ТАИСИЯ И ТАЙНА МАЛЬТИЙСКОГО ОРДЕНА, стр. 32

есть? Ну, по духу, не настоящие, конечно!

- Это, смотря кого ты рыцарями величаешь… Ты-то что сама думаешь на этот счет?

- Мне кажется, рыцари – это, прежде всего, Благородство. А еще Честь, Мужество и Отвага!

- А не кажется ли тебе, внученька, что ты сейчас назвала качества настоящего мужчины?

- А разве не мечтает каждая девушка встретить своего рыцаря на белом коне?

- Тогда спрошу по-другому: что такое, по-твоему, благородство? Только ли высокое происхождение?

- Нет, я думаю, гораздо большее! Рыцарем может стать человек по духу, а не по происхождению!

- Вот видишь! Ты сама и ответила! Значит, если твой рыцарь будет не на белом коне, а всего лишь на велосипеде, это ничего не меняет?

- Нет, конечно! А кто такой, бабуль, современный рыцарь? Как ты думаешь?

- Это, в первую очередь, защитник слабых и обездоленных. Он никогда не даст в обиду женщину или ребенка. Не станет прославлять свои подвиги и ставить себя в пример. Рыцарь – человек с чистым сердцем, для которого духовное выше материального. Он готов отдать последнюю рубашку, если это необходимо. И даже жизнь отдаст, не задумываясь, для спасения других! На первом месте для рыцаря – высшая справедливость.

- «Рыцарь без страха и упрека»?

- Да, это был девиз рыцарей Круглого Стола.

- А сегодня? Сейчас? Ты можешь привести пример?

- Не знаю. Но вовсе и не обязательно приводить примеры. Это может быть не знаменитый, а совершенно неприметный человек. Твой сосед по лестничной клетке, например.

- Дмитрий Евгеньевич?!

- Да нет, не понимай так буквально! Просто рыцари сегодня не так заметны в толпе, как может показаться. Они уже не устраивают рыцарских турниров, хотя и жаль, конечно! Не носят сверкающих доспехов…. Да им это и не нужно!

- То есть, ба-а, ты хочешь сказать, что рыцарство не совсем вымерло, что есть еще люди, достойные носить это звание?

- Конечно, можешь в этом не сомневаться! – и бабушка погладила Тасю по выгоревшим пшеничным волосам. - И я очень надеюсь, что на твоем жизненном пути встретится настоящий Рыцарь!

Доброе слово и кошке приятно!

Раздираемый духом противоречия, Иван соскочил на перрон Балтийского вокзала. Конечно, он был полностью согласен с Тимой, что гораздо проще почерпнуть достаточно информации из Сети. Но Ванька уже закусил удила и решил все узнать из первых рук. К тому же, он был сторонником активных действий и потому сейчас упрямо шагал по направлению к ближайшей станции метро.

Пробравшись сквозь нестройную толпу абитуриентов (в университете настала пора вступительных экзаменов) Ванька поднялся на четвертый этаж, где располагался исторический факультет. Со священным трепетом он замер перед дверью с краткой надписью «Декан». Ниже, на небольшой полоске бумаги, значилось: «Подгорный В. В.».

Выдохнув, Иван повернул ручку двери и уверенно вошел в кабинет.

- Здравствуйте, Вячеслав Васильевич! – вежливо поздоровался Ванька, оглядывая просторную комнату. За широким столом с разложенными на нем в идеальном порядке стопками книг, сидел человек средних лет. Он что-то торопливо писал на листе бумаги. Позади него мерцал экран ноутбука. Декан поднял голову от стола и долго молча смотрел на мальчика, словно не мог понять, что тот делает в его кабинете.

- Молодой человек! – строго произнес «В. В.». – Приемная комиссия находится на первом этаже, в аудитории 136. Вы случайно не ошиблись дверью?

- Нет, не ошибся! – в тон ему ответил осмелевший Иван. – Поступать мне еще рановато. Вот годика через три…

- Ну, тогда другое дело! – смягчился В.В. – И что же тогда Вас сюда привело. Излагайте!

- Понимаете, - доверительно промолвил Иван, - нам в школе дали задание на лето – небольшое исследование на тему «История родного города».

- Так-так-так! Уже интересно! – оживился декан.

- Вот и я говорю, - продолжал свою речь Ванька. – Все в сеть полезли…. А я решил: не буду. Хочу услышать все своими ушами, от самого авторитетного человека, от декана исторического факультета! Это намного интереснее!

- А что конкретно вы хотели бы узнать? – заинтересовался В. В. – Какова тема реферата?

Ему явно понравилась смелость юного краеведа, и он даже лег грудью на стол, на сложенные перед собой руки.

- Тема непростая! – напустил Иван туману. - Я пишу об архитектуре Петербурга.

- Ну, это не к нам. Это в Арху, - разочарованно сказал хозяин кабинета. У нас – история!

- Вот-вот! Потому и к Вам! – подобострастно залился Иван. – Вот парапеты и мостовые из чего сделаны?

- Ясно, из чего! – удивился декан. – Из камня, преимущественно из гранита!

- Правильно! – торжествующе воскликнул Ванька. – А вот только где тот камень брали? Не с Уральских же гор возили!

- Ну, зачем же с Уральских? – опять удивился В. В. Это же не мрамор. Мрамор – да! Прямо с Родоса…. А гранит здесь добывали. На Никольской каменоломне. Но лучший камень для отделки, ракушечник, – из Первушинских катакомб возили. В Островском же до сих пор существует действующий карьер. Запасов еще лет на 150 хватит!

- Ну, вот! – торжествующе воскликнул Иван. – А вы говорите – «в Арху». Да они там только про атлантов да кариатидов рассказать могут. Ну, еще про Растрелли немножко, - справедливости ради заметил он. Не то, что Вы – не сходя с места, всю информацию с ходу выдали и даже ни в одну книжку не заглянули. Вот это я понимаю!

Декан с некоторым сомнением смотрел на весь этот спектакль. Ванька погрозил кулаком невидимым оппонентам:

- Пусть они во Всемирной паутине у себя сидят. Еще неизвестно, что к лапкам прилипнет…. А тут, сам Декан исторического факультета!!! Я это даже в библиографию вставлю, - вспомнил он умное слово. – Я могу на Вас сослаться? – солидно спросил «юный краевед».

- Ну, конечно! Подпишусь под каждым словом! – так же солидно ответил В. В.. И они торжественно пожали друг другу руки.

- А ты, пожалуй, через три года приходи к нам поступать, – на прощание сказал декан. – С такой хваткой тебе никакой конкурс не страшен!

Ликующий Иван мчался назад, на вокзал, как будто летел на крыльях. Уж теперь-то он утрет Тимке нос, как пить дать! С самим деканом беседу иметь! И получить его личное приглашение учиться в Государственном Университете! Вот это да!

Ванька даже забыл на радостях, что хотел быть криминалистом…

Я знаю,