За день до нашей смерти: 208IV (СИ), стр. 126

— Как и всегда в жизни, — наёмник не особо следил за тем, сколько он выпил, — стоит отлучиться, как случается самое важное. Ладно, смотри: в жилетке и рваной серой футболке — Боб, самый старший из этого сборища. Не в плане всех Библиотекарей, а именно вот этой компании. Да, несмотря на высокий голос и наполовину детское лицо — ему тридцать с излишком. Он знает эту библиотеку как свои пять пальцев. Как… Как Смит. Это что-то вроде местной легенды, — молодые взяли новую бутылку и, смеясь, начали наливать, — мол: работал здесь библиотекарь — задолго до конца света. Он знал, где лежала каждая книга… Буквально мог направлять искушённых читателей. «Тяга к звёздам»? Да, конечно — второй зал, четвёртый этаж, третья полка, пятая книга справа. Вот это — Боб. То есть Смит. Не уверен, что Смита звали «Смит», но суть ты понял.

— А ему это… не холодно?

— Чёрт его знает на самом деле. Но мне от одного взгляда на него — да. Широкая золотая коса до талии и не менее широкая улыбка — Шерри Златовласка (прозвище, ясное дело). Да вон — на стеллаж опирается, — Айви бесцельно бродил глазами по залу. — Хочешь жить — не смей трогать её волосы. Вообще. Даже если очень сильно захочется. Даже если «чуть-чуть, одним только пальцем и…» — есть куда более благородные способы умереть.

— Понял.

— Вот тот хмурый черноволосый парень, который совсем не похож на умника — Алекс Эс. Младший из всех — девятнадцать. Но не смотри на него, как на подходящий вариант для общения — говорит мало, безэмоциональный, даже немного странный — поймёшь позже. Но знает много. Чёрт, больше меня, наверное — никогда не скажешь точно. Хотя… Он тут родился — в самом концентрированном на знаниях месте, так что это неудивительно. Возле Алекса…

— Уильям! — Брюс ловко запрыгнул на один из столов, указав на того пальцем. — Вместо того, чтобы рассказывать нам, где ты пропадал два года, ты сидишь и обсуждаешь что-то с мальчишкой?! Ты должен заплатить за такое грубое преступление! — он подошёл и передал Хану ещё одну бутылку. — Пей! Пей и не задавай вопросов!

— А сколько он выпил? — шепнул Айви.

— Больше всех — как всегда. За тебя, сукин сын!

Следующие несколько часов добрый десяток людей пил и веселился, рассказывая истории. Молчаливый Алекс занимал всех любопытными рассказами настолько сильно, что Шерри то и дело лезла к нему не с самыми приличными жестами внимания; Брюс заводил пополнивших компанию всякими глупостями вроде плоских шуток и лёгких издёвок; Боб и Шоу — действительно самый старый Библиотекарь, чья седина была лишь чуть белее, чем оттенок его бледного худощавого лица с орлиным носом — стояли в стороне и, краснея от выпивки, радовались очередной возможности собираться в месте и пить лишь из-за того, что они пережили ещё один день; Дана, слушая Уильяма, села рядом с ним, положив голову на плечо.

— Кстати, Уильям, ты так и не познакомил остальных со своим попутчиком! — последнее слово Ламмар почти прокричал. — Хуже — мы ему не налили!

— Тебе лишь бы детей спаивать… — Кофуку, почти уснув на плече Хантера, привычно улыбалась. — Ему же… Сколько, Уилл?

— Семнадцать, солнышко.

— Милота. А выглядит на четырнадцать. Знаешь, ему бы длинные волосы пошли… Сильно. Прям чтоб ровные такие, как у тебя.

— Веришь или нет, но до вчерашнего дня они были.

— Пха-х… Ты что, подстриг его?

— Он сам, — Уильям глупо улыбнулся в ответ.

— Но и ты подстригся, это точно — криво, как всегда… А не бреешься. Колючий… — она провела по его бороде рукой.

— Я уже старый — можно и не бриться.

— Ребят! — перебил тех Джексон. — Вы там долго шушукаться будете?! Мораль успокоена — можно наливать?!

— А что ты нас спрашиваешь-то? Я ему не нянька, а он — довольно сознательный. Думаю, он отка…

— Я выпью, — резко ответил Ви, отбросив книгу.

— Или нет.

В конце концов, Мальчик быстро вклинился в разговоры. Казалось, он только и делал то, что расспрашивал: об электрических барьерах, где Грин — помощник Алекса — хвастался никель-железными аккумуляторами с накопительным зарядом и рассказывал о том, как мёртвые отлетают при пиковой мощности на несколько метров; о самом электричестве и солнечных панелях, установленных на крыше не только зданий Библиотеки, но и соседних — Брюс, участвующий в установке, хвастал, как мог; о количестве книг и подвальных помещениях, где все пути в здание Мэдисона, кроме одного, были заделаны. Но, в конце-концов, дошло и до того, каким образом Библиотекари были связаны с Хантером, и та история объединила маленькие группки в один большой круг:

— А действительно, ребята?! — прокричал Джексон. — Как мы связаны с Хантером?! Он ведь снова не рассказал о нас, верно?! — тот кивнул. — Верно! И не подумайте — я не рискнул бы катить на него бочку, — Айви уставился тупым взглядом в рассказчика, а Уилл засмеялся, — но, думаю, раз Ви здесь, и раз он, как и каждый из нас, пьян — он заслуживает знать!

— Ох уж эта молодёжь… — Шоу, опираясь на свою трость, допил рюмку. — Совсем не умеют интриговать. Но юный Брюс прав — наш гость действительно заслуживает знать. Подойдите все сюда и послушайте — уверен, у вас получится дополнить то, чего я, простите, не вспомню.

Говорил старый Библиотекарь почти шёпотом и смотрел на мир через полузакрытые глаза, но каждый, кто остался — несмотря на то, насколько сильно был пьян — послушался его. Седой и бледный старик с пышными острыми бакенбардами и обильной залысиной в центре кивнул и пошёл к месту своего рассказа. Компания вместе подобралась к окнам читального зала, обступив рассказчика полукольцом:

— Это было восемь лет назад. На дворе стоял две тысячи семьдесят шестой… — старец почесал свой гладко выбритый подбородок. — Мне тогда было… Пятьдесят восемь, наверное…

— Мистер Даммер, рассказ.

— А, да. Так вот… Всё началось со стрелы… А потом… А потом… А чего это я — меня ж там не было, в начале, — Библиотекарь улыбнулся и сипло захохотал. — Дана, девочка моя, расскажи ты.

— Так и знала. В общем, мы с Алисой, — девушка заняла скамью напротив окна, рядом сидели Уилл и Айви, — в тот день вышли, чтобы разведать север города. Прошёл год с того момента, как Эволюция пыталась вычистить Мэриленд, но некоторые маленькие группки ещё оставались в городе и бесчинствовали, насилуя и убивая людей. Это было второе сентября — было жарко. Помню, Боб даже был в жилетке на голое тело.

— Это была другая жилетка — не подумайте, — смущённо ответил мужчина, смотря на свой элемент одежды.

— Но вкус у тебя не поменялся!

— В общем, мы осторожно осматривали улицы, искали выживших — мы тогда не знали, что многие ушли в Филадельфию, чтобы потом стать «Свободой» — люди просто затаились и ни с кем не связывались, накапливая силы, оставив нас в нашей столице в полном неведении. В общем, мы дошли до университета Галлодета и услышали выстрел.

— Я… Пользовался случаем, — дополнил Уилл. — Знал, что в Вашингтоне, как в самом Мэриленде было мало людей, а становилось ещё меньше — сентябрь — орды должны были скоро пойти. Нет, я слышал о Библиотекарях и даже когда-то контактировал с одним из них, но до того момент Библиотеку Конгресса я не посещал. В общем, расчёт был на то, что город будет пустовать, так что я…

— Так что ты даже не приоделся, старик! — Ламмар одним глотком осушил очередную рюмку. — Серьёзно, я как сейчас помню: выходит из дверей что-то очень грязное, грузное, с большим рюкзаком и в земляного цвета накидке, но главное, блин — идёт очень медленно!

— Ага. Мы ещё помним и то, как ты чуть не обоссался от страха, Джекс, — Боб ткнул товарища локтем в бок.

— Да херня всё это!

— Да не херня — он же почти рядом с тобой вышел, а ты просто замёрз!

— Тише, ребят, а то Ви так вообще ничего не сообразит… В общем, Уильям вышел из Университета в не самом подобающем виде и образе: весь грязный, в свежей крови, лицо было закрыто маской, но, что хуже, он молчал и просто медленно шёл…

— Мне в тот момент кровь глаза застелила. Я пришёл в тот универ, думал найти что-нибудь ценное, а нашёл пару заражённых рейдеров — ребята, видимо, что-то не поделили да порезали друг друга. Один умер, второй превратился. Кинулся он на меня, выбил нож первым же ударом и повалил — пришлось стрелять. Пробил я ему лёгкое, вторым пробил сердце, а он мне в отместку как блеванет кровью прямо в глаза…