"Фантастика 2024-118". Компиляция. Книги 1-27 (СИ), стр. 258

— Расходимся. — Рэй хлопает меня по плечу. — Спасибо, хорошую тему с девочками придумал.

Ночные бабочки крутятся возле автоматчиков — размалеванные, яркие, всех размеров и оттенков кожи.

— Развлечемся, красавчик? — скалится тонконогая длинная женщина.

— Смотри, что у меня есть, — толстуха колышет грудью такой огромной, что кажется, сама земля вибрирует от ее движений.

Выбираю сонную насупленную девчонку в джинсах, опершуюся о стену стопой и надувающую жвачку.

Лика, 21 год

Уровень 1, ступень 3, разнорабочая.

Физическое развитие: 6.

Духовное развитие: 8.

В подробности не вдаюсь — неинтересно. Просто подкупает, что она не профессиональная проститутка, в отличие от остальных.

— Сто шекелей в час, — она окидывает меня оценивающим взглядом. — Двести — час с номером.

— Думаю, пяти часов нам хватит.

У девчонки распахиваются глаза, в них загорается живой интерес, а я имел в виду не пять часов утех, а время, пока прочешут зону, где мы находимся.

— В номере есть душ, новое постельное белье, чайник, — загибает пальцы она, задерживает на мне взгляд и тараторит: — Усилить ощущения — плюс пятьдесят, алкоголь…

— Остальным не интересуюсь. Идем.

Она удаляется гордая и довольная, с расправленными плечами, провожаемая завистливыми взглядами. Ощущения передаются, и вроде даже считывается ее мысль: «Клево, что надолго, клиент вежливый и не отвратный — с таким и бесплатно пошла бы. Жаль, что нормальные редко попадаются».

Мы идем к отелю, по непривычно чистой для улья лестнице минуем четыре пролета, а потом направляемся по длинному коридору к автоматчикам. Их силуэты подсвечены красным — кандидаты на ликвидацию. Если программа даст квест их убрать, придется отказываться, терять два достижения и дохнуть от мигрени. Ровняемся с ними.

Девчонка вертит на пальце брелок с ключом, виляет бедрами. Перед нами распахивается дверь, и вываливается мужик в одних трусах, над его головой пролетает ботинок, врезается в стену. Я жду облаву в любой момент, потому дергаюсь и выхватываю пистолет.

— Время вышло, я сказала! — орет женщина. — Плати или проваливай!

Из номера вылетают штаны, футболка, ботинки. Автоматчики реагируют на меня, я убираю оружие в карман, заменяющий набедренную кобуру, поднимаю руки:

— Мужики, извините, рефлекс.

Те понимающе кивают, отводят стволы в стороны. Лика отпирает дверь, обняв девушку за талию, завожу ее внутрь и по привычке бегло обхожу помещение, осматриваю вентиляционные шахты, понимаю, что выйти можно только через дверь.

— Че-то ты нервный какой-то, — говорит Лика. — Давай сразу определимся с тем, что ты любишь… Если мне будет больно, придется доплатить…

— Люблю, чтоб вода в душе ржавчиной не воняла, — отвечаю я, беру полотенце с кровати и оставляю Лику хлопать ресницами.

Как-то вообще не до женщин, когда вот-вот приставят ствол к затылку. Да и профессор из головы не уходит, меня подтачивает чувство вины, что не нашел способ его спрятать. И ведь понимаю, что выбора не было! Теперь, вот, о Рэе думаю и мысленно молю Шахара защитить его.

Как будет проходить… облава? Зачистка? Нас просто проверят или убьют каждого двадцатого — чтоб неповадно было флаеры сбивать?

Освежившись, выхожу с набедренной повязкой из полотенца, ложусь в кровать, рядом кладу штаны, пистолеты незаметно прячу под подушку. Облизнувшись, Лика упирается коленом в кровать и начинает водить пальцем по декольте, причем заинтересованность ее вполне искренняя.

— Прыгай под одеяло. Будем просто спать.

— Это как? — Она выполняет мою просьбу, проводит ноготками по моей груди, перехватываю ее руку, скользящую ниже.

— Это закрыть глаза и храпеть.

— Эээ… Ты совсем псих, такие бабки отвалил, чтобы просто дрыхнуть? Может, мне хоть раздеться? — Она качает головой, разметав волнистые каштановые волосы. — Так нельзя! Если у тебя кхм… проблемы, так я помогу, могу таблеточку подогнать. Да бесплатно, понравился ты мне.

