Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий, стр. 371
«Мучаясь неукротимой ревностью, для которой Филипп давал много поводов, Иоанна после рождения (1503) второго сына Фердинанда (также будущего императора) стала обнаруживать признаки жестокого умопомешательства… Филипп Красивый умер в 1506 г., и безутешное жгучее горе погрузило Иоанну в полное мрачное безумие. О долгой ее страдальческой жизни предание рассказывает много трагического». (ЭСВ Биографии, т. 5, с. 393.)
«В бреду к ней приходила кошка и коготком медленно вынимала у нее глаза, а потом мозг. А потом приходили души отца, мужа и сына и смеялись, толкаясь. Она потеряла человеческий облик, ходила под себя, кожа и волосы ее шевелились от насекомых. Иногда к ней возвращалось сознание. Этих редких промежутков с садистским терпением ждал маркиз Дениа — и тогда он ее пытал». (Травинский, 1975, с. 47.)
«…Если даже ее помешательство было преувеличено, то во всяком случае она отличалась причудливым нравом и болезненной чувствительностью. Она была подвержена “устрашающим галлюцинациям”». (Рибо, 1884, с. 106.)
«Болезненный культ трупа своего мужа Филиппа, который она в течение многих лет держала при себе». (Bird, 1948, с. 156.)
«Точная природа ее болезни ставит историков в тупик. Некоторые утверждают, что она никогда не была сумасшедшей, а просто беззащитной жертвой жестокого обращения со стороны мужа, отца и даже сына. Другие считают, что она страдала от припадков шизофрении, но более вероятным кажется, что она была подвержена депрессии, которая, в конце концов, довела ее до хронического маниакально-депрессивного психоза. Ее помешательство повлекло неисчислимые последствия в мировой истории, так как именно оно дало возможность ее сыну Карлу405 взойти на престол и править долго». (Грин, 1997, с. 156.)
«По-видимому, страдала параноидной формой шизофрении». (Сиуtits, 1912, с. 107.)
Можно спорить о форме шизофренического процесса (параноидная? кататоническая?), но диагноз самой шизофрении вполне вероятен. За это предположение свидетельствуют и возраст начала заболевания у Иоанны (24 или 27лет; женщины страдают шизофренией раза в два чаще мужчин, и она начинается у них чаще в возрасте 25–35 лет), и длительное течение заболевания с доминированием галлюцинаторно-бредовой симптоматики. Биографы пишут об отрицательной исторической роли, которую сыграло психическое расстройство королевы.
ХУН СЮЦЮАНЬ (1814–1864), организатор и верховный руководитель Тайнинского восстания в Китае (1850–1864). С 1851 г. глава государства тайпинов.
«В молодости неудачи и разочарования так подействовали на ослабленный ум, что он заболел каталепсией. Во время таких припадков ему начали представляться разные чудные видения и слышаться голоса, призывающие его на борьбу с демонами. По выздоровлении в уме его зародилась мысль об его призвании быть реформатором и монархом Китая». (Коростовец., 1898, с. 28.)
«Под влиянием видения заявил своему отцу, что отныне все люди должны ему поклоняться и положить к его ногам свои богатства… Бред Цюаня продолжался 40 дней. В это время он, между прочим, видел человека среднихлет, который побуждал его бороться со злыми духами. При этом Цюань приходил в крайнее возбуждение, размахивал саблей и кричал “убивайте, убивайте”, а затем в полном изнеможении падал на кровать и засыпал. В другой раз он счел себя китайским императором и очень был рад, когда его в шутку признавали за такового. По окончании бреда Цюань вернулся к скромному ремеслу учителя и к новым бесплодным попыткам получить степень доктора… В 1850 г. провозгласил себя императором. Ближайших своих сторонников он сделал королями». (Ломброзо, Ллски, 1906, с. 149.)
«В последние годы жизни Хун Сю-цюань временами страдал психическим расстройством. После того как обнаружилась неизбежность близкого и полного разгрома тайпинов, покончил жизнь самоубийством, приняв яд». (Плюшечкам, 1974, с. 688.)
