Поцелуй жертвы (СИ), стр. 46

— Ну что поделать — нужно же мне было как-то выбраться из своей комнаты для серьезного разговора. Вы готовы к серьезному разговору?

В глазах мага промелькнул испуг. Правильная реакция. Серьезных разговоров надо бояться.

— И о чем вы хотите поговорить?

Вот же невозмутимая зараза. Ну ничего, сейчас мы это исправим.

— Я хочу стать ведьмой. Прямо сейчас.

Ну вот. Так-то лучше! Лицо Виларда вытянулось. Глаза сделались огромными.

— Это еще зачем?

— Ну как же? Я тут кругом и всюду в опасности, потому что моей силой могут заинтересоваться всякие разные. И далеко не все они станут запирать меня в роскошных апартаментах. Могут быть и такие, что закроют в темнице для опытов. В общем, к тому времени, как они меня найдут, я предпочла бы быть самой сильной ведьмой на этой планетке. Колдун обещал что-то в этом роде. Так что предлагаю меня инициировать — или как там у вас это называется.

Вилард не отвечал, только глотал воздух, будто рыба, выброшенная на сушу морской волной.

— Вы ведь маг?

— Да… — протянул он как-то неуверенно.

— Ну и вот. Как там у классиков? Вы привлекательны, я чертовски привлекательна… почему бы и нет?

Она сделала шаг к нему навстречу. Ну и что ты будешь делать, покоритель сердец несчастных пленниц?

Вилард отступил назад.

— Думаю, это не слишком хорошая идея. Вот вернется колдун…

— Нет- нет. Колдун меня в этом смысле вообще не привлекает. Я, конечно, понимаю, что инициация — это не столько для удовольствия, сколько для дела, но все-таки не до такой степени.

— А я, значит, привлекаю? — с улыбкой спросил Вилард.

Вот же нахал! Как он быстро сориентировался в ситуации. Лис помедлила с ответом.

— Вы симпатичнее колдуна. Это однозначно.

Вилард нахмурился:

— Я далеко не единственный маг, даже в этом городе их несколько десятков. К слову сказать, ваш молодой человек тоже вполне годится для инициации.

— Какой молодой человек? — ехидно вопросила Лис. — Тот, с которым я по вашей милости рассталась? — Маг ничего на это не ответил. — Хотя, конечно, если вы озаботитесь тем, чтобы доставить его сюда, и каким-нибудь образом растолковать ему что от него требуется… почему бы и нет.

Она внимательно наблюдала за Вилардом. Насколько хватит его показного спокойствия? Неужели и правда приволочет сюда Арта? С него станется. Судя по идиотскому поведению, пока она была в доме, он всерьез решил выяснить, воспылала ли бы она к нему чувствами, если бы он тогда ее не похитил. А поскольку незнакомая Лис вела себя в высшей степени независимо, наверняка решил, что в деле соблазнения он не преуспел.

— Ну, что вы молчите? Тащите вашего запасного мага, раз уж для вас инициировать меня — такая тяжкая и неприятная обязанность.

— Перебьетесь, — буркнул он, сделал несколько шагов в ее сторону и заключил ее в объятия. — Идея с инициацией в общем неплоха. Но мы все-таки дождемся колдуна. Просто для того, чтобы выяснить, что он там накопал.

Лис прерывисто вздохнула. Трудно было продолжать розыгрыш, когда ее сжимали его сильные руки. Она жадно вдыхала, впитывала в себя его запах — и не могла им надышаться. Сколько же они не виделись! Как она жила все эти бесконечно долгие дни без него, без уверенности, что нужна ему, что он все еще любит…

— Как же я по тебе соскучилась! — прошептала она, касаясь губами его уха. — И никакого колдуна мы ждать не будем…

Вилард отстранился. Несколько секунд смотрел на нее удивленно. А потом — понял. То ли по затуманенным страстью глазам, то ли по учащенному дыханию.

— Это ты? Ты помнишь?..

— Помню… что? — выдохнула Лис. Но играть в эту игру больше не хотелось.

Она потянулась к нему губами. Его горячие ладони сомкнулись на ее талии, губы обожгло поцелуем.

— Это. Это всё… — хриплый шепот на ухо, и у Лис перехватило дыхание.

