« Ноа, я не хочу забывать тебя, даже через сотню лет, тебя, никогда не забуду!» Его глаза мягко смотрят на меня. « Я не смогу забыть, ведь ты мой. Только мой.» В его глазах столько любви, что мне кажется я задохнусь. Мое тело обдает жаром, я чувствую его даже на кончиках пальцев, они горят. Я касаюсь мальчика одиннадцати лет. Совсем не так, как мне бы хотелось. И совсем не так, как нужно было бы касаться маленького ребенка. В моих касаниях я чувствую лишь тепло его губ, и огромные глаза.
Тех кого они курировали, сопровождая по дороге жизни, были души которым давали вторые шансы. Дети инвалиды, самоубийцы, дети которые были зверски убиты, или же жертвы насильников и педофилов.
Если удавалось провести его жизнь по счастливому и предначертанному судьбою пути, душу куратора прощали, и отпускали, если же нет, то они начинали путь сначала в круговороте нескончаемого времени.
Либо могли жертвовать собою, заключая свою душу в мешочки ловушки, исполняя своё последние желание.