Биографические сведения, которыми мы располагаем, позволяют предположить нали-чиеу китайского лидера параноидной формы шизофрении с ремитирующим течением, протекавшей с галлюцинациями и бредом мани-хействат; периоды обострения чередовались со сравнительно ясными периодами сознания. В данном случае совмещение бредовых идей и борьбы с реальным противником (властями) могло придать его революционной деятельности дополнительную силу. Возможно, что психическое расстройство в некоторой степени помогало ему преодолевать реальные трудности борьбы с государством, которое он хотел преобразовать.
Ц
ЦВЕЙГ СТЕФАН (1881–1942), австрийский писатель, маСтер психологической новеллы. С 1934 г. в эмиграции.
[Июнь-июль 1941 г.] «Чрезмерное напряжение вызвало у писателя явное переутомление. Наступило состояние душевной депрессии, усугубившееся печальными известиями о ходе военных действий в Европе… В последние дни — усилившиеся приступы депрессии… Знакомые, с которыми писатель встречал новый, 1942 год, вспоминают: он будто отгораживался от всего, что могло бы настроить его на оптимистический лад. Обращал внимание главным образом на отрицательные моменты и реагировал на них необычайно остро. Даже мелкие события его очень волновали». (Кислинг, 1984, с. 171–172.)
«Мучимый отчаянием, страшившийся победы фашизма, он вместе с женой покончил жизнь самоубийством». (Ступель, 1972, с. 63.)
Причиной довольно редкого вида самоубийства— двойного (см. также патографии японского писателя Дадзая, немецкого драматурга Клейста) — у Стефана Цвейга, безусловно, послужила депрессия. Последняя, учитывая ее психологически понятный характер, носила во многом психогенный характер (т. н. «реактивная депрессия»). Но так как реактивные депрессии чаще всего заканчиваются благополучно, то в данном случае, вероятно, имело место сочетание (вспомним возраст писателя) двух видов депрессии: реактивной и инволюционной. Поэтому и исход такого психического расстройства оказался столь трагическим.
ЦВЕТАЕВА МАРИНА ИВАНОВНА (1892–1941), русская поэтесса и прозаик. С 1922 г. в эмиграции, в 1939 г. вернулась на родину. Покончила самоубийством.
«Не умереть хочу, а умирать».
М.И. Цветаева
Общая характеристика личности
«Четырехлетняя моя Маруся, — записывала в своем материнском дневнике Мария Александровна, — ходит вокруг меня и все складывает слова в рифмы, — может быть будет поэт?» (Павловский, 1989, с. 25.)
«Была в Марине с детства какая-то брешь в ее соотношениях с дурным и хорошим: со страстью к чему-то и в непомерной гордости она легко и пылко делала зло». (ЦветаеваА.И., 1971, с. 93.)
«Известно ли вам, что юная Марина Цветаева одно время ходила стриженная наголо, в черном чепце и черных очках? Она спасала свой молодой дух от преждевременного физического расцвета. У нее был слишком большой успех». (Леви, 1993, с. 232.)
«Одной из главных мук Марининой жизни было горькое недовольство своей наружностью: форма лица казалась ей слишком круглой, румянец — слишком ярким… и тело свое ненавидела, как и румянец». (Лосская, 1992, с. 358.)
«Она мало ела, изнуряла себя ходьбой. Стремилась придать некую аске-тичность своему облику. Стриглась особо, закрывая щеки волосами. Курила запоем, папироса стала неотъемлемым штрихом ее портрета». (Балкина, 1992. с. 13.)
«..Юные годы Марины (до ее встречи с Сергеем Эфроном), девичество ее были — печальны. Ведь именно в 17 лет она пыталась покончить с собой». (Цветаева А.И., 1979, с. 193.)
«О, дай мне умереть, покуда / Вся жизнь как книга для меня… /…дай мне смерть — в семнадцать лет!» (М.И. Цветаева. «Молитва», 1909.)
«Вот первая версия рассказа Анастасии Ивановны'''05 о событии 1909 г.: “Это было в театре, на представлении “Орленка” Ростана. Револьвер дал осечку. После этого неудачного выстрела она приехала в Тарусу к Тьо (гувернантке Марии Александровны) и сказала: “Це удалось”». (Лосская, 1992, с. 35.)