Слеш - Страница 176

Яркий, опасный и привлекательный Ди сидел на черном кожаном диване. Его отросшие светлые волосы были гладко уложены назад, как того требовал офисный этикет. Взгляд серо-стальных глаз был прикован к единственному человеку, который волновал его по-настоящему — к его сабу, который сейчас самозабвенно стонал, получая разогрев легкой плетью от другого доминанта, раскачиваясь на красных веревках, что так эстетично контрастировали с его кожей.

Мой сосед в общаге ярый гомофоб. Постоянно треплется о том, как "ненавидит пидарасов". Знали бы вы, как ночью он, задыхаясь, умолял трахать его глубже...

Рано утром в своем почтовом ящике я нахожу отодранный от использованной пачки сигарет жалкий клочок бумаги, если принюхаться к нему, то можно ощутить сохранившийся едкий запах никотина, которым пропиталась эта картонка. На ней фраза, которую долго и старательно не выводили, всегда одна и та же: место и время встречи.  

Сольные концерты на улицах города и чистая совесть вкупе с душевным спокойствием или до отказа набитые стадионы и в конец въебанные нервы, приправленные чувством стыда? Так ли просто идти по головам в достижении своей цели?

Сильный, самостоятельный и состоявшийся мужчина стыдится того, что считает слабостью, неполноценностью, брешью в броне, опасным и постыдным вирусом в крови. Но есть тот, кто может заставить его взглянуть на себя иначе, дать себе свободу быть самим собой. Может, если только захочет...

Сколько их было? Десятки? Сотни? Он и сам уже не помнил всех своих любовников, забывая имя каждого если не через несколько часов, то через пару суток точно. Были ли из множества безымянных эльфов исключения, которым он уделял чуть больше своего времени и внимания, чем остальным? Возможно.

История о любви и предательстве, об отчаянии и надежде, и о новогоднем празднике, конечно.

Разомкнуты змеиные объятья. Душа свободна. В теле власти твердь. Месть невозможна в силу обстоятельств. Жизнь в оскверненном теле невозможна. Зато теперь есть воля выбрать смерть.

Когда изъян превращается в обожаемую особенность пары, вытесняя из отношений любой намек на жалость, и странные неловкие чувства становятся единственно правильными. Становятся любовью.  Другими словами: Дерек Хейл влюбился, женился, заделал ребенка. ХЭ.

Мало того, что мы с ним лишились магии. Полностью и, как утверждают целители, абсолютно безвозвратно, нас еще и заставили жить вместе...