Гирта, стр. 433
В обычное время множество этих мелких хищников, как простых маленьких серо-зеленых, черных и рыжих, так и огромных сторожевых, постоянно отиралось в герцогском парке, неподалеку от кухни и в близлежащих помещениях. Сидели на подоконниках и на лестницах, в клумбах, на дорожках, на камнях, на шкафах, под стенами. Жмурились, грелись на солнце, собирали свои молчаливые, не менее важные чем в герцогской министерской гостиной, советы, мяучили, клянчили угощения, путались под ногами, точили когти, прыгали на столы, царапались, дрались, но с наступлением багровой мглы все они внезапно исчезли, как будто бы их и не было никогда здесь. Оставили свои подушечки и свернутые старые, проеденные молью, негодные людям пледы, мисочки с молочной кашей у стен и ящики с песком, растолкали от дремоты своих пожилых мудрых патриархов, отдыхающих перед теплыми каминами и печами на диванах и креслах, забрали шаловливых крошечных котят и, как будто пройдя через известные только им, кошкам, неприметные ходы и щели, ушли в какие-то свои, неведомые людям, потусторонние убежища.
Остались только серая, гибридная, кошка, любимица рыжей Лизы, что все время спала на подоконнике на папках с документами под фикусом в ее кабинете и просыпалась только когда хозяйка хотела поиграть с ней, и которую, как наглую подделку, не признавали другие кошки и коты, и трехголовая, красноглазая, сидящая на руках у Евы, Мина.
- Смотрите! – сказал кто-то, указал на темный, зловещий и бездонный пролом в стене. Выглядел он так, как будто что-то с силой выдавило, сорвало с шурупов прикрывающую выход вентиляционной шахты тонкую деревянную решетку изнутри. Плотник подвинул табурет, встал на него и заглянул в дыру. Кавалеры осторожно прошли к приоткрытой двери, вошли в смежное помещение. Принцесса Вероника пошла за ними, заглянула следом.
Тут, в просторном проходном зале между двумя капитальными стенами располагался гардероб. Резко пахло сильной и камфарой, которые использовали для дезинфекции. Свет газовых ламп едва достигал середины комнаты, выхватывал из темноты большой стол для хозяйственных работ, дверцы огромных платяных шкафов, где хранились белье и одежда и конторку с письменным прибором и раскрытой, переложенной закладками, толстой учетной книгой. Слева, за неплотно прикрытой дверью в спальню распорядителя бельевой виднелся тусклый багровый свет окна. Принцесса Вероника огляделась, сделала шаг к ней, заглянуть, узнать как там, но не успела совершить и пары шагов, как Мина на руках Евы внезапно завизжала, завыла так громко и страшно, что все остальные звуки и голоса потонули в ее крике, сорвавшись в сторону и, с силой оттолкнувшись лапами, разорвав когтями Еве ее защитный жилет, яростно прыгнула в угол, к стене. Свет ламп померк, стало непроглядно темно, вокруг запрыгали какие-то чужие, потусторонние тени, но испугаться или даже вскрикнуть, никто не успел: загремело железо, кто-то задел за угол броней, заскрежетал меч. Бесформенная и черная, извивающаяся ни на что непохожая фигура у которой как будто бы было три глаза, что с воем Мины зелеными тусклыми щелями кровожадно вспыхнули в темноте, бесшумно выскользнула из угла. Дыхнуло жаром и смрадом не то какого-то насекомого, не то раскаленной машины. Лейтенант Кирка, что стоял к ней ближе всех, бросился наперерез, заслоняя собой герцогиню, но не успел. В последний момент принцесса вскинула руку, заслоняя раскрытой ладонью лицо и шею, как сильный рывок и удар вывернули ей плечо, бросили в сторону с такой силой, что она, отшатнувшись и, потеряв равновесие, оступившись, больно ударилась спиной и локтем о стол. Страшно захрустела разорванная ткань, заскрежетала сталь, блеснули выпученные от ненависти, немигающие горящие багровым огнем, глаза и пасти Мины. Засверкал наносящий необычайно стремительные, едва различимые человеческим глазом удары, меч. Черная, с коротким сегментированным туловищем, исполненная бесчисленных радужных огней, фигура, скользнула в сторону, уклоняясь от них. Кто-то бросился в атаку, запоздало прикрыл щитом герцогиню. Парикмахер белым крылом вскинул руку, дохнуло жаром, комната наполнилась ослепительным, обжигающим жидким огнем и едким дымом. Какая-то горящая масса слепо ударилась о стену, отброшенная пирокинетическим ударом, упала в угол, но тут же опомнилась, захрипела, завизжала, бросилась к шахте подъемника для белья и, оставляя за собой текущий рыжим дымным пламенем след, кубарем бросилась вниз.
- Быстро! За ней! – громко и зычно, вмиг перекрыв своей командой весь шум, закричал капитан Форнолле, сбивая огонь с мягкой подушечки кресла – Нильс! Это автомат, оповестите всех! Он внизу! Быстро!
Толкаясь, сжимая в руках мечи и копья, несколько кавалеров бросились в коридор и обратно к лестнице. Откуда-то из-за стены, гася и без того тусклый свет, на весь дворец, снова страшно и хрипло завыла бросившаяся вслед за горящей фигурой в черный зев подъемника Мина.
- Вероника! – запоздало воскликнула рыжая Лиза.
- Вы ранены? – хватая за плечо и выводя принцессу из зала в коридор, тревожно воскликнул Камердинер.
- Да… - пытаясь перевести дыхание после тяжелого удара в грудь и бок, прошептала она одними губами, дрожащими пальцами левой руки, ощупывая покалеченную правую руку, хлещущую густой, темно-синей жижей, точно такой же как та, что текла из недавно виденных в комнате безопасности червей. Скатываясь маслянистыми блестящими каплями не впитывающимися в разорванную ударом в клочья одежду, она стекала на пол, оставляя на паркете тускло люминесцирующие лужи, источающие неимоверное зловоние, похожее одновременно на трупное и химическое. Кто-то протянул газовую лампу и тут же отпрянул от омерзения. Правый рукав мантии, часть кисти руки, мизинец и безымянный палец принцессы Вероники оторваны, а на обнаженных черных костях раны копошились, судорожно извивались от боли, перебитые, раздавленные, туго переплетающиеся между собой черные и белые, омерзительные, похожие на червей, жгуты.
- Оборотень… - зловеще прошептал, схватился за меч, отпрянул в сторону с мрачным лицом, какой-то рыцарь.
- Да – демонстрируя всем наполовину отгрызенную ладонь, поводя плечом, демонстративно сжимая и разжимая оставшиеся пальцы, из последних сил сдерживаясь от боли и пережитого волнения гордо, со скрипом зубов кивнула, зловеще и с напором прошипела герцогиня – я же Кровавый Дракон Гирты…
- Есть повреждения кроме протеза?