Пятая колонна. Made in USA, стр. 16
«Доктрина Даллеса», являясь некой отправной точкой на пути поиска истоков современного крушения идеалов, если покопаться в нашем «далеке», не такая уж и оригинальная, как и Директива СНБ 10/2.
Путь России к своему величию был нелегким. Эта дорога пропитана реками крови, которую наши праотцы пролили в сражениях, отстаивая свое право на существование, и потоками пота, удобрившими огромные просторы, чтобы превратить их в плодородную пашню. Но с первого победного шага, утвердившего место Руси в этом суровом, не прощающем ошибок и слабости мире, за нами увязался враг, разгромить которого оказалось труднее, чем рати тевтонов, Тохтамыша, Наполеона или Гитлера. Этот враг – многолик, он сочетает в себе черты коварства и подлости, укрытые притворной улыбкой товарищества и соседской озабоченности. Имя ему – ЛОЖЬ.
Масштабы исторической лжи, охватившей биографию России, начиная чуть ли не с летописных сообщений о зарождении на этой территории государственности, поражают! Но только людей, которым не лень вникнуть в суть и причины происходившего. Остальных, не любопытных, поражает сама по себе ЛОЖЬ.
Вспомните арию Дона Базилио из оперы Россини «Севильской цирюльник»
В Древнем Риме бытовало изречение Qui gladioferit, gladio perit, которое советские кинематографисты (из лучших побуждений) вложили в уста Александра Невского – «Кто к нам с мечом придет – от меча и погибнет». Если Рим с годами утратил право на это утверждение, то Русь-Россия, как говорят, «от Гостомысла до наших дней», могла, не греша против истины, смело ставить подпись под этой фразой. Поэтому «доброжелатели Руси» мечом старались пользоваться в крайнем случае. Себе дороже. А вот ЛОЖЬ!.. Или, как принято говорить сегодня – «информационная война»…
Исследуя динамику реформации России, ученые пришли к выводу, что, в силу своих природно-климатических особенностей, общество и экономика страны имеют скачкообразный путь развития, движение «рывками». Таких рывков в истории России случалось не так много и были они разной амплитуды. Но крупных за последние 500 лет было три. Первый, во времена Ивана Грозного, в момент становления централизованного Русского государства. Второй – при Петре Первом, при становлении Российской империи. Третий – во времена Сталина, при становлении СССР как индустриальной державы. Все три периода были связаны с деятельностью выдающихся правителей нашей страны, имена которых занимают три первых места в условном пантеоне творцов Державы. И два из них «удостоились» наибольшего очернения в анналах истории. Это – первый русский царь Иван Васильевич Грозный и Генералиссимус Иосиф Виссарионович Сталин. Почему «полководцы информационной войны» обошли вниманием фигуру Петра – тема отдельного исследования, где, поверьте, читателя ждут поразительные открытия.
Книга, которую Вы держите в руках, помимо анализа геополитических истоков разрушения Империи, рассказывает о судьбах и делах наших древних и не очень древних предков, поэтому сегодня хотим смыть пятна информационной грязи, налипшие за столетия на лик Ивана Грозного.
Где-то в начале 80-х годов ХХ века одна социологическая служба провела исследование, пытаясь выяснить роль искусства в формировании мировоззренческого поля в среде студенческой молодежи. Один из вопросов звучал примерно так: «Какие зрительные образы связаны с именем Ивана Грозного?»
Надо сказать, что живописцы не обошли своим вниманием противоречивую и яркую фигуру первого русского царя: вот он, волевой и решительный на картине В. Васнецова «Царь Иван Грозный»; задумчивый у портретиста К. Лебедева; властный среди «Опричников» работы Н. Неврева; достоверный на портретной реконструкции скульптора М. Герасимова. Но 90% респондентов назвали знаменитую картину И. Репина «Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года». Причем, все, выбравшие именно это изображение Царя, сделали общую ошибку: они назвали произведение И. Репина «Иван Грозный убивает своего сына»!
