Виртуализация, стр. 10
- «Принеси мне воды!» – Петр стоял и не двинулся с места. «Быстрее!» – я перешла на крик. Он не уверенно направился к машине. Как только он отошёл я собрав все силы рванула во дворы. Если меня поймают, Алик насладиться местью по полной! Я даже не смогу ему в таком состоянии сопротивляться. Думаю, его фантазии хватит не только насиловать меня в извращённой форма, так ещё и снять это на видео и отослать Дану. Дан меня после этого не простит и не примет! Я сама не смогу себя простить! Нет лучше сдохнуть!
Я бежала по проулку. Два здания стояли близко друг другу, но между ними был проход в который пройдёт разве, что собака. Я подтолкнула мусорный бак что бы прикрыть проход со стороны проулка и постаралась втиснуться между зданиями так, что бы меня не было видно. Потратив на это все силы я отключилась.
Глава 11
Я слышала голоса вокруг себя, не могла вынырнуть из липкой, тягучей темноты. Я пыталась открыть глаза, но было ощущение, что веки слишком тяжелые. Мысли перетекали в подсознании, не давая сосредоточиться. А если Алик нашел меня? Может лучше тогда вообще не приходить в себя. Наверняка некрофилия его не прельщает. Хотя фиг его знает, как он мог бы воспользоваться, моим бессознательным состоянием… Голоса стихли, а потом пробивался только один, но очень настойчивый голос.
- «Котёнок мой, приходи в себя. Я с ума схожу без тебя! Тин, я знаю, что ты меня слышишь. Я снова не смог тебя защитить… поэтому, ты наверное, не хочешь возвращаться? Я на всё готов, что бы ты снова был со мной! Помнишь мы собирались на море? Я обещаю, как только ты поправишься, мы сразу улетаем на две недели. Представляешь только ты, я и море? Тин, что мне сделать, что бы ты открыл глаза?» – голос замолчал.
Я точно знаю этот голос. Мне нужно прийти в себя. Я должна открыть глаза. Стоп, он называет меня Тин. Значит я парень? Почему я тогда чувствую себя женщиной? Нужно разобраться. Темнота снова стала сгущаться, затягивая в тягучее нечто. Нет. Нужно держаться за этот голос. Нужно вспомнить. Или… принять себя. Я хочу быть с Даном и если для этого я должна принять, что больше нет меня прежней... Есть только Тин, пусть будет так! Я Стоков Валентин Игоревич, мне 23 года.
- «Котёнок мой ласковый, я так люблю тебя! Ты только открой глазки, пожалуйста!»
Я глубоко вздохнул и чуть приоткрыл глаза. Я в нашей спальне. Рядом сидит Дан и целует мою руку. Я смотрю на него из под ресниц.
- «Так вот, что нужно было, что бы услышать от тебя признание!» – мой слабый голос, заставил его вздрогнуть.
- «Тин, ты просто ждал когда я признаюсь?» – Дан наклонился и начал покрывать поцелуями моё лицо. – «Я готов тебе говорить это каждый день! Ты только больше не пугай меня так!»
Я улыбнулся. - «Тогда повтори это ещё раз!»
- «Я люблю тебя, мой грозный котенок! Люблю! Ты меня слышишь? Всем сердцем!»
- «Дан, расскажи, что произошло. Я долго был без сознания?»
Дан тяжело вздохнул.
- «Всё, что произошло было хорошо спланировано и продумано. Меня специально подставили, так, что бы поставщики начали по очереди отказываться от сотрудничества. Потом еще разные проверки... Я постоянно был занят и не смог быть рядом с тобой. Когда ты позвонил я кинулся к двери, но она была заперта. Сломать замок сразу не получилось, я позвонил охране. И вместо того, что бы отправить кого то к тебе, я позвал их взломать дверь. Когда я спустился к бару, тебя уже не было. Сева сказал, что ты сам в обнимку, ушёл с Аликом! У меня, как будто сердце вырвали. Я подумал… идиот в общем...»
- «Какой-то парнишка сказал, что парень который сидел рядом с ним был очень бледный и странно себя вел, как обкуренный. Но идти вместе с подошедшим к нему мужиком не хотел. Его просто как куклу выволокли на улицу, а он еле ноги переставлял.» – И я вспомнил, что ты сказал, что тебе плохо и что-то было в кофе. Николаю я сказал, что бы он запер Севу, а сам побежал на стоянку, но увидел отъезжающую машину Алика. Я метался по стоянке и не мог понять, что делать. Потом вспомнил, что могу отследить твой телефон. Уже собирался ехать на поиски, когда метка показала, что ты где-то во дворах. Когда мы с Павлом нашли тебя, то никак не могли вытащить. Как ты вообще туда пролез? В общем ты был совсем плох, еле дышал. Привёз тебя домой и вызвал врача. Врач два дня ставил капельницы, сказал, что тебе дали большую дозу наркотика, от которого человек становится как кукла на сутки. К счастью или нет, у тебя аллергия на этот состав. То что ты смог сам двигаться, что бы спрятаться, это вообще чудо. Если бы я не нашёл тебя в течении часа, твоё сердце могло не выдержать и просто остановиться. А ещё был шанс, что когда ты очнёшься, ты не узнаешь меня… просто опять всё забудешь. Я чуть с ума не сошёл.»
