О музыке и не только, стр. 13

Самара нас встретила хорошей погодой. Мы энергично похватали свои шмутки, гитары и другое нехитрое снаряжение и высыпали не перрон. Еще предстояло добираться на электричке до палаточного городка, где то минут 40—50. Конечно, после нескольких дней тряски в поезде, нам хотелось окунуться в какую-нибудь речушку, поваляться на травке, глядя на медленно проплывающие облака. Но добираться до места хочешь или не хочешь, а надо. Иначе, зачем мы сюда приехали?! Отмотать по железной дороге столько километров, чтобы покушать самарских пирожков и подышать чистым воздухом, было бы просто глупо. С таким же удовольствием можно было бы собраться где ни будь поближе, например, на берегу Томи. В итоге, через какое то время, мы снова загрузились в электричку и двинулись до места. Как нам рассказывали бывалые туристы, рыбаки и барды, народу там собиралось до ста тысяч! И действительно, фестивальная поляна пестрела от палаток, вигвамов и других объектов временного проживания. Нужно еще было со всем нашим добром умудриться спуститься с огромной горы, которая на время фестиваля превращается в зрительный зал. Но мы сделали это! Наша команда благополучно оказалась на фестивальной полянке. Затем мы с остервенением начали искать место, где нам можно было разбить наши палатки. И через пару часов непрерывных усердий, на нашем пятачке красовалось несколько уютных гнездышек. Конечно, отметили наше удачное прибытие. Затем, наш вездесущий Паша Гридин, ушел узнавать о регистрации вновь прибывших. Такой сложился порядок, что все приезжающие проходят регистрацию. На первый взгляд эта процедура ненужная, но полезная. Каждый год, на очередном фестивале происходят какие-нибудь заморочки. То ребенок у кого то потеряется, то вещи пропадут, (чаще всего деньги) то кто то передерется по пьянке, а кто и утонет в местном озере по неопытности или по неосторожности. Всякое бывает. И чтобы было меньше проблем с выявлением подобных происшествий, внедрили такую систему регистрации.

А вообще надо сказать, атмосфера там потрясающая. Действительно говорят, что песня сближает людей. И неважно кто ты: слесарь, библиотекарь, инженер или профессор. Там все равны. Там все свои. И даже, если тебя не знают, ты будешь желанным гостем у любого костра. Меня это поразило! Настолько там силен дух братства. А сколько знаменитостей! Конечно, я имею в виду наших бардов. Это же не каннский кинофестиваль. Хотя бывалые рассказывали, что и артисты кино тоже иногда присутствовали. Мне посчастливилось исполнить свою песню самому Владимиру Туриянскому, которому в этом году уже стукнуло 83 года! Он так же известен в авторской песне, как к примеру Олег Газманов на эстраде, Плисецкая в балете, Башмет среди любителей симфонической музыки.

