Мой Орк. Другая история (СИ), стр. 44

— Ты глянь, — прошептала Ирхат, — сколько смешанных детенышей.

Тарос тоже смотрел на происходящее с искренним удивлением. Когда он здесь был последний раз, а это два с половиной года назад, на плато не было ничего, кроме гулумов. Теперь здесь есть всё.

Гарат сопроводил путников до главных чертогов, кои представляли собой несколько одноэтажных построек, обнесенных невысоким забором. Расположились те на краю плато, с которого открывался чарующий вид на озеро с чистейшей водой цвета бирюзы.

— Мы на месте, — слез с лошади предводитель отряда, — сейчас вас встретит главнокомандующий, он и отведет к вожаку.

И скоро к ним вышел орк в черных одеждах.

— Ибар, — тотчас выпрямился Гарат, — привели вот очередных. Просят встречи с Фаргаром.

— Кто из них кто?

— Охотник отщепенец с племянником и самкой, пленная из Аранхарма, а этот, — указал на Тароса, — как сказал, бывший главнокомандующий войском Кархема.

— Знаю его, — произнес негромко. — Ладно, возвращайся на пост.

— Габан, — ударил себя в грудь.

Ибар еще раз окинул взглядом прибывших, а остановился на Таросе:

— Никак разжаловали?

— Скорее уж сам ушёл, — слез с лошади.

— И прямиком сюда? Где люди и оруки живут бок о бок?

— Время идет, всё меняемся. Я разочаровался в политике своего вожака.

— Вы ведь знаете, что, скорее всего, остаться здесь не сможете, — обратился к остальным. — Фаргар не жалует перебежчиков.

— Знаем, — кивнул Радул.

— Что ж, идемте тогда …

Эйва все это время продолжала смотреть на жизнь вокруг. На людей, которые совершенно спокойно общались с орками, никто не прятал глаз, не опускал головы, а орки вели себя с ними как со своими. Да что говорить, смешанные дети прямое доказательство тому, что оба вида могут жить на одной земле в мире и согласии.

Тут из ближайшего дома вышла высокая девушка с полугодовалым малышом на руках. Ее руки и шею покрывали татуировки, одежда была под стать орочьей — штаны, рубаха, а поверх жилет, в ушах красовались большие кольца, волосы были собраны в высокий хвост, из-за чего виднелись слегка оттопыренные уши. Она с нескрываемым любопытством уставилась на путников, особенно на Эйву, так и стояла, смотрела, пока вереница из лошадей и их всадников не прошла мимо. Эйва в свою очередь заметила, как девушка кивнула Ибару, получив такой же кивок в ответ от орка.

Скоро все добрались до главного дома. И первое, что бросилось в глаза, это сизый дым, тянущийся из печной трубы, наполняющий воздух чем-то очень знакомым, уютным. Когда же подъехали к двери, Ибар приказал стражнику доложить о себе, а спустя минут пять из дома вышел могучий орк, да не один, за ним следом показалась миниатюрная девушка с невероятно волевым взглядом. Она встала за спиной орка, руки сложила в замок.

— Приветствую! — прогремел гигант. — Хотели встречи?

— Да, — слез с лошади Радул, после чего вышел вперед и ударил себя кулаком в грудь, Сакар проделал то же самое. — Бэр Фаргар, я пришел просить принять меня и мою семью обратно в клан.

— Что же такого случилось, что вы решили отвернуться от своего вожака?

И только Тарос хотел заговорить, как Фарагар помотал головой:

— С тобой я поговорю потом. Ты прибыл сюда не за пристанищем, насколько я понял.

— Габан, — кивнул.

— Я катаган, — продолжил охотник. — Мой отец Багран и мать Дарьят здесь похоронены, мой брат отдал жизнь в сражении под Аранхармом. Да, я решил тогда остаться в городе, присягнул на верность Кархему, но тому есть причина.

— Что за причина, сын Баграна?

— Злость и горечь утраты. Сначала люди изгнали нас, потом я потерял брата. Но со временем я многое осознал. Насмотрелся на ответную жестокость, понял, что воевали и ломали судьбы одни, а расплачиваются совершенно другие, невинные.

— Много же тебе времени понадобилось, чтобы это осознать, — криво усмехнулся. — А кто эти женщины? — перевел взгляд на Ирхат с Эйвой.

