Холодный ветер перемен (СИ), стр. 31

Некоторое время смотрю на храбреца. Они тут совсем не пуганные. Бейбута им надо! Но молчу, так как Люда меня заметила и, поднявшись со своего места, пытается пройти к выходу. Проход там узкий, и сидящие парни, через колени которых она протискивалась, насмотрелись видов! Люда сегодня в короткой белой юбочке и гольфах, на ногах туфельки, тоже белые. Идёт, покачивая бедрами, ко мне наверх. КВН на некоторое время забыт, на девушку смотрят все, даже женский пол, причём с завистью. Делаю резкое движение, задницей уплотняя сидящих соседей и освобождая место на скамье для бывшей подруги.

— Молодец, что пришёл, папа снабженца прислал за компьютером твоим, — целует меня в щёчку девушка, вызывая завистливый вздох соседа.

Тот на моё энергичное уплотнение даже не отреагировал — ест глазами Люду. В груди шевельнулось недовольство и, наверное, ревность.

— Хорошо выглядишь, — дипломатично говорю я, недипломатично обнимая её за талию и возвращая поцелуй.

— Ви! — непонятно пискнула красотка.

— А что с машиной? — спрашиваю я.

— С ним и решишь. А что насчёт охраны? — улыбается Люда, не скидывая мою руку со своей талии.

— От меня тридцать человек будет воинов-интернационалистов. Надо осмотреть, какие входы и выходы есть в вашем корпусе, — сообщаю я. — Надо же вас защитить, а то парни у вас не сильно крепкие. Кстати, девушек много, а ты говорила, что их почти нет у вас.

— Это со всего университета студенты, мероприятие открытое. Ну, идём, чего сидеть, познакомлю тебя с командиром нашей дружины, — предлагает Людмилка.

Мы уходим, провожаемые завистливыми взглядами парней. Да и девушек, надеюсь, тоже — я сегодня одет как на парад. Хороший костюм, шитый мне на заказ, рубашка и галстук, импортный, между прочим. На груди значки начиная от мастера спорта международного класса, заканчивая разными фестивальными.

Поднимаемся ещё выше, на четвертый этаж, и встречаем моего старого знакомца Казьмина Всеволода Евгеньевича. Если не подводит память, он в институте физики зав теоротделом. Давно с ним виделись, в последний раз еще, когда я с подружкой Зиночки развлекался. Как же её звали. Имя помню — Вера, а фамилия у неё смешная, Дуракова, что ли? Но губа у неё не дура, в мужиках разбирается, раз мне дала.

— Анатолий! Неужели ты к нам поступил? — узнает меня дядя, хоть и видел два раза всего — на краевой олимпиаде по физике и в тот день, когда нам экскурсию по институту физики проводил. — А вон и твоя подружка Вера Дурашко идёт!

Точно, Дурашко её фамилия, а выглядит она не хуже Людмилки, а уж в сексе вообще королева, за два часа из меня все соки выпила, а это, не хвастаюсь, непросто. Светловолосая голубоглазка в такой же короткой, но черной, юбке тоже меня узнала.

— Ой, Толя, так рада тебя видеть! — схватила меня за руку девушка, вызвав чуть ли не шипение Людмилки. — Ты, правда, что ли, у нас учишься?

В воздухе явно запахло грозой.

— Я ещё школу не закончил, в этом году решать буду. Насчет университета в Новосибирске я помню ваше предложение, — обращаюсь к профессору я, в надежде отсрочить конфликт.

— Как же, помню, обещал. Обращайся, где работаю — знаешь, или можно сюда зайти, во-о-он наша кафедра, около лестницы, — красивым баритом произносит доктор физмат наук. — У нас сейчас очень сильный состав на кафедре, не хуже чем в Новосибирске, на пять студентов кафедры последнего курса шесть докторов наук! А ещё и кандидаты серьёзные имеются.

— Спасибо! Я подумаю, правда, — торопливо говорю я, пытаясь утащить Людмилку, которая с вызовом смотрит на соперницу.

Мы с профом прощаемся, и тот не спеша уходит на свою кафедру.

— Толя, у тебя и телефон мой есть, и где живу знаешь, заходи в гости, — предлагает Дурашко явно больше для Людмилы.

— Да я допоздна обычно занят, — мямлю я.

— Можно и поздно, только не звони в дверь, а в окошко камень кинь, помнишь же какое моё?

Добив этой фразой меня, Вера, качнув бедрами, устремилась за Казьминым.

