Мелхиседек, стр. 12

детям. Какое слово должно быть ругательным: любовница или проститутка? Как и каким

образом, мы все стали считать, что наоборот?

16

И вообще, - все, что происходит между мужчиной и женщиной в физическом плане, - это

хорошо или плохо? Если это хорошо, то почему мы делаем это, тщательно укрывшись от чужих

глаз, как нечто очень постыдное? А если это плохо, то почему мы называем это супружеской

обязанностью? Мы, что, - тем самым вменяем в обязанность грех? А если это обязанность, то

есть, непременная работа, то почему мы так не любим, когда ее за нас пытается выполнить кто-

нибудь другой? Мы считаем, что он все сделает неправильно и только дело испортит? Или, -

почему? Если это не обязанность, а наслаждение, то почему мы устроены так, что мужчина

получает его всегда и в самые короткие сроки, а женщина может получить далеко не всегда даже

при самых рекордно длительных сроках? Это, что, - средство получения наслаждения только для

мужчин? Тогда почему женщина переживает (если получает), оргазм, который по последним

исследованиям в 8-9 раз сильнее мужского? Сексологи вообще говорят о том, что это совершенно

два разных явления, которым даже нельзя давать одно название: если женские переживания

назвать "оргазмом", то, следуя их логике, мы должны мужские ощущения назвать "омом", где

корень слова "о", а остальное суффикс и окончание! Если это не наслаждение, а игра, то почему

проигравший не выбывает и не сменяется очередником, а победитель не получает права первым

начать второй тур? И, вообще, что это за игра, когда тот, кто способен играть часами, может

получить приз только в том случае, если для этого хоть что-то сделает тот, кто может выиграть

уже через минуту? Если это не игра, а необходимый для здоровья физиологический акт, то

зачем, в таком случае, придумана эрекция, которая делает необходимое возможным или

невозможным, в зависимости от своего присутствия? Если это средство продолжения рода, то

зачем тогда овуляция и те многочисленные дни после нее, во время которых ребенок не может

быть зачат? И, главное, - если это средство продолжения рода, то куда мужчина в конце так

оголтело торопится, если ребенок будет только через девять месяцев? Вопросы, вопросы, вопросы, каждый из которых превращает в ничто те ответы, которые мы знали до того, пока не

задали вопросы к ним. Кто и когда убедил нас в том, что это, - ответы?

А убедить нас можно в чем угодно с первого предъявления. Например, все мы знаем, что

когда Деникин шел на Москву, то "социалистическое отечество" было в опасности. И дело даже

не в том, что раньше авторами этого лозунга утверждалось, что "у пролетариата нет отечества", а

теперь какое-то отечество, все-таки, смотри ты - и появилось! Дело в том, что у Антона

Ивановича под ружьем было 150 тысяч бойцов, из которых только 40 тысяч представляли

кадровых военных Добровольной Армии. Все дело в том, что Рабоче-Крестьянская Красная Армия

с неимоверным усилием отбросила его от столицы, имея в своем распоряжении всего лишь три с

половиной миллиона отменно вооруженных солдат и арсеналы царской России! Любой доцент

любой кафедры истории, и мы вслед за ними, готовы повторять, что это очень опасно, когда на

24 твоих солдата приходится целых один солдат противника. Любое, даже не социалистическое

отечество, всегда будет в опасности, если им руководят люди с такой военной арифметикой.

На эту же тему: Россия в очередной раз побила немцев в 1941-1945 годах. Подвиг народа

неоспорим. Война еще раз доказала, что наш многонациональный народ непобедим не только

потому, что является единым народом и умеет спокойно, но сердито драться, но и потому, что

может побеждать вопреки бездарности своего военного руководства. Почему мы называем

17

"великими полководцами" тех, кто за несколько дней войны сподобился потерять несколько

миллионов убитыми, пропавшими без вести и плененными? Говорят, что, мол, не готовились к

войне, не ожидали. Хотя Виктор Суворов убедительно доказал, что к войне готовились и были

вооружены лучше. Но и в том и в другом случаях, - великие дураки, но не великие стратеги, если

ждали но в летаргическом сне, или же не ждали того, о чем знал любой крестьянин

приграничной полосы. Ладно, оставим начальный период войны, когда немцы зловеще

наступали, а мы стойко оборонялись, как могли. Посмотрим в 1942 год. После зимней

стабилизации фронтов маршалы уже не могли не знать, что война, все-таки, началась, (об этом

даже по радио говорили!), и, что летом будет ее новый виток. И что же? Зима прошла, настало

лето, и немцы опять зловеще наступали, а мы стойко оборонялись, как могли. Великие

полководцы при герое-народе