Арриквиатари (СИ), стр. 102

— Ты ужасно поступил, — красавица топнула каблучком по земле. — Я терплю вас, каждого из вас, но то что ты сделал — непростительно! Она впала бы в ярость, горечь, сожаление, чувство вины, и все из-за какого-то идиота! Сегодня я не закрою на это глаза, сегодня я могу решить эту маленькую проблему.

Внезапно Силк почувствовал, как тьма сжалась вокруг него, впившись в кожу черными жгутами, тенеток раскалился добела, обжигая кожу, а он почувствовал, как с него живьем сдирают кожу. Не выдержав пытки, тень отменил заклинание, и фигура на крыше тут же дернулась, натягивая лук. Из последних сил Силк припустил куда глаза глядят, сзади раздался свист, и в бок впился наконечник стрелы. Надо добраться до места встречи! Там головорезы Луки, можно попытаться уйти, пока охотники будут заняты ими! Не жалея себя, он бежал вперед, задевая стены, раздирая руки о завалы барахла, кровь тонкой струйкой бежала по ноге, оставляя за собой багровую дорожку. Он чувствовал, что погоня настигает, охотники обходят его с двух сторон, еще немного, и меткий выстрел закончит его жизнь! Нужный дом показался из-за поворота, а перед ним стоял охотник, уже накладывая стелу на тетиву. Силк решил рискнуть. Может быть, та женщина ему привиделась, может он не проклят тьмой? Ему нужно совсем чуть-чуть удачи! Тень поднял здоровую руку в направлении стрелка. Единственное доступное ему атакующее заклинание, оно всегда давалось ему с трудом, но быть может сейчас…

— Я же сказала тебе… — мелодичный голос раздался над самым ухом.

Рука Силка треснула, провернувшись вокруг своей оси, кожа лопнула, всплески черной энергии вырвались на волю, разрезая мышцы, дробя кости. Он зашипел, горло перехватил спазм, а из глаз брызнули слезы. Стрела, вошедшая в грудь, показалась убийце благом, избавляющим его от мучений! Прямо перед тем, как его взгляд померк, Силк увидел, как из здания выходит лыбящийся Лука в сопровождении двух громил.

— Тупой ублюдок, я же говорил тебе не приходить, — прошептал еле шевелящимися губами тень. Лицо Луки успело сменить выражение на крайнюю степень удивления за мгновение до того, как его левый глаз пробил острый трехгранный наконечник. Пара мордоворотов прожила всего на секунду дольше своего патрона.

Они рухнули на землю одновременно — правая рука лидера Сун-Ган и ухмыляющийся убийца, выращенный в темницах клана из обычного оборванца. Он пережил настоящий ад — там, в глубинах крепи Сун-Ган, и в последний момент он смеялся. Неплохое чувство юмора у судьбы, ведь Силк отчасти стал причиной смерти этого выродка, в каком-то смысле он был рад, что забирает этого урода с собой в пекло.

Охотники подошли к неподвижному трупу:

— Вот дерьмо, похоже, это Лука.

Второй наклонился и повернул лицо мертвеца:

— Точно, какого черта он тут забыл? Теперь Цветам придется непросто, нам всем будет непросто, — вздохнул мужчина, поднимаясь с колен.

— Надо рассказать Кайлу.

— Надо. Пошли, тут уже ничего не исправить. Только спрячем трупы, может, лидер что-нибудь придумает.

