Мой Орк. Другая история (СИ), стр. 56

Кархем в это время снес голову очередному воину, после чего осмотрелся. Силы на исходе, их просто задавят числом. Неделя ожесточенных боев и от армии осталась в лучшем случае половина. Тут с ним поравнялся Гешкет:

— Они готовятся к новому залпу! Придется отступать!

— Отступайте! — кивнул.

Вдруг две катапульты, уже заряженные и готовые выпустить снаряды, словно по волшебству загорелись, за ними еще две.

— Какого ворока происходит? — Кархем развернул лошадь, в тот же миг над ним пронеслась черная тень, потом снова и снова.

Вскоре люди начали отступать, но причины орк все еще не мог понять, пока не увидел, как лучники принялись стрелять в небо, а в ответ им на головы обрушился огненный дождь. Так повторялось несколько раз, выжившие воины к тому времени с криком «Драконы!», отступали все дальше к деревне.

— Это, твою мать, дракон! — Гешкет спрыгнул со своего коня. — Черный и носится как угорелый.

— Откуда он тут?! — Кархем тоже спустился.

— Не знаю, но зверюга подожгла все катапульты и разогнала эту свору! Как бы только по нам не зарядила сейчас!

Кархем всмотрелся в ночное небо, а спустя пару минут аж глаза протер. Дракон не один. С наездником:

— Не стойте на месте! — крикнул своим. — Наступайте!

Дракон так и поливал огнем армию Луара до тех пор, пока воины не отступили к лагерю своего главнокомандующего. После Рэйв вернулся к выжженной деревне и наконец-то опустился на землю. Орки обступили черного зверя, они смотрели то на него, то на хрупкое создание, что сидело верхом на нём. А расступились только с появлением вожака. Кархем не верил своим глазам. На драконе сидела его маленькая гарпия вся перепачканная сажей, с ожогами на руках и ногах, ибо защиты на ней не было никакой, лишь тонкое опаленное местами платье.

— Ты? — остановился в паре метров, ибо дракон тут же напрягся.

— Я — улыбнулась через силу. — Прости, что не послушалась Фарату.

— Надо снять тебя, — снова глянул на дракона.

— Нет, надо закончить начатое. Ты должен увидеть их армию сверху. Там сотни воинов ждут отмашки. Рэйв с ними со всеми не справится, у него почти не осталось запала. Садись, Кархем, он пустит тебя.

Орк взобрался на дракона, сел позади Эйвы, отчего она съежилась вся, спине тоже досталось. Недаром дрэксы никогда не поднимались в воздух без прочных огнеупорных доспехов. Когда дракон изрыгает пламя, то капли горящей кислотной смеси разлетаются во все стороны.

— Больно? — скорее снял с себя жилет и надел на жену.

— Пройдет, — откинулась головой ему на грудь. — Главное, ты жив. Но эту войну не выиграть.

— Это мы еще посмотрим. Иногда надо не только мечом размахивать. Спасибо, — прошептал ей на ухо, — моя спасительница. Второй раз я остаюсь жив благодаря тебе.

— Хорошо бы остаться и в третий.

Рэйв поднялся в небо, а направила его Эйва в сторону лагеря, как раз к шатру Луара, откуда уже все вышли. Правитель Зарда был в полнейшем замешательстве, практически в панике, такого исхода он никак не ожидал. Дракона ни стрелами, ни копьями не возьмешь. Да и откуда вообще он взялся?

— Луар! — Кархем спрыгнул с Рэйва прямо перед командованием. — Война окончена!

— С грязным дикарем переговоров не веду! — выплюнул гордый зарданец, чем вызвал волну молчаливого негодования со стороны своих баннеретов.

— В таком случае ты вернешься в Зард один и будешь держать ответ перед своим народом и союзниками за то, что потерял всех!

— Я вижу всего лишь одного дракона! — вышел вперед. — Притом еще не достигшего зрелости!

— Этот один дракон нанес вам серьезный урон, а когда сюда прибудут его собратья, что произойдет очень скоро, от твоей многочисленной армии не останется и мокрого места. У тебя есть союзники, так и у меня тоже. Решай, чего ты хочешь больше. Отомстить и лишиться власти или проявить мудрость, заключить мир и вернуться домой победителем?

Луару понадобилось немного времени.

— Мир! — процедил с раздражением, ибо знал, с драконами без драконов воевать бесполезно.

