Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 247

Издревле они хранили разум королей от темных чар и колдовских наваждений.

Расставшись с медальоном, сын Теобальда добровольно передал волю в руки злобного

Толкователя Звезд и более уже не был самостоятелен. Все это время им вертели, точно

куклой. Не зря по королевству витали слухи, будто Звездочет околдовал Правителя и тот

стал орудием в его опасных руках. Все было именно так.

- Твой наследник в пути, - обратился Звездочет к гудящей темноте. – Он вернет тебе

украденную жизнь, заплатив своей собственной.

- Господин! – Пронырливое тело юного фавна разорвало хмурь. Клацая копытцами, он пересек тропку и очутился рядом.

- Хогет, - холодно улыбнулся темный эльф и грузнее оперся на посох.

- Я ждал, как вы и велели. Никуда не уходил.

Воздух был отравлен нестерпимой вонью вулканических газов и серных озер и

Звездочет поморщился.

- Ты… молодец, - наконец, снизошел он до ответа.

- Что вы прикажете? – Фавну не терпелось выполнить новое поручение и бежать из

этого «котла».

- Надо ждать, - не обрадовал астроном.

- Тринадцатого короля из рода Дракона и Змеи? – Спросил Хогет, вспоминая

последний разговор в Башне Пустоты Охр’Дуруд. Интересно, подумалось фавну, как там

Дух ароматов? Не скучает один в астрономической башне?

- Да, - шипящий голос бросил его обратно в мрачный мир теней. – Запасись

терпением. Он придет с восхода солнца.

* * *

Бледный свет падал на ее неподвижное лицо. Голову и спину кололо твердое дерево, руки обжигал холод цепей. Онемевшее тело, некогда гибкое и прочное, как ива, не

отзывалось.

Где-то наверху топали тяжелые сапоги, гремело железо и звучали равнодушные

приказы. За завесой теней барабанил дождь, встречные порывы бились о толстые, обитые

металлом доски. Пахло деревянной стружкой, просмоленной бечевкой и жаром

раскаленных решеток.

Арианна поняла - ее бросили в корабельную тюрьму. Надо открыть глаза. В

переплетении шелковистых ресниц растекся сумрачный потолок, кованые клетки и

изогнутый борт, сколоченный из альхенской древесины. А потом грудь сдавило болью и

глаза наполнились слезами: Лютый! Он сорвался в Скверные Водопады, доблестно

приняв стрелу, предназначавшуюся хозяйке.

Преданный волк-альбинос более не сопроводит ее в опасных странствиях к Соленым

Упокоищам, не прикроет в жарких пустынях Диких Степей и Ажинабада, не последует

через Мертвый лес в царства ужасных великанов Шар-Рахри. Свет его жизни погас в

блеске полной луны и рокоте каскадных вод.

Страшный удар заставил ее вздрогнуть – сверху что-то сильно треснуло; это рухнула

мачта с поперечной балкой и лопнули надутые паруса.

- Нас атакуют! – Взревел чей-то бас.

- Право по борту!

361

- Целься! Огонь! – Ревел уже третий.

Воздушную Крепость потряс шквал свирепых ударов, запахло горелым. Застонали

шпангоуты, с потолка осыпалась пыль.

Арианна дернула пальцами и попыталась встать, но из нее точно выпили силу.

- Они на палубе! – Гремел звучный голос. – К бою!

Эльфийка прикрыла глаза и вспомнила – ее оцарапали Когтем Инкуба -

сильнодействующим ядом, сваренным по рецепту ведьм Черноземья. Он парализовал от

нескольких часов до нескольких дней, превращая тело в мертвый камень.

- Как вы смеете? – Орали с верхней палубы. – Король вас повесит!

Чужие клинки сошлись в яростном танце борьбы – благородная сталь звенела

тоньше льдаррийского хрусталя. Знакомые голоса звучали отчетливее. Арианна

насторожилась – слух обманывает ее; это никак не могли быть Остин и Габриэл.

Она попыталась подняться, но провалилась в туман. Сквозь шорох дождя звякнул

замочный щелчок, зашелестели подошвы.

- Арианна, - щеки коснулись чьи-то холодные пальцы.

- Она без сознания, - пел другой голос, - ее чем-то отравили.

- Вынесу на воздух, - с запястий соскользнули жалящие «зубья», стало легко. –

Остин, забери Элагор. Он – там, у стены.

Сильные руки подхватили безвольное тело и прижали к широкой груди.

Очень скоро трюмные мгла и духота сменились пьянящими ароматами боярышника

и веющей свежестью дождевых облаков. На ресницы легли бриллиантовые капли, кожу

ожгло южным ветром, смешанным с таинственным дыханием дремучего леса. Она

просыпалась.

… Габриэл вынес девушку из «Андромеды» и, опустившись на колени, уложил на

ворсистый мох близ густого орешника. Неподалеку темнел мост, перекинутый через

кристальный поток, бегущий по листьям подорожника визгливыми ручейками. В зелени

чащ свистели зяблики. Утренний свет пронзал шумные листья копьями золота и искрился

в боках поспевающего шиповника.

Темный эльф смочил руку в воде и побрызгал мраморное лицо Арианны. Длинные

ресницы эльфийки дрогнули, но чарующая красота осталась безмолвна. В слабом свете

зари ее кожа белела слоновой костью, пепел волос горел звездами января. Пухлые губы

мерцали спелыми вишнями, овал лица отблескивал драгоценным серебром. Ее высокая

грудь вздымалась и опадала под тонким платьем, плавные изгибы тела манили

прикоснуться и исследовать себя.

Воин окунул