Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 18
Лира обхватила его длинными белыми ногами и выгнула спину.
… Они крепко сжимали друг друга в объятиях. Черные блестящие локоны воина
закрывали ее лицо. Белые обнаженные тела сплетались крепче и крепче. Эльф двигался
медленно и ритмично, исполненный страстного величественного порыва и в матовом
свете хрустальных шаров было видно, как напрягались его точенные великолепные
мускулы.
Руки эльфийки порхали по его плечам, ласкали влажное тело, скользили, обрисовывая бугры и ложбинки. Она отдавалась ему, отзываясь сладострастными
стонами, прижималась обнаженной грудью и горела в блаженном предчувствии
головокружительного наслаждения. Их слившееся воедино дыхание становилось чаще, глубже, тяжелее и напоминало раскаленные ветра волшебных пустынь Ий-Дъии.
Женщина изогнулась, запрокинула голову и мягкая тишина наполнилась истомным
ранящим стоном. Глухой мужской хрип вплелся в ее кричащий от удовольствия перелив –
блаженство накрыло их, как штормовая волна.
Лира была младшей дочерью советника Вигго, сына Иарта. Граф Вигго не скрывал
своего расположения к бравому маршалу, не раз намекая на то, что было бы неплохо
породнить два древних и великих семейства крепкими узами брака. Прелестная, но глупая
Лира желала того же.
Не желал этого Габриэл. Он связал Лиру с собой несколько лет назад (что по меркам
долгоживущих эльфов – всего ничего) и воспринимал ее, как очередной способ скоротать
холодные одинокие ночи, но никак не видел в качестве спутницы и уж тем более жены.
Привязанность к Лире? Нет, ничего подобного Габриэл не испытывал даже смутно.
Влечение, похоть, желание, да. Но она происходила из благородного рода Веллетрэев, и
могла составить лорду главнокомандующему достойную пару. Верность темные никогда
25
не почитали за благодетель, а потому требовать от него верности к молодой жене ни у
кого бы язык не повернулся. Три Закона касались мироустройства Подземного
королевства и воинской чести, до брачных уз им не было дела, а потому супруги в Эр-
Морвэне имели право на развод.
… Разбуженный город ходил из силы в силу гомоном, лязгом, свистом, криками, треском и хрустом камней. Приглушенный уличный шум разбудил Габриэла, забывшегося коротким, но крепким сном. Утро давно наступило и это означало только
одно - над Верхним Миром спустились осенние сумерки.
Перевернувшись на бок, он провел рукой по бархатистой обивке в поисках невесты.
Пусто. Лира ушла.
Запрокинув руку за голову, Габриэл задумчиво поглядел в зеркальный потолок, разглядывая расплывчатое отражение стройного обнаженного тела. За запертой входной
дверью послышались возня и нерешительные голоса. Кого еще принесло?
Робкий зов гонца заставил его нахмуриться.
- Шерл Габриэл, Его Величество король Теобальд желает видеть вас немедленно.
* * *
Габриэл сосредоточенно шагал по отлитым из руды олова коридорам, неумолимо
приближая высокую дверь, украшенную лепниной драконов и змей. Каблуки мерно
отстукивали о переливавшийся лунным светом пол, глаза твердо смотрели перед собой.
Он собрал иссиня-черные волосы в хвост воина, облачился в шелковую рубаху, узкие
брюки из мягкого шелка, короткий плащ, расшитый серебром, дважды подвязанный
поясом, и высокие эльфийские сапоги до колен. Оружия в царственные покои
главнокомандующий не взял. Исключением был клинок с рукоятью из белого золота, заткнутый за пояс.
Стражники у двери почтенно склонились и расступились. Воин тронул опаловую
ручку и вошел.
Теобальд ожидал гостя, сидя в любимом кресле со спинкой в форме дракона, распростершего крылья. На хрустальном столике лежала шахматная доска, на ней - два
ряда фигур. Устало приветствуя вошедшего, покорно склонившего голову и прижавшего
большой палец и вытянутые указательный и средний к правому предплечью, древний, словно восставший из праха времен правитель, махнул рукой:
- Габриэл, мой мальчик. Проходи.
- Вы хотели видеть меня, повелитель? – Бесстрастно спросил он.
- Садись.
Главнокомандующий поднял голову и заглянул в измученное тяготами лицо, осыпанное россыпью серебристых жил. Королевское облачение, роскошная корона и
блеск колец не скрыли от молодого проницательного шерла насколько внешне молодой
(но в душе неимоверно древний) король был близок к скорой кончине. Теобальд прожил
много тысяч эльфийских лет, но и его срок истекал в бренном мире под луной.
- Как прикажете.
Усаживаясь в кресло напротив, он готовился к разговору о бесчестном разорении
Эбертрейла, обвинению в предательстве, ибо, как главнокомандующий – действовал не по
воле короля, а по воле принца. Был готов принять суровое наказание, даже отставку, но
король повел речь о том, к чему парень не был готов.
- Сыграем? – Теобальд кивнул на доску.
- С удовольствием, - Габриэл улыбнулся.
Он взял черные фигуры из ортоклаза. Белоснежные, почти прозрачные с идеально
отточенными формами из криолита достались королю. Старик сделал ход -
полупрозрачная пешка заскользила по клеткам доски.
- Е два - Е четыре.
Габриэл ответил, сделав неожиданный ход конем.
26
- Ф три.
- Ц шесть.
- Вы позвали меня играть? - Габриэл сдвинул пешку.
Король горько вздохнул, провел рукой по серебристым волосам и замолчал. Звенели
хрустальные арабески, заливались тонкоголосыми трелями жако и кореллы, серебристые
драпировки колыхались вдоль стен.
- Помнишь, как в детстве ты не любил мне проигрывать? – Начал он издалека. Его
голос хрипел, усталость едва