равновеликих человека не нашли дорогу друг к другу. Жаль, они были великолепной парой – оба неотразимые. Кто кого из них оттенял?.. Как сложилась карьера Антона? Я наслышана об его успехах, но как-то общо и расплывчато. Какие интересы превалируют сейчас в нем? Настигла ли его новая, не менее прекрасная любовь?
Лена, предвидя самые развернутые рассказы и пояснения о безусловном любимчике курса, настроилась слушать долго и внимательно.
– Антон – фигура легендарная в наших кругах. Что выделяет его среди нас? Он Божьей милостью ученый, прирожденный физик с выдающимися интеллектуальными способностями. С самых первых шагов в науке был удивительно пытлив, творчески глубок. Достойный ученик своих учителей. Неординарный человек, с переизбытком наделенный и талантами, и прекрасными качествами души. Неугасимый огонь познания всегда толкал его только вперед – он с ним родился – и не позволял жить обыденно, тривиально, – начала рассказ Кира.
– Ему не давало покоя ощущение, что он должен быть победителем, – скороговоркой вставила Инна.
– Кто бы сомневался. Не вижу в этом ничего дурного. Он понимал меру своего таланта и старался не изменять ему, стремясь с каждым новым научным шагом выйти на более высокий виток творчества в достижении собственного совершенства. Ведь понимание глубины и тонкостей приходит с опытом. Это главное, чем он побеждал.
Его научные работы говорят сами за себя. Шел к своей цели, ни на минуту не сомневаясь в успехе. И успех сопутствовал ему. Слова его никогда не расходились с делом. А потом уже и положение обязывало держать себя на уровне «высших мировых стандартов». Помнишь, Лена, его присказки: «Право считаться одним из лучших надо постоянно доказывать. Чувство удовлетворения от сделанного оправдывает все усилия». Он работал не для власти, не для ливреи, он любил все, что делал. Шлифовал свой талант в Москве, может, поэтому быстро пошел в гору. В историю нашего города вошел уже тем, что создал научно-исследовательский институт нового типа, занимающийся разработкой самых современных технологий.
– Сам подсуетился, а некоторые все выискивали, кто стоит за его успехом, напористо доказывали, что просто так в нашей жизни ничего не случается. Много кривотолков вызывал, – с нервным смешком подала реплику Инна.
– Потом Антон пришел к необходимости вступления в партию, и это при том, что он не из тех, кто поет с хором или с чужого голоса.
– Где безликая масса, там заканчивается Человек, – процитировала кого-то Инна в непонятно какой связи.
– В противном случае – ты же знаешь – ему не видать бы директорства как своих ушей, – не меняя тона, продолжила характеризовать Антона Кира.
– И это все, что ты смогла о нем сказать, и больше из тебя не вытянуть? Меня это наводит на грустные размышления. Антон не способен терпеть рядом с собой ни советчика, ни руководителя. Не любит соперничества. Он как одинокий волк!
– Скорее как одинокий благородный лев, – улыбнулась Рита.
– Я, конечно, не настаиваю на этом, но он не мог выносить даже заместителя. А как же тезис: чтобы уметь руководить, надо уметь подчиняться?»
– Смотря кому. Заместителю, которого ему навязали? Не передергивай, Инна. Антон не готов был подчиняться ничтожеству, пусть даже если его «спустили сверху», – пояснила Рита. – Сначала спасался от зама самоиронией, а потом поставил его в такие рамки, что тот сам пожелал сменить место работы. Слишком бледно он выглядел на фоне остальных сотрудников.
– И все же выбирать руководителя коллективом – сущая нелепица. Но ведь тогда было модно, – вставила свое замечание Инна.
– Не приходится сомневаться, что Антон очень четко проводил демаркационную линию «специалист – неспециалист» и в этом плане обладал феноменальной проницательностью. Это было для него делом чести, потому что лучшим своим достижением он по праву считал свой институт и его прекрасных сотрудников.
Лена слушала рассказ Киры и сравнивала Антона с директором своего института.
– Антон быстро заявил о себе в полную силу как талантливый руководитель, способный объединять людей, безупречно согласовывать их действия. Он удивительно органичен в этой роли. Четко выстраивал свою политику, не делал пустых ходов, потому и не попадал впросак. Все задуманное ему удавалось. Он не суетный, не любит публичности. Никому не приходилось перебарывать его начальственное самолюбие, потому что он простой и воспитанный. Не представал перед сотрудниками «во всем грозном величии своей должности». Говорил, что не может позволять себе, чтобы его настроение влияло на решение не только глобальных вопросов, но и проблем отдельных людей. А все потому, что он чувствовал интерес к каждому человеку и в каждом искал личность. Знал границу, до которой можно спорить или пытаться заставить изменить свое мнение. Власть не растлила его, что теперь нечасто случается. Как-то сказал: «Опережать друг друга надо только в хороших делах». Антон жил жизнью коллектива. Люди чувствовали его дружеское расположение, верили ему. Именно в своем НИИ он высветил все грани своего таланта.
– Так ведь под себя людей подбирал, – выстрелила мелкой картечью неугомонная собеседница.
– Наверное, Антон знал слова Петра Кропоткина: «Главная задача руководителя – не мешать знающим людям работать», – сказала Жанна.
– Порядочный, честный…
– …До определенного предела… за которым честность больше похожа на глупость, – хитренько уточнила Инна.
Лицо ее выражало удовольствие и восхищение собой.
– Прекрасную карьеру сделал исключительно благодаря самому себе. У него богатый послужной список. Ему отведено лидирующее место в науке, и оно соразмерно его данным. Он сделал головокружительную карьеру. На такую высоту никто из наших ребят не поднялся. Иного результата я от него не ожидала. Но продиктовано это