В сознании современной, просвещенной (?) молодежи первый русский самодержец, создавший из разрозненных и враждующих между собой княжеств могучее государство, «прорубивший» окна на юг и восток, присоединив к Московии Астраханское и Казанское ханства, освободив из плена тысячи христиан, занял место на полке сыноубийц!
Поневоле задаешь себе вопрос: а знал ли Илья Репин, задумывая полотно с историческим сюжетом, что Иван не убивал своего сына? Не мог не знать!
Увидев в 1885 году в Санкт-Петербурге на выставке новую картину Ильи Репина «Иван Грозный и его сын Иван 16 ноября 1581 года», которая потом стала известна под упрощенным названием «Иван Грозный убивает своего сына», обер-прокурор Святейшего Синода и выдающийся русский мыслитель Константин Петрович Победоносцев был крайне возмущен ее сюжетом, в котором вымысел выдавался за факт, и написал императору Александру III: «Нельзя назвать картину исторической, так как этот момент… чисто фантастический». Отметим, что этой репликой все и ограничилось. Александр картину не запретил, полотно жандармы не изъяли, оно продолжало «украшать» вернисаж, с каждым посетителем умножая ЛОЖЬ. Работа художника, пусть гениального и всеми признанного, мало того, что искажала национальную историю, бросала тень на царствующую фамилию, но и наносила политический вред Отечеству, в котором творил художник!
Но автором фальшивки был, конечно, не Репин, и даже не масон Н. Карамзин, популяризатор написанной иностранцами истории России, по «мотивам» которой ваял свое полотно Репин. Корни уходили вглубь, ко временам царствования Ивана IV.
В 1581 году в Москву прибыл папский нунций (посол) Антоний Поссевино (некоторые историки убирают из окончания букву «О» и фамилия приобретает русское звучание, зачем?). Цель визита была весьма деликатна и в то же время проста: используя внешнеполитические сложности, связанные с неудачами Москвы в войне с польским королем Баторием, под видом примирения враждующих сторон, склонить Ивана Грозного к подчинению Русской Церкви папскому престолу. Потеряв надежду добиться желаемого военным путем (крестовые походы), папа Григорий XIII пустил в ход испытанное оружие – ложь и обман. Ивану было обещано «нарезать» часть территорий, принадлежавших ранее Византии. Грозный на эту уловку не поддался и на личной встрече с легатом Поссевино был тверд и категоричен: «Ты говоришь, Антоний, что ваша вера римская – одна с греческою вера? И мы носим веру истинно христианскую, но не греческую. Греки нам не евангелие. У нас не греческая, а русская вера». На том и «посольству» был конец. Но легат закусил удила. В результате из-под его пера вышла версия, которую поддержал Генрих Штаден (германский шпион, затесавшийся в ряды опричников), добавив в семейный конфликт колорит государственной измены. В итоге она выглядела примерно так: «…царевич, исполненный благородного порыва обратился к отцу с просьбой дать ему войска, чтобы изгнать неприятеля, освободить Псков, восстановить честь России. Иоанн в волнении гнева закричал: «Мятежник! Ты вместе с боярами хочешь свергнуть меня с престола», – и поднял руку. Борис Годунов хотел удержать ее: Царь дал ему несколько ран острым жезлом своим и сильно ударил им царевича в голову. Сей несчастный упал, обливаясь кровью!» Примерно в таком виде история сыноубийства пошла гулять по Европе, не обходя и Россию. Почти 400 лет она разлагала поколение за поколением, отравляя человеческую память ЛОЖЬЮ.
О том, что именно Иван Грозный завоевал Западную часть Сибири, присоединив ее к России, что им основаны Саратов, Самара, Царицын, Уфа и Чебоксары, что именно Иван Грозный стал собирать Земские Соборы, при нем составлен Судебник, а в государстве осуществлены прогрессивные новые реформы, что Иван Грозный известен как талантливый писатель, что, в конце концов, Храм Василия Блаженного на Красной площади построен при Иване Грозном, вспоминали при случае, а то, что он своей рукой убил родного сына, помнили всегда!