— Моя будущая жена Ирхат, — взял орчанку за руку, — и Эйва — пленная из Аранхарма.

— Пленная? — обратилась к Эйве девушка. — Ты пленная? — вышла вперед.

— Да, госпожа.

— Фаргар, — посмотрела на вожака, — позволь мне забрать её.

— Хорошо, — кивнул, — веди в дом.

— Идем, — сразу воодушевилась русоволосая красавица, — не бойся, — взяла Эйву за руку и потащила за собой, — тебя здесь не обидят. Никто и никогда.

Глава 61

Скоро девушки оказались в просторной комнате с большой печкой у дальней стены. В одной части стоял длинный деревянный стол со стульями, в другой вдоль стен тянулись тахты с множеством подушек, на полах лежали мохнатые шкуры, а до чего приятные ароматы витали в помещении — пахло сдобой.

— Проголодалась? — подвела гостью к столу.

— Очень, — наконец-то улыбнулась.

— Сейчас накормлю тебя. И будем знакомы, я Тайли. Жена Фаргара.

— Я знаю вас. Ваша история с бэр Фаргаром уже легендой стала.

— Вот как, — вдруг смутилась, — неожиданно. И что такого о нас говорят?

— Что вы совершили невозможное, даровали надежду многим.

— Мы всего лишь не хотели войны, Эйва. Ты садись, — выдвинула для нее стул.

Через пару минут перед гостьей стояла чашка горячего молока.

— Угощайся. Только-только из печи, — следом поставила на стол глубокую чашу, доверху заполненную румяными булочками.

И только они устроились за столом, как дверь открылась. На пороге появилась та самая девушка с младенцем на руках.

— Заходи, Катина, — расплылась улыбкой Тайли. — Третьей будешь.

— Привет, — присоединилась к ним. — Рада знакомству, — говорила негромко, ибо малышка крепко спала. — Твои-то где? — прислушалась к тишине.

— Керм у матушки, Фелин все еще спит, — Тайли и ей подала кружку молока. — А теперь рассказывай, — уставилась на Эйву.

— О чем? — как-то растерялась.

— Свою историю. Откуда ты, где твоя семья, что с тобой было в Аранхарме.

И она рассказала. Тайли с Катиной слушали внимательно, не перебивали. С каждым произнесенным словом взгляд хозяйки дома становился все печальнее, но когда Эйва произнесла имя вожака хаватов, девушки мигом встрепенулись.

— Подожди, так ты его наложницей была? — уставилась на нее Катина.

— Должна была стать, — замялась сразу, — а стала в итоге женой, — и показала ладонь со шрамом, — у хаватов есть ритуал, называется эвар бэкда.

— Кровный обмен, — закивала Катина, — Ибар мне как-то рассказывал о нем. Этот ритуал еще называют бэргеми атарок или посмертный союз. Считается, что обменявшиеся кровью даже после смерти остаются вместе. У некоторых кланов такое практикуется.

— Вот это да, — хитро улыбнулась Тайли, — у меня в гулуме сидит жена самого Кархема. Чтобы этот хават и выбрал в пару человека, уму непостижимо. Но как же ты здесь оказалась? Почему?

— Меня забрала Ирхат. Та орчанка, с которой я прибыла.

— Против воли забрала?

— И да, и нет.

— Как так? — нахмурилась Катина.

— Я запуталась. То ли Кархем меня любил, то ли использовал. Я ведь могла вернуться, но не вернулась, испугалась. Поймите, Аранхарм больше не принадлежит людям, там нас продают и покупают, семьи разлучают, женщины и дети трудятся от зари до зари, несогласных жестоко наказывают.

— Этого было не избежать, к сожалению. Потому мы и предложили людям идти с нами, жаль, не все прислушались. А что с твоей семьей?

— Когда орки напали на нашу деревню, моя семья успела уйти. Где они сейчас, я не знаю.

— Так, может, они здесь. Многие бежавшие перебрались сюда. Я отведу тебя к нашему писарю, он ведет книги, куда записывает всех новоприбывших.

— Большое спасибо, Тайли. А скажи, правда, что моих спутников могут изгнать?

— Увы, — кивнула, — могут. Фаргар в отношении перебежчиков очень строг. Два года назад он позволил своему народу выбирать, или идти за ним, или остаться с пришлыми орками. Мой муж был и остается сторонником мира, тогда как Кархем всегда был сторонником войны.