Мелхиседек, стр. 378
границами с Вавилоном и Ассирией, то есть подставить себя под прямой удар. Нет, для этого у
Египта было это племя, для которого они в коридорах дворца фараона подготовили вождя
(Моисея), которому и была поставлена задача - создать на базе еврейского многочисленного и
политически неопределенного племени форпост Египта в Палестине в форме обособленного
государства.
Фигура Моисея окружена еще более несерьезными мифами, чем сам миф о рабстве в
Египте и бегстве из этого рабства. О том, что байка о ребенке, спущенном по воде в корзинке и
ставшем царем, перекатана у шумеров, мы уже говорили. Но и без этого археологического
доказательства вся история настолько плохо сверстана, что не стоит даже долго вообще на ней
останавливаться. Гораздо более интересен по некоторому антуражу другой миф, который говорит
522
о том, что Моисей убив египтянина, обижающего еврея, бежал из Египта и скрылся, (где бы вы
думали?) в Мадиаме. То есть мы должны поверить, что фараон искал Моисея, чтобы убить, и не
нашел его нигде в Египте, не догадавшись даже заглянуть в единственную граничащую с Египтом
общину, которую представляли собой мадиамитяне.
Кроме того, мы должны поверить, читая книгу Исход, наверное, тому, что, уже зная о том, что Моисей у мадиамитян, у фараона оказались слишком короткие руки, чтобы его оттуда
достать. Из Мадиама, земля которого, наверное, была видна с крыши фараонова дворца! Беглые
преступники и политические диссиденты - не антураж нашего времени. Они были всегда. И
решался этот вопрос также, как и сейчас - основами международного права. Вот перед нами
договор между Рамсесом II, фараоном Египта, и хеттским царем Хаттусили III. Это мирный
договор по окончании боевых действий, в которых Египет взял верх, и по одному из пунктов
договора хетты обязуются возвращать фараону египетских политических беженцев, а египтяне
обязуются делать то же самое относительно хеттских преступников. Обычный пункт обычного
договора. Причем данный договор примечателен тем, что уж дальше, чем хетты, географически
от Египта никто, наверное, не находился. Из Египта в Турцию и сегодня не сразу доберешься, а
тогда вообще было сродни подвигу. И даже в этом случае беглец возвращался. А Мадиам Моисея
не вернул! Библия - интересная книга.
А также мы должны поверить тому, что фигура Моисея была настолько привлекательна
для Иофора, вождя мадиамитян, что он взял, да и приютил под боком у Египта его
государственного преступника и врага фараона. А чтобы фараон до конца не сомневался в
составляющих искренних чувств Иофора к нему и ко всей его фараонской династии вообще, Иофор отдает за Моисея свою дочь! Получи, фараон! Вот это все так написано, как будто читать
должны это только те, кто это писал сам. Может быть, так и надо поступить с этой книгой?
Потому что даже дебилу ясно, что если бы фараон искал Моисея для наказания, и на него
наткнулся бы Иофор, то Моисей немедленно был бы связан и отвезен к фараону в качестве
выражения самых добрососедских чувств всех мадиамитян и сейчас, и во веки вечные. Зачем
Иофору из-за какого-то беглого неизвестно кого, было ссориться со всем Египтом?
Всю эту околесицу может привести в разумный вид только одно предположение - или
Моисей был мадиамитянином по происхождению, или был отправлен фараоном на стажировку в
Мадиам, где он должен был под руководством Иофора ознакомиться с принципами
существования государства
не египетского толка, небольшого, мононационального, образованного бывшими кочевниками в полупустыне и верного Египту. Моисей, скорее всего, проходил в Мадиаме школу управленца, а тут и дочка ректора приглянулась…
Потому что дальнейшие события, когда Моисей с братом Аароном приходят к фараону, могут иметь только один смысл - они пришли, чтобы доложить о готовности идти в Палестину.
При любом другом предположении, а особенно по версии Библии, в которой Моисей и Аарон
пришли с требованием (!) отпустить рабов-евреев в Палестину, хамили фараону и выдвигали
различные политические претензии, разговор Моисея с фараоном не длился бы долго, если бы
вообще состоялся.
523
После доклада фараону Моисей объявляет евреям - мы идем в Палестину. Никакой
радости у народа это известие не вызвало. "Нас и здесь хорошо кормят" - сказали удивленные
люди. Но это никого не интересовало. За них уже все решили. Сколько народ не возмущался
всей этой затеей, ни сейчас, ни потом в пустыне, воля фараона подняла их с насиженного места
и погнала в ту землю, из которой