Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 196

народа останется лишь воспоминание! Вы вымрете как мухи. Все! До последнего ребенка!

Старый мир рухнет! А в новом вам уже не будет места!

- Хватит! – Вскричал Эвер Ясноглазый.

Повисла мертвая тишина. Сквозь дыры в облаках сочились лунные лучи и освещали

юные напуганные лица. Неподалеку певуче переговаривались выставленные на стены

дозорные.

Первым поднялся Остин.

- Габриэл с нами уже давно, и ни разу не дал повода в себе усомниться.

- Это правда, - развернулся Лекс, продрогший до жути. – Учитель не подводил.

- Глупцы, – вопил Мардред. - О, глупцы!

Но эльфы больше не хотели слушать огровых подозрений. Изгнанник разжег огонек

надежды в измученных горестями эльфийских сердцах. Они уверовали его словам и

вверили ему жизни.

282

- Дни древности миновали. Время былых королей ушло. Быть может, твоя воля, Дитя Сумерек, выведет нас к свету. Быть может, пришло время забыть прошлые клятвы и

обратить взор в новый рассвет. Когда-то Гелиополь был нашей неприкосновенной

святыней, но мир не стоит на месте. Времена изменились. Надлежит измениться и нам, -

величественный Эвер Ясноглазый покорял спокойствием.

- Вы предлагаете поступиться заветами древних и потревожить Гелиополь? –

Ужаснулся Стефан Сверкающее Перо.

- Не предлагаю. Я это сделаю. – Св етло улыбнулся Эвер.

- Решение принято! Да свершится воля владык! - Нараспев произнес Дарк Разящий

Меч, стукнув посохом о каменную плиту.

И никто не посмел оспорить принятое большинством голосов решение.

Последним камнем преткновения стал спор о том, как «снять» карту со спины Лекса

Грозовая Стрела. Наимудрейший Дарк Разящий Меч вздохнул:

- Алиан призвал древнее эльфийское волшебство, чтобы заговорить пыль. Во мне

осталось немного колдовской силы, но перенести рисунок на чистый лоскут, я, пожалуй, смогу.

Он передал бузинный посох Агроэллу, а сам оборвал от подола мантии широкий

плат и подбросил в воздух. Невесомый шелк спланировал и обвил спину Лекса, прилипнув, будто вторая кожа. Ткань пробежалась звездной рябью и на поверхности

проступили очертания старины.

- Карта ваша, - древний эльф протянул ее юному сородичу. – Распорядитесь ею

достойно, лорд Габриэл.

* * *

Ранний рассвет раскрасил небо пурпурным. Ночной туман смело на восток. По

долинам, заснеженным хребтам и макушкам шумных крон расползалось обманчивое

тепло.

Эльфы сворачивали лагерь. Вчерашний совет принес новую надежду. Валларро

решили вести беглецов Ательстанда и тех, кого повстречают в пути - на северо-запад, в

город предков Гелиополь; Габриэл готовился отправиться на поиски Неугасимой Звезды.

Братья Левеандил и Рамендил порывались пойти с другом, напрашиваясь в попутчики, но

темный отказал.

- К тому же, - улыбнулся он, - ваши храбрые сердца нужнее здесь - защищать свой

народ от врагов, что встретятся на пыльных тропах равнины Трион.

Кому было не до споров, так это Лексу. Сидя на сухом бревне возле догоравшего

костра мальчишка, кое-как натянувший рубаху, мучительно сдерживал стоны, и пока

другие были поглощены сборами, пытался унять боль в вывихнутой руке. Силы вытекали

из него, как стремительный поток из горного озера.

- Тебе нужна помощь, - заметил Габриэл, когда сел справа от него; слева сидел

мрачный брат Арианны.

Пристальным взглядом цвета хмурого зимнего неба он осмотрел вывих Лекса и

присвистнул.

- Серьезный. Надо вправлять.

- Спасибо за беспокойство, учитель, но я о себе сам позабочусь, - занервничал тот, косо поглядывая на крепкого и строго воина.

- Боли не будет, - пообещал Габриэл, сдерживая улыбку. – Обещаю, это как бабочка

сядет тебе на руку…

Лекс замотал головой и сдвинулся к краю.

Эридан поднял голову и мрачно сказал:

- Лекс, позволь ему помочь.

- Дай руку, - повелел шерл.

283

Лекс нехотя подчинился, а Эридан сдвинул брови из-за неожиданной мысли - будто

темный являлся не простым воином, а королем древней эпохи - в его властном голосе

всегда звучало столько горделивой решимости, что порой пробирало почище ветров с

Ледяных островов; или может, исчадия ночи все такие?

Габриэл ощупал Лексово плечо и аккуратно обхватил руку в предплечье и за локоть.

- Не дергайся, – недовольно сказал он.

Грозовая Стрела зажмурился, проклиная собственный страх. Как он может зваться

воином, когда страшиться боли. Там, в Ательстанде, вызвавшись на бой с эминэлэмцами

превосходившими и силой и умением, он не питал страха, а сейчас все его тело почему-то

закаменело.

Раздался хруст. Кость встала на место. Лекс прикусил губу, чтоб не закричать. Перед

глазами поплыло. Теплая рука подхватила его отяжелевшую голову. Щека коснулась

расстеленного плаща – Габриэл уложил обмякшего ученика у тлеющего костра.

- Вот так. Еще есть время. Боль измучила тебя, а сон излечит.

Лекс свернулся у огня, накрылся вторым плащом и закрыл глаза. Жжение в руке еще

мучало паренька, но уже не такое острое, как минуту назад. Блаженный покой распростер

над ним объятия, увлекая в радужную лавину грез.

- Спасибо, учитель, - буркнул он, засыпая.

Габриэл улыбнулся.

Эридан меж тем смотрел, как в огне корчились и тлели веточки смородины да

слушал крики, звон и скрипы телег. Сборы в дальнюю дорогу - дело не пяти минут.

- Я никогда тебя не забывал, - вдруг молвил бывший маршал Мерэмедэля.

Эридан одарил его недобрым взглядом. В изумрудных глазах появился страх. О чем

это он?

- Как-то в Ательстанде ты спросил, помню ли я тебя?

- Вы сказали – нет.

- Я солгал. – Вздохнул Габриэл. – Не хотел тебя пугать.

-