Дан крепко меня обнял, как будто боялся, что я исчезну или опять потеряю сознание.
- «Дан, солнышко моё, как я могу тебя забыть. Ты единственный ради кого я живу! Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю!» – Дан замер, не веря в то, что услышал.
- «Повтори!»
- «Солнышко моё» – решил отшутиться я. «Потому, что рядом с тобой тепло и уютно!»
- «Не это! Повтори, что ты любишь меня!»
- «Да-ан! Я люблю тебя! Я хочу прожить с тобой всю свою жизнь, и умереть держа тебя за руку.» – мой голос был слегка хриплым и тихим, но Дан ловил каждое моё слово. Я сам потянулся к его губам.
- «Доктор, сказал, что у тебя постельный режим» – как-то не уверенно сказал Дан.
- «Так я как раз в постели и вставать с неё не собираюсь. А что тебе нельзя со мной быть в этой постели, доктор я думаю не говорил!» – Дан кивнул и приник к моим губам.
- «Дан, а можно мне в душ? А то я там давно не был» – жалобно попросил я. Дан взял меня на руки и отнёс в душевую. Разделся и вошёл вместе со мной.
- «Держись за стенку, а я тебя сам помою. Если станет плохо. Сразу говори!» – Дан намылил руки и стал нежно скользить по спине, груди, рукам. От этой ласки, мурашки разбегались по телу. Я почувствовал возбуждение Дана, которое слегка касалось моего бедра. Его руки медленно гладили мои ягодицы. Одна рука прошлась между ними, а вторая прошлась по моему возбуждённому члену. Я застонал и Дан резко прижал меня к стене. Его член скользил между моих ног.
- «Дааан! Я хочу тебя! Пожалуйста!» – я сам стал тереться об него повиливая попкой. Дан смыл с меня мыло и обтёр полотенцем. Взял на руки (я так и привыкнуть могу – пронеслось у меня в голове) и понёс на кровать.
- «Ты еще очень слаб. Ты уверен?» – Дан с волнением посмотрел на меня.
- «А мы будем, медленно и не долго!» – ответил я как можно сексуальней. Я лёг на спину, чуть раздвинул согнутые ноги и облизал пересохшие губы.
Дан навис надо мной. Его пальцы скользят по мой коже, губы на моей шее, зубами прихватывает кожу над бьющейся жилкой. Я со стоном выгибаюсь ему на встречу, стараясь прижаться к нему крепче. Его дыхание на моих губах. Поцелуй, то нежно-тягучий, то жадный, неистовый. Я почти задыхаюсь, впиваюсь пальцами в его спину оставляя царапины и алые следы засосов на его шее. Жадно, словно изголодавшись, я оставляю поцелуи-укусы везде, куда могу дотянуться. Мне нравится вдыхать его запах — и замирать в восхищении, не в силах справиться с собой. Дан берет на палец смазку и медленно входит в меня одновременно вбирая мой член в рот. От этих ощущения я теряюсь и перестаю ощущать реальность. Дан переворачивает меня на живот и приставляет к моей подготовленной дырочке смазанный член упираясь головкой в сфинктер. Медленно, преодолевая сопротивление начинает проталкивается внутрь. Первая вспышка боли… Дан замирает давая мне возможность расслабиться и привыкнуть. И покрывает мою спину поцелуями. Боль стихает, и вновь появляется возбуждение. Дан приподнимает меня за бёдра и просовывает руку вниз, чтобы обхватить мой твердеющий член. Я начинаю помахивать, побуждая Дана двигаться.
- «Даан! Давай! Пожалуустааа!» Дан срывается и начинает вбиваться в меня одновременно двигает ладонью по моей плоти. Движения размашистые, уже не сдержанные. Входит глубже, меняет угол наклона — и у меня перед глазами начинают взрываться фейерверки от накатившего наслаждения. Я первым излился в его ладонь, судорожно сжимая его внутри себя. Следом со стоном в меня излился Дан и лег вместе со мной на бок не выходя из меня. Мы лежали обнявшись и не могли восстановить дыхание.