"Фантастика 2024-118". Компиляция. Книги 1-27 (СИ), стр. 1139

- Пошли, поговорим с продавцом, - Гоблин вышел из машины, едва не наступив в грязь. - Филин, съебывай отсюда. До города сами доберемся.

Гоблин захлопнул дверь и направился к дому, стараясь обходить лужи и при этом не залезать на поросшую густым высоким бурьяном обочину. К серым, покосившимся воротам, вела едва протоптанная тропинка. К самим воротам было опасно притрагиваться: казалось, гнилые доски вот-вот распадутся.

- Хозяин! - крикнул Гоблин.

Где-то за забором, почуяв чужаков, залаяла собака.

- Хозяин! - вновь крикнул Гоблин.

- Кого там черти принесли? - проворчал кто-то во дворе. - Иду.

Зашаркали шаги, и спустя минуту ворота отворились. Нашему взору предстал продавец мотоцикла, неопределенного возраста мужик с красным, опухшим от беспробудного пьянства лицом.

- Чего надо? - спросил он, буравя нас маленькими злыми глазками.

Я аж отшатнулся от запаха перегара, который распространял вокруг данный субъект.

- Михаил? - вопросом на вопрос ответил Гоблин. - Вы мотоцикл продавали? Нам бы посмотреть.

Мужик серой от грязи рукой задумчиво почесал голову, взлохматил слипшиеся от грязи, давно немытые волосы. Долгую минуту он о чем - то размышлял, и наконец, на его заросшем щетиной, опухшем лице, проступило некое подобие понимание того, что спрашивал Гоблин:

- Было дело. Вон в гараже стоит.

Михаил махнул рукой в сторону кирпичного гаража. Злость в голосе моментально улетучилась, уступив место радостному возбуждению.

- Нам бы посмотреть, - протянул Гоблин.

- Дык проходите, - мигом засуетился хозяин, отходя в сторону и пропуская нас с Гоблином во двор.

- По всей видимости, когда - то хозяин поддерживал здесь некое подобие порядка. Но со временем, у него появились более важные дела, печатью отразившиеся на кривом, перекошенном от пьянства, красном ебле. Поэтому, двор зарос толстым слоем грязи, из-под которого кое-где проступал грязно - серый кирпич, которым был вымощен двор. Сараи почернели, покосились, шифер уже начал съезжать с крыш, оголяя серые стропила. В дальнем углу двора, у кособокой будки, заливалась лаем, беснуясь и звеня толстой цепью, большая лохматая черная собака непонятной породы.

- Да заткнись ты! - рявкнул на нее хозяин, пытаясь открыть навесной замок гаража. Трясущиеся руки плохо слушались, и ключ никак не мог попасть в замочную скважину, оставляя на замке глубокие царапины. Так продолжалось довольно долго. И Гоблин уже начал терять терпение, переминаясь с ноги на ногу. Я начал было думать, что покупка мотоцикла закончится крайне херово, как замок с лязгом открылся, и дверь, заскрипев, отворилась.

Нашему взору предстали разбросанные на покосившихся полках инструменты, масляные пятна на бетонном полу, банки с разноцветными жидкостями, ворох грязного тряпья в углу, и… мотоцикл.

До этого я не видал подобного стального монстра. Местный Самоделкин взял базу старого мотоцикла, сделанного на одном из многочисленных советских заводах еще в прошлом веке, оставил от него лишь укрепленную раму, и полностью поменял всю начинку, превратил чудо советского мотопрома в зверя, которого еще не видело человечество.

Четырехцилиндровый двигатель, снятый с японца, усиленная рама, широкие колеса, приспособленные как для езды по городу, так и по бездорожью, это перекрашенное чудовище блестело среди разбросанного по гаражу хлама как алмаз в куче грязи.

- Вот! - Миша кивнул на мотоцикл. - Под себя собирал. Вот этими вот руками.

С этими словами он ткнул нам с Гоблином серые от грязи мозолистые руки с обломанными ногтями. И в его словах промелькнуло нечто отдаленно похожее на гордость за творенье рук своих.

- Охуеть!

Гоблин аж засветился от радости, до того ему понравилось это чудо инженерной техники.

- Он на ходу? Посмотреть можно? Проехать кружок.

Вопросы посыпались на мужика как из рога изобилия. Это поставило алконавта в некий ступор:

- Чего?

