АН (цикл 11 книг) (СИ), стр. 415
— Простите, мой принц… Дело в том… в голове не укладывается. С вашего позволения, я просто включу запись. Её сделали тридцать минут назад. Канал «Жёлтый зимородок», новостной блок.
Канал бояр Галицких? Хм… Эти ребята не стесняются пройтись по грани дозволенного. А ещё у меня с ними весьма плотные экономические связи. Помогаем друг другу рекламой.
— Понял. Давай включай, не томи.
Андрей Оболенский потянулся к мышке, дважды щёлкнул клавишей и развернул изображение на весь экран.
— Ух ты ж… — удивлённо выдохнул я. — Тёщу показывают.
Глава 11
За тридцать девять минут до текущих событий. Казанский кремль.
Напевая незатейливую мелодию, великая княжна Казанская Юлия Евгеньевна Ромодановская, невеста княжича Новочеркасского, облачённая в тренировочные брюки и футболку, спускалась по лестнице.
— Глеб, где матушка? — спросила великая княжна у слуги в коридоре.
— Её светлость в Бежевой гостиной, Юлия Евгеньевна, — с поклоном ответил молодой мужчина.
Юля кивнула и продолжила свой путь, не меняя курса.
«Маленькие победы каждый день», — усмехнулась мысленно Юля. Она испытывала удовлетворение оттого, что вопреки логике сразу пошла в сторону «семейных» гостиных. А ведь даже лёгкими утренними разминками полагается заниматься в специально оборудованном зале. Но сегодня отец семейства в доме отсутствовал, так что великая княгиня могла позволить себе немного полениться и не тащиться через двор в спортивный зал.
«Ещё и тренеров отпустила», — подходя к закрытой двери гостиной, из-за которой слышалась энергичная музыка, предположила Юля.
Тихо открыв дверь, девушка убедилась в своей правоте. Великая княгиня делала упражнения в одиночестве перед огромным экраном телевизора, на котором был включён музыкальный канал.
В некотором роде такая картина стала уже привычной для Юли, которая, став невестой Арвина, начала гораздо больше времени проводить с матерью. И совместная утренняя разминка с матерью стала для девушки приятной традицией.
Удивило Юлю в тот момент другое.
— Мама, что на тебе надето?! — изумлённо выпалила девушка, не отрывая взгляда от коротеньких шорт и топика, в которые была облачена великая княгиня Казанская.
Елизавета Алексеевна, в этот момент стоявшая в вертикальном шпагате, перевела осуждающий взгляд на свою старшую дочь. Не переставая тянуть носок, она плавно начертила в воздухе ногой полукруг. Оказавшись на двух ногах, женщина легко подпрыгнула, приземлилась, и повернулась к Юле.
— Во-первых, доброе утро, доченька. Как я погляжу, ты опять полночи общалась со своим женихом? Ай-ай-ай, Юля. Сну нужно уделять достаточно времени, если хочешь сохранить гладкую кожу и здоровый цвет лица до самой старости.
— Прости, мама. Доброе утро, — виновато понурилась великая княжна.
— Вот так-то лучше, — улыбнулась женщина. — Ну а что до твоего вопроса — обычные шорты и топик. Как тебе известно, выпускает эту одежду швейная фабрика твоего друга — младшего великого княжича Тверского. А в «Триединстве» предостаточно фотографий аристократок в этих одеждах. Почему же тебя так удивляет, что твоя мать приобрела себе несколько комплектов? Заниматься в них удобно. И, между прочим, твоему отцу очень даже нравится такая одежда.
— Мама! — смущённо выпалила Юля.
— А что мама? — преувеличенно удивилась великая княгиня Казанская. — Через год ты станешь замужней женщиной. И мне нужно тебя ещё многому научить.
Юля закатила глаза. А затем увидела на диване аккуратно свёрнутые спортивные штаны и куртку. Девушка с трудом сдержала улыбку.
«Получается, одёжку от Аскольда ты надеваешь, но пройтись в таком виде по коридорам дворца перед слугами считаешь недопустимым?»
— Хорошо, я поняла, мама. Пожалуй, тоже прикуплю себе несколько шортиков и этих маечек, — ровным тоном произнесла Юля.
— Только не забывай о том, что ты великая княжна, — наставительно подняла указательный палец Елизавета Алексеевна. — Фотографироваться в таком виде на фоне цветущей черёмухи, как всяким мелким дворянкам, для тебя недопустимо. Ладно, ты и так опоздала к началу нашей утренней зарядки. Начинай разминаться. Гибкость — главное оружие женщины.
— Помню я, мама, помню, — проворчала Юля и, встав рядом с матерью, начала делать наклоны головы.
В этот момент зазвонил мобильный телефон великой княгини.
— О, чего это твоей тётушке нужно с утра пораньше? — удивилась Елизавета Алексеевна, подойдя к тумбочке, на которой лежал её новенький смартфон. — Алло, — проговорила в трубку она через секунду.
Юля с любопытством поглядывала на мать, пока делала махи руками.
