Благословение Небожителей 1-5 тома (ЛП), стр. 197

— Ваше Высочество, спасите меня! Спасите меня!

В тот же миг на его бедре, ближе всего к поясу, едва заметно стали проявляться три небольших углубления.

Лекарь испуганно вскрикнул:

— Ваше Высочество! Недуг распространяется, распространяется! Поветрие сейчас переберётся с ноги на всё тело!

Сколько бы магических сил Се Лянь ни истратил, в конце концов не смог исцелить юношу от недуга. Скоро жуткое поветрие перекинется на всё его тело, и тогда уже ничем нельзя будет помочь, неужели остаётся опустить руки и смириться?

Се Лянь стиснул зубы и выдавил:

— Ответь мне. Только одно слово. Эта нога. Нужна тебе или нет? Как поведёт себя хворь, если отнять ногу, я тоже не могу сказать наверняка. Если готов с ней расстаться, кивни, и дело будет сделано немедленно; если не готов, то не кивай, и мы пока подождём!

Юноша тяжело дышал, от испуга его глаза опустели, будто он был близок к потере рассудка. Он вроде бы кивнул, но в то же время и покачал головой. Тем временем лики на его ноге принялись один за другим верещать, будто бы приветствуя вновь примкнувшего к ним «сотоварища», явно выражая радость. Из маленьких ртов слышался писк и тявканье, а внутри можно было разглядеть дрожащие красные язычки. Невозможно представить, что же творится сейчас внутри ноги этого юноши, в жилище для каких тварей она превратилась.

Ждать больше нельзя! Се Лянь повернулся к лекарю:

— Режьте.

Но лекарь вдруг замахал руками:

— Ваше Высочество, простите недостойного! Я не могу быть уверен, что всё пройдёт успешно, такое место… я не осмелюсь оперировать! Что если, даже отняв конечность, мы ему не поможем… Всё же не стоит так рисковать!

Отругав сам себя за то, что от нечего делать вышел с предложением и едва не нарвался на выполнение столь жуткого поручения, лекарь вспомнил, что инициатива наказуема, поэтому снова скрылся в толпе и больше голоса не подавал. Юноша тем временем всё причитал:

— Ваше Высочество, спасите! Ваше Высочество, спасите!

А у Се Ляня в голове всё опустело, тогда как в сердце непрерывно зазвучал голос, полный отчаяния: «Кто же придёт спасти меня самого?!..»

Кругом поднялся разноголосый галдёж, и что только не выкрикивали люди. Маленькие сморщенные лики внизу тоже звонко визжали. В какой-то момент Се Ляню даже показалось, что он увидел настоящий ад.

Он будто своими глазами смотрел на этот ад, и в то же время ничего не видел. Обливаясь холодным потом, принц широко раскрыл глаза, занёс руку…

Удар клинок обрушил занесённый, кровь алая потоком пролилась.

— А-а-а-а-а-а!..

Юноша находился в полуобморочном состоянии, но стоило Се Ляню отрубить ему ногу, сразу пришёл в себя и зашёлся воплями:

— Моя нога! Моя нога!

Се Лянь стоял на коленях в луже крови, его белые одеяния запачкались кровавыми брызгами. Изо всех сил прижимая юношу к земле, он воскликнул:

— Всё в порядке! Лекари, остановите ему кровь!

Несколько лекарей спешно бросились помогать. Му Цин, не в силах больше смотреть, бросил:

— Только не теряй сознание, — и тут же склонился над юношей, доставая бутылёк со снадобьем.

Наружу просочился лёгкий дымок, потоки крови постепенно остановились. Се Лянь тем временем тоже вливал в рану юноши божественное сияние.

Что касается отрубленной конечности, одиноко брошенной в стороне, она вдруг сама по себе поджалась — оказалось, поражённая нога способна двигаться, будто живое существо, даже отдельно от тела. Се Лянь вскинул руку, разгорелось пламя, и нога в языках пылающего огня обернулась горсткой чёрной золы.

— Моя нога! — в ужасе заорал юноша.

Се Лянь осмотрел его в районе поясницы, но не увидел признаков поветрия ликов, поэтому глаза принца сверкнули, а лицо радостно просияло:

— Вот и всё, недуг остановлен. Поветрие больше не распространяется!

Юноша лишь после этих слов перестал рыдать и распахнул глаза шире:

— Правда? Оно правда отступило?