Вся та неутоленная страсть, что оставалась между ними даже после самых жарких и бесстыдных ласк до ритуала, вся ее тоска по невозможному в то время, когда она думала, что красавец похититель к ней равнодушен, все остальные чувства — яркие, сильные, невысказанные и неуловимые — всё это затопило ее в один момент.

— Сейчас, — выдох-всхлип, слезы на глазах. Она прижимается к нему и говорит почти беззвучно: — Мы сделаем это сейчас. Я не хочу больше ждать.

Она была готова к возражениям, новым словам об опасности — и уже готовилась ловить эти слова губами, не давая им вырваться наружу. Но он не стал возражать. Он подхватил ее на руки и понес к дивану. Бережно усадил на колени лицом к себе… Поцеловал. Особенно. В этом поцелуе — настоящем, глубоком, страстном — была решимость. Был его ответ. Сейчас.

Лис задохнулась. От предвкушения, от благодарности, от страха. К обычному страху — боли, неловкости, всего того, что может быть в первый раз, добавлялся другой, не менее сильный — во что она превратится после.

Но поцелуй становился жарче, и страхи отступали…

Оставался лишь он — ее мужчина, которому она хотела отдаться без остатка. Принадлежать…

Его руки приподняли легкую юбку и сжались ее бедрах… Волнительно. До безумия. До хриплого вздоха. Она с готовностью сдавила его бедра ногами, ощутила сквозь ткань брюк, как он напрягся, и сдавила еще сильнее….

Протяжно застонала, изогнулась, откинула голову, подставляя его поцелуям шею. Жаркие влажные губы мягко заскользили по бархатной коже, и эта ласка сладко отозвалась внизу живота.

Пусть он продолжает! И его ладони оглаживают ее тело, заставляя вздрагивать, подаваться навстречу…

Стало прохладно… Растворившись в своих ощущениях, она почти не заметила, как Вилард стянул с нее легкое платье. Лис вжалась в горячее тело, продолжая целовать и ласкать его, словно набираясь тепла и разгораясь от каждого прикосновения.

— Мне страшно…

Почему это вырвалось? Ей не должно быть страшно… Лучше бы уж скорее! Пусть это случится, и она узнает — что там, за границей ее обычных возможностей…

Она стала торопливо расстегивать ремень на брюках. Они проходили это все много раз — волшебство слияния, нежность и страсть поцелуев. Они изучали друг друга долго и прилежно, она знала каждый сантиметр его тела, а он знал, как довести ее до грани, как срывать все новые и новые стоны с ее губ…

Она соскучилась по этому. Соскучилась по его языку, который развратно, умело, настырно ласкал ее лоно, проникая везде, даря новые и новые волны наслаждения. Он соскучилась по тем ласкам, что дарила ему сама… Но все это у них будет. Потом. Раз за разом. Всегда.

А сейчас она хотела другого. Хотела того, чего они так долго не могли себе позволить. И не факт, что могут сейчас.

— Возьми меня, пожалуйста. Прямо сейчас…

Он мог быть невероятно нежным в ее первый раз, мог осторожно и ласково вести ее к блаженству. Она не сомневалась, что это было бы прекрасно. Но нет…

— Сейчас!

Он, зарычал, опрокинул ее на диван, стянул тонкие трусики и широко развел ноги.

Толкнулся. Все-таки осторожно, неглубоко. Приятно и сладко.

Она застонала, подалась бедрами ему навстречу — и он двинулся глубже, целуя ее губы, лаская грудь, и продвигаясь с каждым толчком все дальше.

Больно! На глазах выступили слезы. Лис уже не подавалась вперед, а наоборот, вжималась в диван, словно желая убежать и спрятаться от него…

— Подожди, сейчас… — выдох возле мочки, и возбуждение накатило на нее с новой силой, даже сквозь боль.

Поцелуй в губы — мягкий, успокаивающий.

Вилард приподнялся, оставаясь между ее ног, его пальцы легли на бугорок клитора. Мягкие движения вверх-вниз — наслаждение до стона, и тут же новый толчок — болезненный, но такой приятный.

Бесстыжие пальцы снаружи и жаркий словно каменный член внутри. Боль и удовольствие. И вот уже она не понимает — что из этого боль. Ускорение… Сильнее и ярче. Еще и еще.

Вилард дышит тяжело, он на грани. Она видит, как тяжело ему сдерживаться, — и она на грани тоже. Она хватает его, притягивает к себе, впивается в плечи ногтями.