Женитьбу не предлагать (СИ), стр. 53

Одно неправильное движение, выкрикнутые в толпе слова и льется кровь. Надзорщики падают, сраженные толпой. Неразбериха. Плач. Ор. Вопли.

— Ивет, бежим! — эльф буквально выдергивает меня из наседающей толпы. Он упорно меня тянет за руку. Он ранен в плечо. Но времени на лечение нет.

— Свергнуть королеву, — разносилось по площади. — Свергнуть королеву.

Банк идей кажется недостижимой мечтой — к нему не подобраться. Мы кружим по Круглому городу, то убегая, то сталкиваясь с вооруженными людьми. Эльф принимает решение уйти в лес. Конечно, там же сейчас никто не прячется! Ага, сейчас.

Женщины и дети всего города. Те, кто не может участвовать в мятеже. Старухи. Молодые мальчики, что вот-вот станут безотцовщиной.

Звуки, что разносились по округе, не предвещали ничего хорошего. Неумелые выстрелы, вспышки магии, промелькнувшие серебряные плащи. Топот копыт королевской гвардии. Новые крики. Снова выстрелы.

Мятеж задушен на корню. Город пылает от крови. Мы с Ушастиком крадемся по улице, магией убирая красноватые пятна на брусчатке. Меня трясет, и жених сильнее сжимает мою ладонь. Трупы горами валяются. Мертвые глаза смотрят в небо. Меня передергивает от отвращения.

Банк идей стоит, словно айсберг среди схлынувшего людского моря. Вход открыт и его раскуроченное отверстие манит. Мы тихо заходим. Комнаты распахнуты везде. Я прижимаюсь к Ушастику. Что-то скользкое прикасается к моей ноге, и вскрикиваю.

Северус находится на следующем ярусе. Черная одежда покрывает его будто саван. Ткань мокрая — он ранен.

— Передайте Милене, что я её люблю, — проговорил начальник, морщась от боли.

— Вы сами об этом ей скажите! — запротестовала я.

— Он умирает, дура, — произнес Ушастик, держась за бок. Его белая рубашка стала розоватой от крови.

Зеленая огромная змея подползла к Северусу. Никто из нас не успел среагировать — существо зашипело и ужалило его в шею. Я применила магию, когда начальник начал хрипеть и давить собственной кровью. Успела вовремя.

Северус погрузился в кому. Подоспевшие целители перенесли его в больничную палату. Жизнь я ему спасла. А вот душу — не знаю. Время покажет и все расставит по местам. Любовь это лекарство от многих вещей. Самая сильная магия в мире.

Северус выживет, я уверена. Милена точно постарается.

Глава 45. Призрак

Я буду призраком в твоей ночи.

Я буду вороном в твоей груди.

Если зовешь меня, то кричи.

Я сейчас заплачу. Нет, серьезно. Арнаэля теперь фиг поймаешь. После нашего разговора о месяце свадьбы прошло три дня, а он как в воду канул. Все потому что мой жених временно заменяет Северуса, пока невышедшего из магической комы.

Мне отвели важную миссию — следить за городом вместе с другими надзорщиками. Вижу всплеск магии — иду на миссию. Сейчас увидела очередной всплеск.

Шары в боевую готовность. Белые плащи, чтобы нас не перепутали с кем-нибудь ещё. Банк идей остается за спиной. Моя группа состоит из пяти отъявленных надзорщиков, прошедших огонь и воду. Каста «чистильщиков» самая малочисленная и самая грозная.

Я пыталась придать своему лицу грозное выражение, но больше пугала случайных прохожих. Одна бабулька даже воззвала к Шестерым.

В окне одноэтажного здания девушка кружится сама с собой в вальсе. Конечно, это настораживает. «Чистильщики» окружают домишко по периметру. Мой рог, пригодившейся ещё для переговоров с великаном, висит на поясе. Мы не можем начать атаку, не предупредив человека об этом. Какого лешего меня сюда в принципе занесло?! Встречу жениха, поблагодарю.

— В вашем доме зарегистрирован всплеск магии. Мы просим вас покинуть помещение, чтобы мы могли его осмотреть, — говорю в рог. Ей-богу, здесь нужна труба глашатая.

На девушку мое предупреждение не действует. Никак. Она начинает петь, зовя некоего Призрака. Магия увеличивается. «Чистильщики» застывают на местах, готовые в любой момент по моему сигналу обезвредить и обездвижить все, что угодно.

Для сигнала ещё рано. Мне через окно открывался фееричный обзор. Девушка перестала петь и кружить по комнате, застыв перед зеркалом. А из зеркала, ставшего почти прозрачным, вышел молодой человек в черном костюме и белой маске, что закрывала его половину лица.

— Кристин, — проговорил-пропел тот самый Призрак.

Когда классика оживает на твоих глазах, лучше всего бежать. Или падать в обморок, или рыдать, утирая слезы рукавом платья, или попытаться выполнить свою работу.

С тяжелым сердцем делаю знак рукой. «Чистильщики» врываются в дом во главе со мной. Но обнаруживают в итоге только девицу. Призрак растворился, будто его и не существовало совсем, будто Кристин его сама себе выдумала.

Осмотр зеркала ничего не дает. Обычное зеркало в полный рост в деревянной рамке. Зеркало как зеркало. По безмолвным лицам «Чистильщиков» читается настороженность.

Я не упомянула, да? У «Чистильщиков» нет языков. В прямом смысле. Считается, что так они сохранят намного больше тайн. Они чем-то схожи с Невыразимцами. Молчаливые наблюдатели, сказала бы.

Первым делом они решают транспортировать зерцало в Банк идей для исследования. Мне предстоит самая сложная работа — выяснить, что за загадочный Призрак.

Хрупкая девушка сидит напротив меня в допросной. Она ежится от холода, что проникает сквозь стены. Зима наступила. Пришла нежданно-негаданно. Что-то отвлеклась. Кристин нервно мяла листы бумаги в своих руках и уже раз десять пыталась запеть, чтобы вызвать Призрака. Пришлось идти на крайние меры — закрыли прекрасный ротик повязкой.

— Кто такой Призрак?

— Я не знаю. — Старательно выводя буквы на бумаге, пишет девушка. — Сначала я думала, что это дух моего умершего отца, но теперь сомневаюсь.

— Как он появился?

— Я репетировала арию перед тем самым зеркалом. И он возник из ниоткуда. Мне скоро выступать для королевы, а вы меня насильно удерживаете!

Ага. Похоже, не помешает консультация целителя. Не мне. Ей. Выдумать себе помощника, что обучает петь, это ещё додуматься надо! Уж в чем-чем, а жители Донауворта сильны в придумывании сказок и прочего. Будем значит спасать Кристин от самой себя.

После посещения целителя Кристин успокоилась и на следующий день встречала меня с улыбкой. Не безумной как раньше.

— Я хочу вам рассказать, — начала девушка без предисловий. — Я мечтала выступать в королевской опере, и долгое время репетировала арии перед зеркалом. Когда начался отбор на примадонну, то приложила много сил и стала репетировать ещё больше. Мне показалось, что в зеркале увидела мужчину. Он стал помогать мне с пением.