— Сейчас включу, — отозвалась великая княгиня и потянулась к пульту от телевизора. — Да-да, Катя! Чего ты меня так торопишь? Так… какой там канал, — женщина нажимала на разные кнопки, а через несколько секунд замерла, широко распахнув веки: — О боги…
Юля повернулась к экрану телевизора и разделила весь спектр удивления своей матери.
С экрана на неё смотрели пять человек, которые сидели за одним длинным столом.
Слева расположилась пожилая пара: крепкий старик с аккуратной бородкой и бритой головой и его супруга — статная пожилая женщина с высокой причёской. Юля сразу признала чету Аксаковых — великие князь и княгиня Киевские.
С правой стороны сидела пара помоложе: Антон Иванович и Дарья Владимировна Троекуровы. Правители Выборгского княжества, как и всегда, смотрелись органично. Несмотря на то что князь «сиял» залысинами и имел лишний вес, а княгиня, напротив, производила впечатление писанной красавицы без единого изъяна.
Но больше всего Юлю и её мать удивила женщина, сидевшая во главе стола. Изящное чёрное шелковое платье, чёрные волосы, собранные в пучок, из которого не выбивается ни единой пряди, и чёрная же вуаль, скрывающая лицо — «Корона вдовы». Только одна женщина могла предстать перед публикой в таком виде.
В девичестве великая княжна Киевская, а ныне вдовствующая императрица Российской империи. Ранее — жена предыдущего императора, а теперь — мать нынешнего.
Елизавета Александровна Рюрикович.
— Вот так компания, — напряжённо проговорила мать Юли. От её игривого настроения не осталось и следа. Сейчас рядом с девушкой стояла истинная правительница великого княжества Казанского. Высшая аристократка, способная улавливать даже малейшие изменения на политической арене и страны, и княжества.
Пусть и облачённая сейчас в короткие откровенные шортики и обнажающий кубики пресса топик.
— Я перезвоню, — быстро проговорила великая княгиня, сбросила вызов и тут же начала что-то листать в смартфоне.
А пятёрка с экрана телевизора так ничего ещё и не произнесла.
«Хотят, чтобы как можно больше людей увидели»?
— Судари и сударыни! — словно гром среди ясного неба раздался голос императрицы. — Достойнейшие подданные нашей империи. Я, Елизавета Александровна Рюрикович, счастлива лично к вам обратиться! И повод сегодняшнего обращения, несмотря на всё, что предшествовало ему — счастливый.
Императрица взяла небольшую паузу, а Юля почувствовала, как бешено колотится её сердце. Случались ли раньше подобные телевизионные обращения? Она не могла такого припомнить…
— Мой покойный супруг, достойнейший император Иван IX, подарил мне двоих детей — мальчика и девочку! — неожиданно заявила Елизавета Рюрикович. — Наш сын — ныне царствующий император Игорь VI. Его младшую сестру зовут Софьей. Она цесаревна по крови и член рода Рюрикович.
— Мам, — повернула голову Юля, когда императрица замолчала. — Раньше же так публично не представляли императорских дочерей? Или я что-то путаю?
— Не представляли, — коротко ответила великая княгиня Казанская. — Только тех, кого выдавали за Годуновых.
— Я и мой покойный супруг хотели, чтобы наша дочь узнала больше о мире. Но мы опасались проклятья, от которого страдают все Рюриковичи по крови. Однако Софья оказалась крепка здоровьем. Мы верили… и я верю до сих пор, что проклятье постепенно спадает с семьи Рюриковичей. Но мы не могли быть уверены в этом. Вдруг, если бы наша дочь оказалась за пределами Кремля под своим собственным именем, враги империи нашли бы её и усилили проклятие? И поэтому мы готовили дочь к тому, чтобы она изучала мир под чужим именем. Увы, мой супруг умер из-за проклятия до того, как Софья покинула Кремль. Увы, он не застал то время, когда наша дочь начала жить полной жизнью. Пусть и под другим именем. Под именем Софьи Антоновны Троекуровой — младшей княжны Выборгской. Я благодарна своим друзьям за то, что приютили Софью и всячески её поддерживали, — она нежно посмотрела на чету Троекуровых. — А сама я счастлива, что Соне удалось увидеть мир, поступить в «Алую Мудрость» и учиться там бок о бок с детьми представителей разных сословий. Софья выросла умной и сильной девушкой. И достойная продолжить волю своих предков, Софья, став Мастером, отправилась на поле боя. Она понимала, что в мире царит не только мир. Что неотъемлемая часть нашего мира — война, как бы грустно от этого ни было. Потому Софья не могла игнорировать эту составляющую нашего мира. Вместе с ратниками княжества Выборгского она отправилась в Африку отстаивать интересы княжества, и, что гораздо важнее — всей империи. И там в Африке… моя дочь сражалась отчаянно и достойно предков. Но враг превосходил числом её отряд. И… Софья едва не погибла. Я… видела кадры. Видела тот момент, когда буквально секунда, и я бы лишилась своей единственной дочери. Но Боги оказались благосклонны к нам. Боги послали спасителя члену семьи Рюриковичей! Спасителя для родной сестры царствующего императора. Того, кому все Рюриковичи обязаны за жизнь нашей дорогой Софьи — Аскольда Андреевича Оболенского.