Я не хочу! (СИ), стр. 29
Ох, как руки чесались выкинуть из дома эту матрешку посадскую. Не выношу трепливых куриц.
Глава 49
— Итак, — закрыл за ней дверь. — Давай определимся с тобой. Я говорил не трепать языком?
— Говорили, — кивнула. — Я все поняла, Денис Александрович. И поверьте, очень дорожу своим местом. Простите еще раз.
— В общем, даю тебе последний шанс. Еще хоть одна осечка, хоть в чем-нибудь и до свидания.
— Большое вам спасибо, — зашмыгала носом.
— Можешь идти.
Скоро наступила благоговейная тишина. Пожалуй, кабинет — единственное место в доме, где я чувствую себя нормально. Видимо, привык прятаться. И только прикрыл глаза, как послышался легкий стук. Так стучится только она. Затем ручка щелкнула:
— Не помешаю? — так же аккуратно закрыла за собой дверь.
Какая же она красивая, хрупкая, нежная… Алиса тем временем подошла, протиснулась между столом и моим креслом, после чего уселась на край столешницы.
— Я хочу тебя, Денис, — и в тот же миг покраснела. — Очень, очень сильно…
Вот это заявление! Боже, она с ума меня сводит. Казалось бы, всего два слова «хочу тебя», а у меня уже ломка и в мозгах, и в штанах.
— А если будет больно?
— Плевать, — взяла меня за руку, поднесла к своим губам. Спустя секунду пальцами я ощутил влажный поцелуй. Нет, такого ни один нормальный мужик не выдержит. — Хочу ощутить тебя внутри.
Я сейчас же поднялся, рывками стянул с нее джинсы вместе с бельем, после расстегнул свои. И когда вошел одним резким движением в горячее тесное тело, она вздрогнула, задержала дыхание. Пришлось все-таки подождать, чтобы привыкла. А пока ждал, боролся с желанием кончить, это невыносимо терпеть.
— Всё нормально, — произнесла сквозь прерывистое дыхание.
Твою мать, я ее трахаю на своем столе, а еще люблю, безумно люблю. Когда Алиса откинулась на спину и одновременно накрыла свою грудь ладонями, начала ласкать, пощипывать, мне снесло крышу. Я навис сверху и вколачивался в нее до упора.
— Ты моя, Алиса. Слышишь? Только моя…
— Твоя, — выгнулась мне навстречу.
— Люблю тебя, — произнес ей в губы. Сразу после этого ощутил взрыв. Аж в глазах потемнело.
— Правда? — обняла за шею, уткнулась в нее носом.
— Да. Люблю. Но я старше тебя, многократно старше. И однажды ты проснешься рядом со стариком.
— Я проснусь рядом с тобой и буду всегда только с тобой.
Да, мне хочется ей верить, хочется просыпаться с ней каждый божий день, хочется возвращаться с работы, зная, что дома меня ждет любимая женщина, верная женщина.
— Знаешь, мне кажется, пора нам выйти в свет, — перенес её на диван.
На что Алиса сейчас же нахмурилась, принялась кусать нижнюю губу.
— Пора, Алис. Нельзя вечно прятаться. Ты теперь со мной и этот урод даже близко к тебе не подойдет. Паспорт мы восстановили.
— Скажи, а ты действительно видишь меня своей невестой?
— А ты сомневаешься? — коснулся ее волос, заправил прядь за ухо. — Мне не двадцать лет, и ответственности я уже давно не боюсь. Не спорю, за столом мое заявление прозвучало как-то не очень, учитывая мою матушку с ее закидонами, но сейчас я готов повторить только для тебя. Я хочу на тебе жениться, Алиса. Ты станешь моей женой?
— Ты на самом деле этого хочешь? Просто, если из чувства долга или чтобы защитить…
— Я безумно этого хочу.
— Но ты говорил, что устал от семейной жизни.
— От той, что у меня была да, устал. И решил, что хватит, но вдруг одним прекрасным вечером обнаружил девушку в своей машине. Знаешь, она сотворила со мной нечто невероятное.
— Правда? — наконец-то улыбнулась. — И что такого она сотворила?
— Вернула мне давно утраченное чувство счастья, вытащила из норы, вывела к собственным детям, показала, как я неправильно живу и как могу жить. Только вот она до сих пор не ответила на вопрос.
— Можно я отвечу за нее? — едва коснулась моих губ своими.
— Можешь.