— Который я хочу видеть на бумаге!

Этой ночью люди и орки заключили, пусть и вынужденный, но мир. Два наиважнейших документа были подписаны обеими сторонами на глазах у всех присутствующих, после чего Кархем вернулся к Эйве. Рэйв отвез их в Аранхарм, где Кархем немедленно отнес жену в лазарет, а дракон вернулся в свое логово.

Спустя три месяца от ожогов остались лишь шрамы, а еще у жены вожака заметно округлился живот, как-никак, ребенок обещал быть крупным, в отца.

Аранхарм с тех пор зажил своей жизнью, где отныне орки и люди вели общее хозяйство. Да, между двумя видами оставалось еще много разногласий, но чтобы прийти к понимаю порою нужны годы, десятилетия. Ну, а правитель с женой обрели заслуженное счастье.

— Ты же мне сына родишь? — Кархем прогуливался с Эйвой по центральному рынку, присматривался к горнийским и лихейским лукам.

— Сделаю всё, что смогу, — в свою очередь любовалась бусами из самоцветов и шелками, — но ничего не обещаю. Купишь мне сушеных ушек?

— Я сегодня одно ушко нашел у себя под подушкой.

— Ты же его не съел?

— Нет, конечно, не переношу ушки, — и достал из кармана находку. — Держи.

— Вот спасибо, — потянула его к лавке, где здешний мясник торговал вяленым мясом.

Бонусный рассказ

История Тароса

Сегодняшний день начался так же, как и вчерашний, впрочем, как и позавчерашний. Уже полгода одинаковые дни до безобразия медленно сменяют друг друга. Подъем до рассвета, завтрак на скорую руку, сборы и дорога до каменоломни. Сколько он уже добыл породы? Сколько больших камней превратил в маленькие? Не счесть. Ладони давно как покрылись грубыми мозолями, пару раз срывал спину, что потом неделями мучился от боли, но на душе стало легче. С каждым ударом киркой по скале, с каждым мелким осколком, летящим то в глаза, то в грудь, Тарос все отчетливее понимал, насколько судьба несправедливо обошлась с ним, но коль так, значит, заслужил. Духи предков не простили ему предательства.

— Тарос! — кивнул ему местный кузнец.

— Гарун! — кивнул в ответ.

До каменоломни путь был неблизкий, но пролегал он мимо зеленых пастбищ, на которых паслись коровы, овцы, лошади. Недалеко от пастбищ располагались дома фермеров. Удивительно было наблюдать, как старые оруки и люди по утрам стоят у дороги и спорят, у кого удоя и шерсти больше. Стоят, бородами трясут, руками размахивают, а потом мирятся и идут каждый по своим делам.

За пастбищами еще с пару километров тянулись песчаные земли, переходящие уже в скалы. Однако чтобы попасть на разработку, приходилось еще спускаться по узкой горной тропе. Ветра здесь гуляли дикие, порой так задували, что казалось, живым вернуться уже не получится. Но Тарос из раза в раз спускался и поднимался, а схватку с ветром принимал как вызов самому себе. Он же воин и если уж умирать, то от руки соперника, но никак не на дне ущелья.

Добравшись до каменоломни, орк сбросил с себя жилет, все ж солнце пекло нещадно, после взял в руки кирку и направился к скале.

— Приветствуем! — показались двое орков каменотесов.

Они давно как обосновались здесь, чтобы времени лишнего не тратить на походы туда обратно. Иногда возвращались в город повидать семью, а потом снова сюда.

— И не устал ты мотаться изо дня в день? — спросил Шагет

— Не устал, — совершил первый на сегодня удар, — в дороге думается хорошо.

— О чем же таком думаешь? Горюешь, никак? Ни семьи у тебя, ни дома своего, ни уважения вожака. Или мыслишь сбежать?

— Бежать мне все равно некуда, — ударил по камню второй раз, отчего мелкие осколки полетели в разные стороны. — А думаю о дне завтрашнем.

— Вот я и говорю, горюешь.

— Работать давайте, хватит языками чесать.

И все принялись за дело. Готовую породу потом сваливали в вагонетки да отправляли по тоннелю на вторую каменоломню, где мастера изготавливали кирпич. Тарос трудился до самых сумерек, после чего убрал инструмент, надел жилет и уже хотел идти обратно, как Шагет окликнул: