Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 99
лесу.
Внезапная слабость снова накатила на лучника и, если бы его не поддержал Люка, он бы упал.
- Присядьте, лорд, - сказал Люка. – Вы бледны.
Эллион рухнул на сугроб и замолк.
На небе загорались первые звезды. С вершин налетали пронизывающие порывы
холодного ветра, колыхали полы и капюшоны, забирались под одежду и текли по хребтам
ледяными струйками кусачего холода – эльфы ежились, подергивая плечами. В тени
отвесных утесов шевелились зыбкие контуры с горящими глазами. На склонах
изломанных гор протяжно выли твари, рожденные горным мраком и дыханьем зимы.
- Позволите? – Арианна отбросила капюшон, разлив по плечам серебро волос и, проскользнув меж мужчин, опустилась рядом с неподвижным Габриэлом.
Откинув черные мокрые пряди, облепившие мраморное лицо темного, девушка чуть
заметно вздрогнула – высокородного лорда главнокомандующего она узнала даже в
скудном свете ноябрьского вечера. Но выдавать нахлынувшую дрожь побоялась и сразу
взяла себя в руки. Другим не обязательно знать, что судьба уже однажды сводила их
вместе и отнюдь не для дружеских бесед за чашкой ароматного чая.
Перекинув волосы на одно плечико, она осторожно припала к груди
бесчувственного и истощенного воина. Пепельный жемчуг упал на сапфировые локоны
Габриэла, и налетевший порыв переплел их - соткал драгоценное серебро и черный бархат
в цвета сумеречных огней.
- Может, ну его. Тихо сбросим в реку и все? - Предложили за спиной.
Это сказал огр.
- Вы со мной не согласны, лорд Остин? – В его хрипе послышалось удивление.
- Нет, Мардред. – Певуче отвечал Остин. – Он, конечно, темный. А темные наши
враги. Но, если все, что нам рассказали правда и исчадия бросили его умирать, значит, он
им не друг. А враг моего врага…
- По мне – надо было прикончить его еще в Мертвом лесу.
- Лорд Эллион!
141
- Да делайте вы что хотите, - тяжелый голос лучника отдавал усталостью и злобой. –
Надоели! В дороге все уши прожужжали, что мы милосердные создания, а милосердным
созданиям убивать – грех. Теперь еще и здесь завели эту песню.
- Эллион, не горячись. Побереги себя, - попросил Хегельдер.
- Как скажите советник, - опустил голову лучник короля Аннориена. Точнее, уже не
лучник – а просто никто, точно так же, как Хегельдер уже не королевский советник. И
зачем он его так называет, ведь их король пал, а королевство захлебнулось в крови.
- Арианна, – позвал Остин, не обращая внимания на перебранку.
Ревела и пенилась Этлена. Девушка сильнее прижала ушко к груди шерла. Крупный
белый гладкий камень лизнула волна. Эльфийка прищурилась – камень сдвинулся, зашелестел по мелкой гальке и сорвался в реку, уносимый течением в далекую ветреную
тьму. Рядом шелестело дыхание седого лекаря с тревогой ожидавшего ее ответа.
И вдруг откуда-то из глубинной тишины, едва уловимое тук… и снова холодная, мучительная тишина. Арианна коснулась холодных неживых пальцев Габриэла, прикрыла
сияющие глаза и снова услышала легкое, как шепот цветов в летний вечер – тук…
Тук…
Эльфийка медленно распрямила спину и посмотрела другу прямо в глаза:
- Он жив, Остин. Но очень плох.
Владетель Ательстанда кивнул.
Холодало, на западе сверкнул последний закатный луч, а с севера тянулась грозная
гряда темно-синих облаков, закрывая звезды и одевая хребты чернильным серебром.
- К ночи разыграется метель. Надо возвращаться. Люка, Эридан, расстилайте плащ и
укладывайте его, - кивнул он на недвижное тело темного эльфа.
- Что? – Мардред подался вперед. – Вы серьезно? Вы заберете его в приют? Да, бросьте. Я думал, вы поглядите и добьете, если что. А вы…
- Я решаю, кого пускать в приют, а кого нет, - отрезал Остин. Доброе сердце
молодого лесного эльфа противилось ужасным, бездушным словам огра. – Закончим спор.
Люка расстелил на снегу плащ, Эридан бросился помогать.
- Он же очнется и всех нас перебьет, - хрипел огр, стоя на своем. Его капюшон давно
рухнул на спину, а полы короткого плаща рвались, как парусины. – Наверняка он за этим
и прибыл. Неужели вы не понимаете?
- Ты браги, что ли перепил, Мардред? – Рассмеялся Люка, укладывая Габриэла на
плащ. – Ты хочешь сказать, что этот темный переломал себе ребра и истекал кровью
много дней, чтобы вот таким нехитрым способом пробраться в приют и перебить нас?
- Смешно, - поддержал друга пепельноволосый Эридан.
Огр презрительно рыкнул, но промолчал.
Когда, наконец, отряд был готов, Остин еще раз оглядел заснеженную долину, освещенную мутным светом гаснущих звезд, с минуту помолчал, о чем-то размышляя, и
уверенно скомандовал:
- И! Взяли! Понесли!
Через миг цепочка эльфов канула в угодья темноты.
- Это он, Арианна! - Распахнув огромные изумрудные глаза, прошептал Эридан, оставшись сестрой в уединении речного побережья. - Тот странный эльф с голубыми
глазами, о котором я тебе говорил, помнишь? Тот, что помешал убить меня в Эбертрейле.
Главнокомандующий армии Теобальда. – И только сейчас заметив, искреннюю
растерянность девушки, ученик чародея понизил звонкий голосок: - Но ты и сама это
знаешь, ведь так? Ты с ним встречалась?
- Довелось, - шепнула Арианна и взяла брата за руку. – Об этом никому ни слова.
* * *
Дубовая дверь тихонько отворилась и Арианна выскользнула в коридор. Шелковое
платье было заляпано бурыми пятнами, широкие с набивным узором рукава, пропитанные
142
густой мутной влагой, обвисли; по серебристым локонам темнели бардовые брызги.
Девушка прижимала серебряный таз, полный кровавой воды и тряпок. В мягком свете
настенных ламп ее поверхность зеркалила цветом рубинового вина.
Остин, облокотившись плечом о стену, блуждал взглядом по белой лепнине ангелов
и