Сначала нужно было пройти отборочный тур, затем еще один, ну а уж потом ты попадаешь в финальный тур. Владимир Туриянский выслушал меня внимательно, а потом сказал: «Мне кажется, что ваша песня похожа мелодией на одну из песен Высоцкого…» Я в ответ: «Не спорю, может быть, но слова то мои!» Однако, дальше я спорить не стал, мэтру видней и решил положиться на удачу. Повезет, так повезет, а не повезет, так… Это как герой фильма «Все будет хорошо», которого играет Александр Збруев, сказал: «Мужик, подними правую руку вверх, а потом резко отпусти и скажи: А хрен с ним!» Вот и я так же примерно поступил, потому что не прошел первый отборочный тур. Но на ошибках учатся. Мне оставалось одно, это сделать видео материал о фестивале. Не зря же я поехал в такую даль! Пришлось побегать и поклянчить у операторов камеру, благо, что тележурналистов было довольно много. По-моему с телеканала РТР даже кто то был. Нашелся один парень, не помню, к сожалению его имени, который согласился дать мне поснимать его камеру. В общей сложности у меня получилось сырого материала минут на двадцать. Сначала отснял несколько панорам, интересных лиц крупным планом, потом пару песен. И одну из них в исполнении нашего трио из «Рассвет». Девчонки были из музыкального училища, профессионально исполнили две песни, за что и протиснулись во второй тур, но в финал не попали. А жаль! Ведь петь на гитаре, (сцена делалась из досок в форме гитары и спускалась на воду, как плот) почетно для каждого исполнителя. Обычно после отборочного тура, а он проходит на следующий день после официального заезда, шустрые ребята с молотками сооружали еще одну небольшую сцену. На нее и выходили все, кто прошел во второй тур. А вот на следующий день, чаще всего в воскресенье, начиналась подготовка к финалу. С утра все выглядело, как развороченный муравейник! Все бегали, что то искали, что то писали, что то рисовали, что то доставали. Главная сцена гитара, оформлялась, как я уже писал, очень оригинально. По грифу этой самой гитары, участники финалисты должны будут выходить на сцену. «Задник», т.е. задний фон, изготавливался в виде большого паруса, на который проецировалось изображение с проектора. На этом самом парусе и показывали всех участников финала. Было очень классно! Зрители, сидевшие на галерке, не могли подробно рассмотреть выступающих артистов, а вот благодаря этому парусу-экрану, все просматривалось довольно хорошо. Помню, я сидел за спиной известного автора и исполнителя Олега Митяева, и смотрел на него почти не отрываясь, как будто первый раз его увидел. Но я действительно, первый раз увидел этого замечательного артиста. Потом, уже спустя много лет, я встретился с ним после концерта в нашей филармонии. Он любезно поставил свой автограф на своей авторской книге. Так вот, практически весь финальный концерт сопровождался дождем. Разноцветное море зонтов, фейерверки на том берегу реки и расположившиеся в байдарках, рядом с гитарой-сценой благодарные зрители, все это было великолепно! После концерта состоялся отличный салют. Уезжали мы в понедельник утром, полные впечатлений, уставшие, не выспавшиеся, многие с похмелья, но довольные и счастливые! Дождик, моросящий почти всю ночь, а затем и утром, лил свои слезы и не хотел нас отпускать. Я по приезду домой написал песню «Дождь под Самарой». Но, к сожалению нужно было уезжать и мы привычно заполнили вагоны электрички.

Всю дорогу до дома мы только и говорили о фестивале. Я же был доволен в двойне! Посмотрел и поучаствовал сам, да еще отснял необходимый материал для передачи. Коллеги из АИКа встретили меня, как и положено встречать человека, обладающего интересной и нужной информацией. Но эту информацию еще нужно было довести до нужной кондиции, т.е. написать сценарий, подготовить закадровый текст, сделать видео монтаж, наложить титры и много еще чего. Началась обычная, будничная работа. Когда я готовил очередной выпуск «Серебряных струн», Юрий Васильевич куда то умотал и я обсуждал все детали с Александром Каретиным. И вот через несколько дней все было готово, и моя авторская передача вышла в эфир. Как долго ждал я этого момента! Критика, конечно, была в мой адрес. Куда же без нее? Но все это было цветочками, по сравнению с приездом Васильевича. Он бывший ВГИКовец, глянул на это дело своим профессиональным глазом и сказал, что эта передача была последней в моей творческой жизни. Но так думал только Васильевич. Остальные наши сотрудники были неплохого мнения о «Серебряных струнах». Я же больше не стал нарываться на грубость и завязал с авторскими программами.

Через некоторое время наш директор ушел, затем тоже самое сделал Васильевич и пошло, поехало! К концу июля месяца было понятно, что АИК потихоньку, помаленьку разваливается. Нужно было опять искать работу. И когда я уволился, то не думал, не гадал, что столкнусь с проблемой безработицы. Не смотря ни на что, я сохранил самые теплые воспоминания о своей работе в АИКе. Жаль, что все рано или поздно заканчивается.

Однажды мне подарили акустическую гитару с звукоснимателем, на ней еще стоял съемный блок. У него было три ручки: громкость, регулировка низких частот и регулировка высоких частот. Дома у меня к тому времени был катушечный магнитофон «Комета» с колонками. Вот через него я и подключал