— Так ты с этой профурсеткой водишься? — требовательно спрашивает у меня злая донельзя Людмилка.

— Профу чего? — пытаюсь отшутиться я, чувствуя, как моя самооценка поднимается вверх, хотя, казалось бы, куда выше ещё?

— Проститутка. И вообще, она для тебя старая, она в аспирантуре уже!

— Понял, учту. Надо платить — заплачу! — шучу ещё раз, но опять не заходит.

— Правильно я тебя бросила, — в сердцах произносит Люда.

— Да шучу я! Я и таксы не знаю! — и, видя, что шутка опять мимо, предлагаю: — Анекдот хочешь?

— Ну, — недовольно соглашается девушка, таща меня куда-то за руку.

— Еврей-грузчик, — показываю я на невысокого худого очкастого парня с характерным носом, который несет коробку с бумагами, и эта работа ему даётся тяжело.

— А дальше? — стучится в дверь кабинета Люда.

— Всё! Это анекдот такой. Еврей — грузчик!

Не играть мне со своим мышлением из будущего в КВН, не понимает народ юмор пока мой, не дорос. В кабинете меня знакомят с невысоким перекачанным парнем лет двадцати пяти. Серьёзные такие банки у него на руках, сидит тот в своем кабинете без пиджака, в рубашке.

Это Евгений, глава местной дружины, и занимается он, с его слов, ушу. Вот уж не подумал, что ушу уже есть.

— Хотел с борцами уже договариваться, я Алексеева знаю хорошо, учились вместе, только он старше. Но вы лучше, — говорит Евгений. — А ты по какому виду спорта международник, … а, вижу, бокс, да?

— Бокс, да. У вас тут и физкультурный факультет есть? А Алексеев — это кто? — спрашиваю я.

— Он на юрфаке учится, двукратный чемпион мира, — поясняет Евгений.

Дальше парень подробно объясняет мне задачу, рассказывая, где лучше поставить посты. Я же ему даю телефон «афганца» Ивана для стыковки.

— Ну, что, поехали в гостиницу? — предлагает Люда после встречи. — Заодно про машину узнаешь. Только надо забрать твой ноутбук, со снабженцем спец приехал ещё, будет оценивать технику.

— Ага, давай сейчас до общаги спустимся, тут рядом, — соглашаюсь с девушкой.

— Не надо идти, я на машине сегодня, — удивляет меня Людмилка.

Машиной оказался «Москвич-2141» с корпусом «хетчбэк», причем этого года выпуска! Непривычного вида машина. Я такую ни разу не видел, Люда сказала, что он с прошлого года выпускается только.

— Ты не думай, это папа себе купил, просто забрать её не может — навигации пока нет, и на ней езжу я, — поясняет Люда.

«А Юрий Григорьевич не с нуля начинал свой будущий бизнес, такая машина как «Волга» стоит», — прикидываю я.

Машина мне нравится. Себе, что ли, такую попросить? Салон только коричневый не люблю. Люда ездит осторожно, даже трусливо, но я не тороплю. Живут приезжие норильчане, разумеется, в гостинице «Норильск». Два мужика, один плутоватого вида лысеющий дядька лет сорока, больше похожий на колобок — на постоянно улыбающийся и шутящий колобок. Второй — со всклоченными волосами небритыш лет тридцати, явно, спец по компьютерам. Знакомимся, и Давид Саркисович, так зовут толкача, предлагает посидеть в ресторане.

— Зови меня дядя Давид, — радушно предлагает снабженец.

Снимаю дублёнку и слышу восхищённый вздох дяди Давида.

— Столько наград! Молодец! — комментирует он.

В знакомом мне ресторане уже сидят музыканты, и их солист меня явно узнаёт — машет приветственно рукой и хлопает по тарелке барабанной палочкой.

— Значит так, сейчас Вадим определится с тем, что у тебя на обмен, и решим, на что тебя поменять. Посмотри пока каталог, — Давид достаёт прейскурант промышленных товаров широкого потребления из «Березки».

Заказываю рыбу и морс, пить не собираюсь с ним. Люда заказала шашлык, и тоже морс.

— Я за рулём, — важно поясняет она.

Давид и я понимающе усмехаемся. Еле заметно, чтобы не обидеть девушку. Давид оказался балагуром и весельчаком, всё рассказывал анекдоты и смешные случаи из жизни. Мой анекдот из двух слов ему понравился, кстати, смеялся искренне.

— А как вы планируете всё это оформить? — стало интересно мне.