Он задумчиво наморщил лоб, отчего его опухшая небритая рожа перекосилась, а большой красный, с синими прожилками нос, стал похож на сливу. Во всем его виде было желание понять, что от него хотят

- На ходу машинка, спрашиваю? Прокатиться дай! - на одном дыхании выпалил Гоблин.

- А! - До мужика, наконец, дошел смысл сказанного. - Да пожалста. Щас, ключи принесу.

Он, прихрамывая, скрылся за серой, выгоревшей, с облупившейся краской дверью, которая вела в дом.

- Огонь машина!

Гоблин зашел внутрь гаража. Он глаз не мог отвести от мотоцикла. Обошел его по кругу, внимательно осматривая, выкрутил ручку газа, подергал колпачки на свечах.

- Блядь, да он как новый!

Восторгу Гоблина не было предела.

- Если его собирал приверженец Синего Бога - не особо бы я стал доверять этой технике, - скептически заметил я.

- Ой, да хорош. Вот уверен, не всегда он так хлестал. Скорее всего, работал тут в колхозе механиком. Потом барыга разорился и начался раздербан. Кто был поумнее - свалил. Кто поглупее - спился нахуй от безделья. Так почти везде, стоит отъехать на сто километров от города.

Гоблин встал, отряхивая руки от грязи, отошел от мотоцикла, и еще раз восторженно взглянул на стоявшее посреди гаража чудо техники:

- Если этот мотоцикл и собрал местный пропойца - значит у этого хрона золотые руки. И неважно, из какого места они растут.

Заскрипела дверь, и во двор, хромая, вышел хозяин мотоцикла:

- Лови, - он бросил Гоблину ключи. Тот поймал их на лету, и тут же спешно засуетился вокруг мотоцикла, выкатывая его из гаража:

- Отворяй ворота! - весело крикнул он, седлая технику. - Прокачусь кружок, попробую технику.

- А… - начал, было, хозяин.

- Этот баклажан останется в залог - Гоблин ткнул пальцем в мою сторону. - Не боись, все будет хорошо.

Двигатель завелся вполоборота. Гоблин переключил передачу, осторожно выжал сцепление, поддал газ - и мотоцикл с ревом сорвался с места. Гоблин лихо свернул на ухабистое подобие деревенской дороги и рванул вглубь деревни. Мы же молча, стояли, провожая взглядом удаляющуюся фигуру.

“ У Вас осталось одно невыполненное задание. “Серый порошок”. Найдите и убейте двух наркоторговцев, торгующих серым порошком”.

Да ебись ты провались. Эта хуета начинает появляться систематически. И неслабо меня заебывать своей непредсказуемостью.

- Может по чуть - чуть? В честь удачной покупки? - первым нарушил молчание хозяин чудо - техники, с надеждой глядя на меня.

Системное сообщение растаяло, я посмотрел на собеседника:

- Не пью, мужик. И тебе не советую.

- Дык что - ж, обстоятельства так сложились.

Селянин развел руками: мол, я тут ни при чем.

- Я ведь и не пил раньше. Ни капли. Даже по праздникам. В совхозе местном, фермерском, механиком работал. Потом фермер, благодетель наш, разорился. Обанкротился и сбежал с долгами и уголовным делом на хвосте. А мы, ну, рабочие, и остались тут нахуй никому не нужные. Другой работы нет. Вот и начал пить. Дак тут, почитай, все пьют.

Я покачал головой. Не сказать, чтобы эта горестная история меня растрогала. Таких историй можно наслушаться сплошь и рядом. Не только в сельской глубинке, но и в неблагополучных городских трущобах.

- А чего не уедешь отсюда, раз механик такой хороший?

- Да перевернулся я на этом мотоцикле, будь он неладен. В овраг улетел, переломался весь. Теперь, вот, пенсию по инвалидности получаю. На то и живу. Кому я, калека, нужен?

Сперва вдалеке раздался рев двигателя. Потом появилась, быстро приближаясь, фигурка мотоциклиста. Гоблин лихо подлетел к воротам, резко затормозив, отчего мотоцикл занесло, и выключил двигатель:

- Огонь аппарат! Берем. Сколь хочешь?

- Ну-у-у-у-у… - мужик задумчиво почесал в затылке. - Сотня нормально будет?

Гоблин даже торговаться не стал. Видимо, понимая, что один двигатель, который стоял в этом мотоцикле, стоил втрое дороже, не говоря ни слова, полез в карман, достав пачку банкнот: