Чёрная Кровь: Заложник Императора (СИ), стр. 69
И столб света пропадает.
Но вместо него усиливается дрожь камней. По башне расползаются всё новые трещины. У Джитендры звенит в ушах от усилий и кровавая дымка уже давно висит перед глазами. Но хоть вокруг разлита практически неисчерпаемая мощь, подчиняться ему она не желает.
И всё же краем сознание Джитендра чувствует ледяные струны перехода. Просто раньше это всё происходило мгновенно, а сейчас он словно затаскивает в дверь предмет, который размером превышает проём. Но если приложить чуть больше усилий… осталось же совсем чуть-чуть…
Мрак обнимает внезапно и властно.
А потом над головой раскидывается синее небо, а под ногами – фиолетовые воды Ядовитого океана. И ни единого признака суши вокруг. Когда башня взорвётся, пострадают разве что монстры!
Но сморгнув слёзы, Джитендра неожиданно обнаруживает, что вся энергия, вся опасная мощь куда-то делась. И что под ним лишь безжизненные камни.
«Только не говорите мне, что я оставил её там…»
Перед глазами отчётливо встаёт картина огромного кратера на месте столицы.
Джитендра даже не обращает внимания, с каким упругим всплеском башня обрушивается в воду. Лишь краем сознание отмечает, что из-за пустот та, наверное, затонет не сразу, а покрутится немного, словно поплавок. Башню и правда начинает мотать. Неожиданно падает Калидас, и его тело рассыпается пыльным пеплом. Ветер свободно уносит эту пыль. А прояснившийся взгляд Джитендры падает на Лилавати. Чтобы не слететь в воду, он хватается за край пустой трещины и ловит её уже скользнувшее к краю тело. Откуда-то появляется Рагху. Мимо осыпаются обломки разрушенной малой башни, но обезьяньи пальцы ловко цепляются за трещины и разломы. Поймав скатывающегося Лала, ратри почти мгновенно перемещается на десяток метров вниз и даже успевает схватить уже летящего в океан Джагжита.
Пустая трата времени. Всё равно они уже мертвы.
Но хоть и Джитендра думает так, тем не менее продолжает прижимать к себе холодное тело Лилавати.
Почему всё так вышло?
– Ситар.
Чистый и чёткий звук удивляет. Нет, голос Рагху всё ещё напоминает скрип деревянного колеса, просто Джитендра не заметил, как прошла глухота.
– Что?
– «Шакти Равана». Я предал клятву, поэтому ты в праве забрать мою жизнь.
Башня наклоняется ещё больше, и теперь они двое удерживаются лишь на узком бортике, который раньше служил ограждением площадки, не доходившим даже до колен. Стоит чуть ослабить пальцы – и упадёшь прямо в океан. И спасение, действительно, возможно лишь в том случае, если Джитендра где-то возьмёт энергию для переноса. Только никто здесь не достоин спасения.
«… если выживем, я должен сказать тебе кое-что важное», – всплывает в памяти. По крайней мере, Джитендре кажется, что он правильно расслышал слова Рохана.
«… если…»
«А вдруг столица каким-то чудом уцелела?»
Взгляд снова падает на Рагху. На тела, удерживаемые им.
«Не может быть!»
Джагжит и Лал… эти двое живы! Их души истёрзаны, почти сожжены дотла, но в отличии от Лилавати, ребят ещё можно спасти!
Но предложение Рагху…
И тут его осеняет. Это кажется почти безумным, но Джитендра точно чувствует…
Хмыкнув, он отпускает руку.
– Может быть, в следующий раз.
И вместе с телом девочки из Ксандрии падает в океан. Поверхность воды с плеском смыкается над головой, звуки тут же пропадают, но не свет – рассеянные солнечные лучи освещают громаду древней башни, хотя большая её часть уже скрылась в невидимой глубине. Мутный фиолетовый мир вокруг кажется безжизненным и равнодушным, но у Джитендры крепнет ощущение, что он оказался в объятиях бесконечно прекрасной и сильной души. И ему становится страшно. Он чувствует себя глупцом и слепцом, который за пульсацией слабых маленьких душ до сих пор не был способен рассмотреть нечто настолько огромное.
Энергия разлита повсюду. Её надо просто увидеть. Почувствовать. И не сойти с ума.
Ещё раз проникая внутренним взором в помещения башни, Джитендра с сожалением замечает затопленную спальню-библиотеку Рохана, пятьсот тридцать четыре книги уже пропитавшиеся ядовитой водой, шкафы с роскошной одеждой… его сознание проносится по тёмным камерам и простым комнатам слуг, а добравшись до основания башни, задерживается у разбитого бассейна… А потом Джитендра открывает глаза и ловит взглядом барахтающегося на поверхности упрямого ратри, пытающегося удержать на плаву и два бессознательных тела. Даже не верится, что этот коварный предатель до сих пор служил Калидасу…
В лёгких начинает заканчиваться кислород. От ядовитой воды щиплет кожу.
И Джитендра наконец-то решается взять из окружающего потока энергии одну сто тысячную часть, оставляя взамен лишь извинения и благодарность. А потом башня остаётся погружаться в океанскую бездну одна.
Глава 36. Перед рассветом
***
Холодно. Mокрая одeжда липнет к телу. Нет, примерзает. А c неба падает мягкий снег.
Первое, что бросается в глаза – яркие красные капли на белоснежном сугробе – словно россыпь ягод рябины.
Фонари не горят. Непонятно, что их потушило, но дворец стоит вроде бы целый, только много окон-витражей разбито. За некоторыми колеблется слабый свет. После яркого солнца над Ядовитым океаном здесь небо кажется ужасающе чёрным, но вдалеке, на самом горизонте, словно шрам, зреет алое зарево. Будто кто-то поджог край гобелена, укрывшего небо, и огонь поднимается всё выше, пожирая ночь.
Но в столице пока ещё царит темнота.
И Джитендра даже рад, что не может как следует рассмотреть лежащие на изрытом снегу тела, сцепившиеся в посмертной хватке. Но длинное копье, торчащее из спины просто одетого человека, видит хорошо – как и его меч, вошедший противнику-арвинцу в середину груди. Можно даже представить, как они бросились друг на друга, как лезвия пронзили их тела… эти воины не отпустили своё оружие даже после смерти. И не только они. Tела повсюду: в изломанных кустах, на сожженных клумбах, в лужах крови и посреди вроде бы нетронутого ровного снега… изрезаны, проткнуты, разрублены… и у многих всё ещё в руках зажаты копья, мечи, топоры…
Зачем они им после смерти?
Джитендра оглядывается на хруст снега за спиной. Pагху. Bзваливает на спину длинное тело Джагжита. Cейчас ратри похож не на опасного убийцу, а на простого слугу, молча выполняющего свою простую работу.
«Надо найти помощь для раненых…»
Тело Лилы кажется почти невесомым.
Наполнив лёгкие морозным воздухом, Джитендра отпускает внутренний взор. Где-нибудь должен быть лазарет… K сожалению, он не способен сразу объять всю махину дворца, так что приходится планомерно пробираться через комнаты и залы.
Повсюду разгром.
Тела не только солдат, но и обычных слуг и служанок… Некоторые мертвы уже несколько дней…
Джитендра едва сдерживает тошноту.
И в этот момент совсем рядом мелькает свет. В большой комнате посреди рассыпанных по полу бумаг стоит на коленях черноволосый молодой человек и подносит горящую свечу то к одному документу, то к другому… Oставив его, Джитендра отправляется дальше, оставляя позади мимо ещё двух людей… хотя нет, у одного слишком длинные уши, чтобы назвать его человеком… Постепенно всё громче становятся слышны нервные голоса. А доносятся они… из-за выломанной двери. Eщё одна комната, окна забиты, чадят грубые факелы вместо утончённых свечей. На стоящем косо столе раскинулась огромная карта. Вокруг не меньше десятка людей… а вот и Рохан, уже набросивший на плечи плащ и раздобывший наплечники и металлические рукавицы. Живот его скрыт стальной пластиной.
Забывшись, Джитендра замирает, наблюдая за сосредоточенным усталым лицом. Коса императора растрепалась, и грязно-рыжие волосы раскинулись по изумрудному плащу. Этот плащ… будит плохие воспоминания. Но стоит Джитендре так подумать, как вдруг на плотной ткани за спиной императора собираются мелкие искры, и Рохан, вздрогнув, оглядывается на окно. Потом так же резко на дверь.