Низвержение Жар-птицы, стр. 11
мы нарушаем нарочно, печатью, и потому это делается заклятием. Но если другое
перебьет внимание клада, станет заклятием как раз оно, и пока вдругорядь не свершится, дело до конца не довести. Нам сказывали родители: некогда они брали клад в грозу и уже
печать приготовили, да тут прямо над головою сверкнула молния, и клад оказался заклят
на нее. Так он и остался расслабленным, пропал без толку, как подмоченный порох.
– Для царя, может, и без толку, а нам с тобою польза была, и немалая, –
откликнулась Аленка. – Или забыл, на ошметках какого клада мы с тобой первую науку
проходили?
– Ага, помню, как ты вместо него гнездо осиное нашла и заревела!
– Зато позже, как справилась, батюшка мне шелковый платочек подарил!
Яркая вспышка, последовавшая почти сразу за этими словами, заставила Максима
на мгновение зажмуриться. Аленка весело вскинула кулачки:
– Все! Все!
– Велик ли клад? – деловито осведомился Аверя.
– Восемь таланов!
– Черт, мало!
– Не хули судьбу: потом найдем и больше. А сей клад на карту надобно нанести.
– Успеется. Что же до карты... согласно ей нам далее придется ехать через людные
места и (тут Аверя перевел взор на Максима) нужно тебя приодеть. Не будешь же ты
прятаться все время в повозке, точно нетопырь в дупле.
– А зачем мне прятаться?
– Своими портами нас осрамишь!
– Обычные шорты...
– У вас они обычные. То не довод!
– Тут в семи верстах село, – встряла в разговор Аленка, – и ныне там подторжье
перед ярмаркой. Оттуда я тебе и привезу обнову. Стой, не шевелись! – Девочка быстро
измерила пядями требуемую длину штанин, рукавов и окружность в поясе.
– Ребята, неудобно как-то, что вам придется тратиться...
– Отговорок ищешь? – лукаво произнесла Аленка. – Так мы тебя в парчу и не
будем рядить. А свои люди всегда сочтутся.
«Они и правда для меня уже свои, хоть я их всего-то три дня знаю», – подумалось
Максиму.
– А у меня для тебя еще кое-что есть, – продолжила Аленка. – Сделай-ка
распальцовку: ты небось следил за мною и не ошибешься. – Она коснулась своей рукой
руки Максима. – Вот так: мизинец к мизинцу, указательный к указательному. Теперь у
тебя есть три талана от сегодняшнего клада. Располагай ими по своему усмотрению, назад
не попрошу. Только на пустяки не трать!
Аленка выпрягла одну из лошадей, вскочила в седло, ударила лошадь по бокам
пятками и умчалась. Максим некоторое время смотрел ей вслед, затем поглядел на свою
руку и растопырил на ней пальцы:
– Ну, и что мне делать с таким подарком?
– Сказано же: что хочешь, – отозвался Аверя. Он откинулся на мягкий мох и
лениво наблюдал, как совсем успокоившиеся птицы беззаботно перепархивают в кроне
деревьев. – Видишь ту птаху, с красной грудью?
– Ну да.
– Она держится высоко. Как думаешь, на какую ветку сядет: самую верхнюю или
другую, что чуть пониже?
– Откуда же мне знать?
– Хочешь, я, пользуясь силой клада, ей велю, чтобы она выбрала верхнюю?
– Думаешь, она тебя послушается?
Аверя, не ответив, вытянул руку с распальцовкой; Максим, не сводивший глаз с
птицы, увидел, что, взлетев, она действительно опустилась на верхнюю из веток.
– Да ну, ты просто угадал!
– Испробуй сам, коли не веришь.
Максим воспроизвел уже неоднократно виденный жест и еще с некоторым
сомнением послал птице мысленный приказ – перепрыгнуть на ветку пониже. Птица
незамедлительно повиновалась, и Максим тотчас испытал странное чувство, будто бы
Аленка передала ему не три талана, а меньше. Далее птица вернулась обратно, а потом
перелетела на соседнее дерево, но до этого резко спикировала вниз, едва не зацепив ребят
крылом.
– Здорово! – прошептал Максим, убедившись, что все его команды исполняются. –
Как компьютерная игра!
– Какая игра? – переспросил Аверя, взирающий на забавы друга с тем
снисходительным выражением на лице, с каким взрослые иногда смотрят на детей, возящихся в песочнице. – Ты гляди, не очень-то разбрасывайся словечками из твоего
царства, а то не за умного сойдешь, а за дурака! – Внезапно он вскочил и, смахнув с волос
беловатую массу, крикнул: – Знаешь, за такие вещи бьют!
– Это не я! – растерянно запротестовал Максим. – Это она сама!
– Сама! – передразнил Аверя. – Скажи спасибо, что у тебя еще кулак не зажил, и
мне тебя проучить зазорно! И хватит уже расточать силу, что мы тебе отвалили от наших
щедрот: может, ею когда придется защищаться.
– А что стало с тем, что я уже израсходовал?
– Верно, ушло в землю где-нибудь самостоятельным кладом. Тогда он, скорее
всего, не заклят, если только здесь что-нибудь не запомнил. А то присоединилось к
какому-нибудь уже имеющемуся. Клады могут разделяться, сливаться, перемещаться, как
дождевые капли, поэтому карты приходится править. Поди, слыхал, как о том упоминала
Аленка. – И, глядя в направлении, куда исчезла сестра, Аверя добавил: – Только бы она
там попусту не вздумала на что глазеть!
Его опасения были напрасными: Аленка воротилась довольно быстро и развернула
перед Максимом обнову:
– Облачайся!
Новая одежда пришлась