И как ей объяснить, что скоро тут всем будет не до секса?

— Хочешь, о тебе поговорим, — предлагаю, чтобы ее отвлечь от желания меня получить во что бы то ни стало.

— Да что говорить, — вздыхает она. — Живу, как все. Ничего интересного.

Фокусирую на ней взгляд: а девчонка-то непростая, особенно меня удивляют ее паранормальные способности — предвидение (2). Интересно, как это у нее выражается? Она чувствует, что будет дальше, и списывает на интуицию? Надо расспросить.

— Да хоть о том, что ты атеистка.

— Удивил тоже! Каждый третий такой.

— А тебе не кажется, что ты… как бы сказать… Знаешь будущее наперед?

Мой вопрос ее не удивляет.

— Да, интуиция у меня развита.

А чего я ожидал? Предвидение на «двоечку» — способность едва проявлена. Девушка даже не догадывается, что может предсказать недалекое будущее.

— Давай тогда о Джоанне поговорим. Два с половиной года… Уже болтает?

Лицо девушки каменеет, она сжимает кулаки, сосредоточивает взгляд на стене и шепчет, с трудом сдерживая то ли гнев, то ли слезы:

— Откуда ты, мать твою, знаешь о том, что у меня дочь? Была дочь… Я даже не знаю, жива ли она!

Похоже, я наступил на больную мозоль.

— Жива.

Спрашивать о том, что случилось, не рискую — Лика рассказывает сама:

— У нее порок сердца, а денег на операцию у меня тогда не было. Она не дожила бы до времени, когда я их соберу… В общем, через сайт «В добрые руки» нашла семью со второго уровня, которая обязалась ее вылечить, но…

— Рабство, — вздыхаю я и мысленно ругаю и себя, и программу, и обстоятельства.

— Многие так делают, — продолжает оправдываться она. — Те, у кого нет надежды излечиться.

— У тебя у самой со здоровьем не очень. Завязывай со стимуляторами, а то подсядешь и не увидишь свою девочку.

— Откуда ты… Слушай! — Она вскакивает и начинает мерить шагами комнату. — Ты ведь от них, от тех, кто ее купил? Скажи мне, что они хорошие люди, и не обижают ее! Но про стимуляторы… Как без них работать ночами напролет и не свихнуться?

— Она жива, это все, что я знаю. Ты помнишь имена купивших ее людей?

— Да, семья, Тевуртий и Пенелопа Помпилии.

Программа в очередной раз меня удивляет и выдает самый настоящий квест, как в той компьютерной игрушке:

Помоги Лике найти дочь, получи 5 ЕД Сострадания.

Вот оно как! Получив второй осколок, я могу качаться, не только предотвращая преступления. Если уж собрался на второй уровень, почему бы не попробовать отыскать девочку?

— Не обещаю, но очень постараюсь ее найти.

— Врешь ведь, — криво усмехается она, надувает пузырь жвачки, лопнув, он залепляет ей верхнюю губу. — Сколько вас таких, любителей языки почесать… Хотя именно тебе я почему-то немного верю.

Еще бы не верить с ее способностью.

— Скажи, где тебя искать. Вдруг получится?

— Здесь и ищи. Этот номер закреплен за мной, я тут живу в свободное от работы время…

Доносится грохот, крики. Лика вздрагивает, вскакивает с кровати.

— Что там случилось?

По коридору прокатывается усиленный громкоговорителем властный голос:

— Всем присутствующим — выйти в коридор и встать лицом к стенке для проверки. Тот, кто не выполнит требование, будет ликвидирован.

— Мамочки… Чего это они?

— Слышала, что подбили флаер с трансплантологами? Вот, ищут… — говорю я, надевая штаны и футболку.

— Да, все об этом говорят. Думаешь, все же пранс… тьфу ты, трансплан… тологи? — Сложное слово она выговаривает с трудом и не с первого раза.

— Скорее всего. Не знаю. Идем.

Лика вцепляется в мою руку. В коридоре уже куча народа выстроилась вдоль стен — кто в трусах, кто в перекошенной одежде, кто в простынях. Становимся и мы. Издалека доносится крик и жужжание плазменного ружья.

Знаю, я не засветил лицо, вероятность того, что меня опознают, стремится к нулю, но придется отреагировать, если копы начнут убивать невиновных. Боль за невыполненный квест я перетерплю, а если меня понесет? Каждый раз волнуюсь, что программа возьмет верх над разумом.