========== 24. Остался один пепел ==========

Комментарий к 24. Остался один пепел

бечено

Перед самым рассветом, когда до появления пылающего светила над горизонтом оставались считанные минуты, большая группа людей пробиралась через разбитые улицы. Они подобрались вплотную к вражеской территории и шли по самой границе, скрываясь за домами, остатками стен и горами мусора. Как можно тише, пригибаясь и придерживая разнообразное оружие, отряд подкрадывался к заставе. Около баррикады стояло трое тяжеловооруженных воинов, еще парочка сидела за стеной, и зевающий лучник лениво прохаживался по крыше углового дома. Взять блокпост с наскока, не дав ни одному из стражей добежать до своих, подняв тревогу, невозможно. Невозможно для них, но сейчас с отрядом шло по-настоящему жуткое существо — закутанная в черный балахон фигура с бронзовым шлемом на голове, изображающем оскаленные морды животных. Оно излучало опасность и ужас, так что даже просто находясь рядом, люди начинали ощущать беспокойство и страх. Совершенно бесшумно жуткий союзник с ловкостью кошки перепрыгнул на вершину разбитой каменной колонны, и из-под шлема раздался приглушенный шепот. Бессвязное бормотание, не имеющее никакого смысла, глухо отражалось от стен, ввинчивалось в небо, стелилось по земле, застревало многократным эхом в головах бойцов. Долгих две минуты отряд боролся, сопротивляясь панике, как вдруг звук резко оборвался и наступила могильная тишина, как будто весь мир замер в ожидании, даже находящиеся в отдалении стражи заставы оцепенели. Темноту осветила ослепительная вспышка, луч света вырвался из-под черного балахона и ломаной линией, огибая препятствия, врезался в баррикаду. Первыми жертвами стала парочка за стеной: они даже не успели вскрикнуть, когда ярко-желтая линия перечеркнула их тела, металлические кирасы мгновенно раскалились, тела живых людей расплавились, как мягкая глина, кожа, кости, мышцы вскипели, искажаясь до неузнаваемости, и на дороге остались стоять чудовищно-гротескные статуи из переплетенной в агонии плоти. Луч метнулся вверх, где засел укрывшийся лучник, но для потустороннего света не существовало препятствий, он легко обогнул парапет, и душераздирающий крик потряс округу.

Воин с большим ростовым щитом что-то сказал, толкнув одного из своих товарищей в проход между баррикадами, но тот не успел сделать и нескольких шагов. Пылающий столб света обрушился на него сверху, испепелив стражника, и медленно, как бы нехотя, пополз дальше. Выбежавший из дома человек моментально вспыхнул, только коснувшись расходящегося вокруг сияния. Вторая смена стражей, загнанная в каменную коробку перегородившим выход заклинанием, что-то кричала, пока столб света не перебрался на здание. Каменные стены и крыша треснули, булыжники запылали, как угли, люди внутри завыли, сгорая заживо, и через мгновение от них остался лишь пепел.

Лидер отряда сухо сглотнул, наблюдая за всем со стороны. Даже для него происходящее было чересчур — разумный не должен погибать такой смертью. Одно дело — обычные пытки или просто ножом по горлу, но эта чертова магия не должна существовать. Последние два воина в отчаянии кинулись вперед, надеясь достать самого мага, но молодого парня лет двадцати с коротким мечом и каплевидным щитом снесло следующим лучом, который, достигнув своей цели, развернулся под прямым углом и ударился в тяжелый щит второго. Бывалый ветеран приняв заклинание на защиту, слегка присел, пуская смертоносную магию по касательной, и желтая линия отразилась от поверхности и врезалась в кучу щебня, оставив на щите подпалину.

Воину удалось отразить еще два каста, но третий, извернувшись петлей, достал его в незащищенную руку, которая тут же превратилась в изломанный кусок мяса. Сжимая челюсть до треска зубов и преодолевая нестерпимую боль, ветеран западной общины откинул щит и, схватив меч здоровой рукой, изо всех сил метнул свое оружие в возвышающуюся во тьме фигуру. Солдат успел сделать еще два шага, когда проклятый луч достал его в спину. Брошенный меч перевернулся в воздухе, несколько раз поблескивая лезвием в свете восходящего солнца, и со звоном отскочил от светящегося рунического диска, возникшего перед заклинателем.

Теперь, когда с заставой покончено, настало их время! На все про все у отряда есть минут пятнадцать — склад, являющийся их целью, всего в трехстах метрах отсюда, и там уже, наверное, начался переполох. Бойцы в доспехах без клановых знаков рванули в проход, сзади, громыхая колесами, рабы толкали несколько телег. Командир отловил одного из своих помощников:

— Точеный, хватай с десяток животин, — он кивнул на рабов, — и закинь то, что осталось от клановцев, в телегу. Их тел не должно остаться, понял меня?

Нескладный головорез в кольчуге коротко кивнул и развернулся назад.

Через полчаса над городом поднялось зарево пожара — горел один из складов западной общины. Около здания в крови лежали трупы охраны и прибежавшего на помощь отряда. Нападавшие спешно грузили добычу и подбирали тела своих погибших, подгоняя забитых рабов. А в стороне стояли две незаметные фигуры — одна в тяжелом бронзовом шлеме, а вторая в неприметном сером плаще с капюшоном.