Послышались потрясённые вздохи толпы, начался переполох. Поколебавшись с минуту, кто-то воскликнул:

— Ваше Высочество, прошу вас, помогите и мне исцелиться!

Но в ответ вдали раздался громкий голос юноши:

— Не стоит действовать сгоряча! Ещё точно не известно, а что если недуг через время вернётся снова?

Это напоминание помогло и Се Ляню сохранить спокойствие, принц согласился:

— Верно. Пока ещё рано делать выводы, нужно какое-то время понаблюдать.

Кто-то в ужасе воскликнул:

— Сколько же ещё придётся наблюдать… ждать больше нельзя, если ещё протянуть… ещё протянуть, и эта дрянь переползёт на моё лицо!

Кто-то решил — была не была:

— Я готов пойти на этот риск!

И вскоре Безмрачный лес заполонили крики нескольких сотен человек:

— Ваше Высочество, умоляем, избавьте нас от страданий!

Люди один за другим принялись падать на колени вокруг Се Ляня, но принц, пусть и оказался в весьма затруднительном положении, не решился на необдуманные действия.

— Прошу всех подняться. Если по прошествии времени недуг этого человека не возвратится снова, я непременно сделаю всё возможное, чтобы вас исцелить…

С огромным трудом успокоив толпу, надавав немереное количество обещаний и определив юношу с отрубленной ногой в другое место, где он сможет спокойно восстанавливаться, Се Лянь сел под деревом. Му Цин огляделся по сторонам и, только убедившись, что никого вокруг нет, тихо обратился к принцу:

— Как тебе пришло в голову вот так запросто взять и отрубить ему ногу? Ты не можешь принимать подобные решения, даже если человек умоляет тебя об этом снова и снова. Что если, даже отрезав ногу, ты ему не помог? Тогда ненавидеть он станет именно тебя.

Сердце Се Ляня до сих пор колотилось как бешеное. Закрыв лицо ладонью, он хриплым голосом ответил:

— Обстоятельства не терпели промедления, он мне не отвечал, лекарь тоже не решался действовать, я ведь не мог просто смотреть, как недуг распространяется дальше. Кто-то должен был принять окончательное решение и сказать, что нужно делать. Я просто…

Даже на лице Фэн Синя, что случалось крайне редко, читалось печальное выражение:

— Ваше Высочество, думаю, тебе надо отдохнуть. Ты в самом деле выглядишь не очень хорошо, а мы пока поможем тебе всё здесь уладить.

Се Лянь тоже чувствовал, что не выдерживает нагрузки. Он медленно кивнул:

— Хорошо. Тогда я немного отдохну здесь и скоро вернусь в лагерь. Мне нельзя уходить слишком далеко.

Как раз в тот момент в лесу послышался чей-то плач и крики, Фэн Синь и Му Цин отправились узнать, что стряслось, а Се Лянь, посидев немного в растерянности, лёг прямо на землю.

Раньше, если никто не установил для него полог, пропитанный ароматом трав, и не поставил кровать, инкрустированную слоновой костью, принц ни за что на свете не стал бы ложиться прямо в грязь, посреди дикой глуши. Но сейчас у него в самом деле не осталось никаких сил на то, чтобы маяться с этим бесполезным хламом. Он даже не стал стряхивать с одежды пыль и стирать кровавые следы — чумазый с головы до ног, уронил голову на землю и уснул.

Неизвестно, сколько времени прошло, когда принц сквозь сон услышал, что его зовёт Фэн Синь. Се Лянь рывком пробудился и тут же вскочил на ноги, ощутив, как с него что-то соскользнуло. Принц опустил взгляд и увидел старенькое заплатанное одеяло. Кто-то накрыл его, пока он спал. Се Лянь размял точку между бровей и сказал подошедшему Фэн Синю:

— Мне это без надобности, отнеси в лагерь к заболевшим.

Фэн Синя его слова удивили:

— А? Ты о чём? Об этом одеяле? Это не я его принёс. Я только что подошёл.

Се Лянь повернулся:

— Му Цин?

Му Цин ответил:

— И не я. Видимо, кто-то из твоих последователей, живущих в изоляции, принёс его тебе.

Се Лянь огляделся по сторонам, но не заметил ни тени того, на кого можно было бы обратить внимание. Покачав головой, принц подумал: «Я даже не почувствовал, что кто-то подобрался близко. Моё состояние и впрямь оставляет желать лучшего». Аккуратно свернув одеяло и положив на землю, он поднялся: