Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 188
было слишком тяжело, чтобы радоваться встрече с птицей вместо недруга: на рассвете он
разослал откликнувшихся добровольцев на поиски валларро. Среди них ушел все еще
обиженный Мардред, отбыли гном Туби, дозорный Мьямер и другие отважные смельчаки
с сердцами из стали.
Наступила глубокая ночь, но еще ни один из двадцати бесстрашных воинов не
вернулся. Устремляя взор в дождливую пустошь, Остин пытался рассмотреть хоть какие-
270
нибудь движения, но этим вечером над Оргол Долом безраздельно властвовала
непроницаемая эльфийскому взору стена мрака.
- Только тьма, - вздохнул он, возвращаясь к костру.
- Да будь у вас хоть два глаза в такой темноте все равно ничего не рассмотреть, -
хмыкнул Эридан, дожевывая лепешку.
- Скорость хороша только при ловле блох, - улыбнулся Андреа, - в деле мира и
войны поспешность не к добру. Они вернуться в час, отмерянный звездами.
- Согласен, - Остин опустился между Левеандилом и Эриданом и принял из рук
девушки краюху хлеба и белый мягкий сыр.
Эридан отхлебнул медового нектара из серебряной фляжки, которую всегда носил
при себе и протянул сестре, но Арианна отказалась.
- Дай-ка мне, - попросил Лекс и вздрогнул от боли в руке.
- Я могу помочь… - чарующе промурлыкала девушка.
- Не надо. – Отказался упрямый мальчишка и сдвинулся ближе к Рамендилу.
Тот (доев скудный ужин) косо поглядел на Лекса. «Упрямец», читалось в его глазах, но Лексу было все равно.
Меж тем Остин распорядился:
- Через три часа смена караула.
Где-то на восточной стене несли дозор Люка и его новый ученик Элла. Около
Западных Крепостных Ворот встали Хегельдер и Эллион Первый Лук. После полуночи их
сменят братья Левеандил и Рамендил; а Остин и Андреа заступят на восток.
- Есть время вздремнуть, - потянулся Андреа.
- Небо словно прохудилось. Мне в такой дождь не уснуть, - печально сказал
Левеандил и вынул резную флейту из запахнутого полукафтанья, расшитого золотом.
Над мраком потекли переливы сотканные печалями прошлых расставаний, тоской
былых разлук, надеждами на новые теплые встречи и в костре заплясали крошечные
былинки видений. Эридану показалось, даже ветер стих, прислушиваясь к плачу по
утраченным надеждам, а мокрые облака затрепетались, расступаясь светом звезд. Он
прикрыл глаза и опустил голову на плечо молчаливой сестры. Игра эбертрейльца
Левеандила очаровала и горечь понемногу отпустила измученные эльфийские сердца.
За соседним костром лекарь Эстрадир вел сказ о короне Лагоринора, что звалась
Неугасимая Звезда. Теплый голос вещал:
- … она заключала в себе неограниченное могущество, даруя жизнь или же отбирая
ее. Знания о том, кто выковал Неугасимую Звезду, из какого материала и зачем - давно
утрачены, но мы помним, она была прекраснее всего, чем когда-либо обладал наш народ.
Она пылала, как солнце, была легка, как облако…
Справа слышался звонкий голос валларро Агроэлла Летняя Флейта. Собрав вокруг
стайку юных эльфов и эльфиек, не пожелавших коротать дождливую ночь в духоте стен, мудрый владыка Серебряной Заводи рассказывал притчу об Оргол Доле:
- … великую крепость прошлого называли Хранителем Севера и посвящали такие
строки:
Страж, что из камня мрак разгоняет,
Земли эльфийские оберегает,
Варваров с Севера прочь отгоняет,
Грорвов и троллей светом стегает,
Пламя Востока железом встречает,
Недругов эльфов огнем привечает…
Под монотонный шум дождя, игру флейты, мягкие звенящие голоса и воющий свист
Эридан задремал. В эту ночь его посетил дар предвидения. Ему снился Габриэл и… Мрак, который следовал за ним, подобно развевающемуся черному плащу. Что-то очень темное
и опасное оживало в глазах темного эльфа, но что - Эридан не разобрал. Все, что
271
запомнил юнец, что сон этот был страшен и опасен. Он переполнил его душу смутой
нетающей тревоги и заставил задуматься о хрупкости бытия.
* * *
Остин, закутавшись в светло-зеленый походный плащ, стоял на обломке надвратного
выступа и оглядывал окрестности Оргол Дол. Лук из орешника и колчан на узорной
перевязи, переброшенной через грудь, тускло поблескивали темным золотом. Длинные
серо-русые волосы, перетянутые кожаным ремешком, трепетались на ветру.
Снизу мерно поскрипывали сломанные врата. Под обрушенной аркой туда-сюда
рассекали эльфы: величественно и статно, - как корабли с белыми парусами по гребням
пенных волн Заокраинного Моря. Налево от стены шумели молодые побеги берез.
Направо, в щелях и глубоких трещинах копошили птенцы горных орлов.
Поправив повязку на глазу, Остин спросил:
- Что-то случилось?
Хегельдер выступил из-за его спины и, осторожно навалившись на крупный осколок, сообщил:
- Останки павших преданы земле.
Остин кивнул.
- Разосланные на разведку дозорные только что вернулись. Следов непрошенных
гостей не обнаружено. Впрочем, как и следов Габриэла.
Из вертикальной щели изящно выплыл царственный орел и, распахнув золотисто-
коричневые крылья, стремительно взмыл в вышину, раскинувшуюся холстом цвета
скорби. Остин проследил за полетом гордой птицы, отливавшей бронзой в черноте.
- Остин, Оргол Дол ненадежен, - посетовал Хегельдер. – Крепостных стен нет. Замок
пронизан дырами. Обороняться в таких условиях невозможно. Если нападут – мы не
продержимся и часа.
- А