— Она согласна. А знаешь почему?
— Почему?
— Потому что влюбилась по уши. И подозреваю, с первого взгляда. Ты снова хочешь? — посмотрела вниз на поднявшийся член.
— Просто он так рад тому, что услышал.
И я не успел глазом моргнуть, как она на меня села. Твою ж мать…
— Только, — начала сама двигаться, осторожно, медленно насаживаться, — мы, кажется, это делаем без предохранения.
— Да, — ответил на выдохе, — есть такое. Но я готов к любому повороту событий, — обхватил ее, прижал к себе.
На этот раз меня хватило надолго. А самое главное, моя девочка почувствовала свой первый настоящий оргазм. Я отправился за ней следом. Как же она сжималась, как часто дышала, и как смотрела мне в глаза.
— Решено, завтра мы все вместе выберемся в город, перекусим где-нибудь, развеемся, — целовал ее шею, скользил пальцами по влажной спине, ягодицам.
Глава 50
Алиса
Можно ли любить мужчину еще сильнее? Не знаю, но я люблю его до трясучки, хоть и стараюсь не показывать лишних эмоций, не хочу пугать. С ним и боль не боль, а удовольствие с легким эффектом недомогания.
Ночь мы провели вместе в его спальне, впрочем, Денис так и сказал, что с этого момента мы спим только вместе, только у него. А утром он поднялся ни свет ни заря и уехал на работу, чтобы решить все вопросы до обеда, ибо потом собрался вывезти меня с детьми в какое-то очень хорошее место.
Но пока его нет, мне нужно как-то минимизировать вероятность встречи с Ириной Николаевной. Если уж симпатии не случилось сразу, потом она не появится. Со мной так было всегда, особенно проявлялось в школе. С некоторыми учителями моментально налаживала контакт, с некоторыми как не вышло в первый день знакомства, так и всё. Однако не успела я выйти из комнаты, как мать Дениса преградила путь, будто все это время караулила за углом.
— Доброе утро, — одарила вымученной улыбкой. — Я бы очень хотела с тобой поговорить. Не против?
— Доброе утро. Давайте поговорим.
— Прекрасно. Тогда буду ждать в гостиной.
Боже мой, как я её раздражаю. С другой стороны, почему бы сразу не узнать о себе всё, что нужно знать.
Когда я спустилась в гостиную, на кофейном столике исходили паром две чашки чая, на одном диване сидела Ирина Николаевна, второй диван, который поменьше, предназначался для меня. Обстановка более чем официальная, наверно, сейчас будет серьезный разбор полетов.
— Присаживайся, — по-хозяйски указала на диван напротив.
Я села и уставилась на нее. И поняла, почему Андрей каждый раз замолкает. Разговаривать с человеком уже заранее настроенным против тебя — это ужасно.
— Денис, как я поняла, намерен на тебе жениться. И я категорически против этого брака.
— Чем я вам так не угодила? — зря спросила, но уж пусть выскажет все, что думает. — Возрастом?
— Не только. Я понимаю, мужчины любят помоложе, поглупее, такова природа, но ты взялась из ниоткуда. Кто твои родители? Откуда ты? Как твоя фамилия, в конце концов. Почему, что горничная, что повар боятся хоть слово произнести?
— Меня зовут Скворцова Алиса Викторовна, коренная москвичка. Мама умерла, отца рядом давно нет.
— И как вы с Денисом познакомились?
— Случайно. Я поссорилась с молодым человеком, он начал угрожать, а Денис вмешался.
— А почему к тебе ходит психолог?
— Из-за этого и ходит.
— Из-за бывшего парня?
— Да.
— Но ты же понимаешь, насколько вы с Денисом разные. Он взрослый мужчина, у него двое детей. А ты сама почти ребенок.
— Я люблю вашего сына, — пожала плечами, — ни его возраст, ни тем более, дети, меня не пугают. Андрей с Димой замечательные общительные мальчишки.
— Ты хорошо говоришь, — кивнула, — коротко, без лишних подробностей, отвечаешь как заученными фразами. И это все читается на раз-два, дорогая. Я в медицине уже много лет, у меня богатейший опыт общения, как с молодежью, так и с людьми пожилого возраста, как со здоровыми, так и с глубоко больными. Ты прячешься за маской, девочка, у тебя совершенно другая история. И Денис знает твою историю, но само собой, молчит. А, как известно, скрывают только тогда, когда есть, что скрывать.