Приключения - Страница 343

Роман "Свет погас" (1890), рассказывает о трагической судьбе одарённого художника, потерпевшего крушение в личной жизни. Роман — во многом автобиографический — Киплинг написал, уже завоевав известность своими стихами и рассказами.  

В книге рассказывается о путешествии группы французских кинематографистов в Гвинею незадолго до ее освобождения от колониальной зависимости. Автору и его коллегам удалось многое увидеть и живо описать бытовавшие тогда обряды, связанные с традиционными религиозными представлениями народа тома.

В лощинке с пучками чия, похожими на торчмя поставленные снопы, я увидел маленького лисенка. Мы оба замерли. Лисенок вжался в землю и даже прижмурил глаза - он еще надеялся, что я его не заметил. А мне стоило лишь шагнуть, и я бы прищемил его куцый хвост. Вот шагну, прищемлю и сразу изменю его лисью судьбу. И заживешь ты, дикий зверь, у меня, без забот и страха, в сытости и тепле. И будешь игрив и весел на радость себе и мне.

  «…Если первый том этой книги – «По России» – откровенно рассчитан четыре вполне определенные категории читателей (чувствительные к описанию своих регионов немосквичи; журналисты; исследователи современной России; мои поклонники), то этот том я готов выпустить в люди вообще. Потому что всегда есть люди, которым интересно, что пишет о стране, в которую они собираются, или в которой побывали (или в которой подзадержались – порою на всю жизнь), профессиональный журналист. В этом томе собраны мои заметки о некоторых проблемах – начиная с прав супругов в гражданских браках и заканчивая законностью употребления галлюциногенных грибов, – которые решаются вне России, но на которые я смотрю применительно к России. Больше всего текстов в этой книге имеет отношение к Великобритании (какое-то время я жил и работал в Лондоне на BBC World Service), однако своя доля внимания уделена Белоруссии, Бельгии, Германии, Испании, Италии, Кипру, Китаю, Нидерландам, Норвегии, ОАЭ, США, Украине, Финляндии, Франции, Швеции…»

  «…Эта книга не рассчитана на (прости, господи!) широкого читателя. Потому что мало кому интересны публицистические тексты после того, как они однажды опубликованы (тут как с потерей девичьей невинности в XIX веке). А эта книга объединяет именно такие потерявшие невинность тексты, к тому же отобранные по формальному признаку: действие в них – за исключением «Москва – куриная нога» – происходит вне Москвы. Однако такие тексты могут быть интересны читателям нескольких категорий. Во-первых, немосквичам, которым интересно, что про их Иваново (Питер, Волгоград, Краснодар) наплел этот Губин. Во-вторых, начинающим журналистам, для которых профессия стартует с подражания (я сам когда-то зачитывался Валерием Аграновским, его братом Анатолием, Юрием Черниченко и Анатолием Стреляным). Затем – моим стойким поклонникам (которые зачастую ради моих текстов покупают «Огонек» либо залезают на сайт). И, наконец, – исследователям России после 1991 года, а также российской журналистики этого периода…»

Следуя за мифом, знаменитый путешественник Тим Северин повторил на точных копиях старинных кораблей маршруты мифических и полумифических первопроходцев — святого Брендана, Ясона, Одиссея, Синдбада и других, поименованных и безымянных. Сам Северин называет свой метод подтверждением мифов детективом (расследование легенд и сказаний) или экспериментальной филологией .

Следуя за мифом, знаменитый путешественник Тим Северин повторил на точных копиях старинных кораблей маршруты мифических и полумифических первопроходцев — святого Брендана, Ясона, Одиссея, Синдбада и других, поименованных и безымянных. Сам Северин называет свой метод подтверждением мифов детективом (расследование легенд и сказаний) или экспериментальной филологией .

Вдохновленный дневниками прославленного исследователя А. Р. Уоллеса, он совершает плавание по Островам пряностей на индонезийской прау.

Следуя за мифом, знаменитый путешественник Тим Северин повторил на точных копиях старинных кораблей маршруты мифических и полумифических первопроходцев — святого Брендана, Ясона, Одиссея, Синдбада и других, поименованных и безымянных. Сам Северин называет свой метод подтверждением мифов детективом (расследование легенд и сказаний) или экспериментальной филологией .

Автор брошюры «Лесные люди удэхейцы» имел возможность познакомиться с туземцами, которые называют себя удэ (не), в то время, когда страна не подвергалась еще колонизации. Туземцы эти обитают в лесах по правым притокам Уссури и на побережьи Японского моря по ту сторону водораздела. На юге большое влияние имели на них русские и китайцы, но в центральной части горной области Сихотэ-Алиня, куда трудно было проникнуть, удэхейцы еще долго сохраняли свои обычаи и нравы.Ныне, под влиянием культур, надвигающихся на них с юга и с запада, началась коренная ломка их общественного строя со стороны моральной и социальной. Инстинктивно чувствуя, что в лице корейцев, китайцев и русских к ним явились сильные конкуренты, туземцы начали оставлять веками насиженные места и отходить подальше в горы.Если бы кто-нибудь из читателей пожелал теперь увидеть удэхейцев такими, какими они описаны в этой брошюре, ему пришлось бы совершить большое путешествие и забраться в самые истоки Хунгари, Анюя, Хора, Бикина и Копи. Но и там уже сказалось влияние цивилизации. В настоящее время удэхейцы сделали много заимствований у «завоевателей» и многое утратили в своем укладе жизни, которая была так же безыскусственна и проста, как просты они сами.Настоящая брошюра есть краткое и популярное изложение большого труда «Страна удэ(he)», над которым автор работает более 25 лет и к изданию которого он намерен приступить в ближайшем будущем.Так как брошюра популярная и имеет в виду широкого читателя, туземные названия, которые встречаются в тексте, изображены русскими буквами (с допуском некоторых искажений), потому что транскрипция звуков, не имеющих в русском алфавите соответствующих знаков, довольно сложна. Например: «д...э(he)» или «нэынгу жчоннуни». Эти материалы (фольклор, грамматика и словарь) автор оставляет до специального изложения во втором томе «Страна удэ(he)».