Гирта, стр. 345
- Как прогорит, завалите камнями и закопайте могильник – объяснил мрачным, синим от морского ветра и бессонницы морякам из портовой инспекции Вертура. Как сказал Фанкиль, проще сжечь в яме и закопать, чем потом грести радиоактивную золу и трясти ей по всему берегу. Напоследок детектив раздал морякам и приставам таблетки с йодом, составил акт о происшествии, зашел к коменданту за печатью и подписью на документы. Когда закончил с ними, вернулся к Марисе, что, пока он заполнял бумаги, прогуливалась в парке при администрации пригорода, любовалась гранитными скалами и кленами, сказал что можно возвращаться в Гирту.
- Наверное, у них там под водой какой-то рыбный мор – глядя в отчет, который привез Вертура, заключил Фанкиль – вот и всплыли. Завтра надо съездить в Тальпасто, может у них там тоже по берегу какая гадость, а они не уведомили…
Этим делом детектив и лейтенант Турко и занимались весь следующий, день: взяв лошадей, обследовали берег южнее крепости Тальпасто, ходили по лесу и скалам, беспокоили рыбаков и служащих местной жандармерии, но ни отклонения радиационного фона от среднего, ни мертвых рыб, ни склизких щупалец из глубин так и не выявили, о чем и написали в акте о проведенной проверке.
***
Сырая пасмурная погода сменилась пронзительной солнечной. Ветер усилился, унес тучи. Стало тепло. На столах снова лежали кипы бумаг. Ждали когда до них дойдут руки, многочисленные циркуляры, отчеты и докладные.
В пятницу Вертура вместе с инженером Руксетом, капитаном Глотте и Фанкилем сопровождал специальную комиссию по расследованию аварии на производстве синтез-газа случившуюся в четверг. Ходил, бессмысленно смотрел на переплетение труб и рыжих от ржавчины стальных балок, торчащих из кирпичных стен. Посетил госпиталь, где лежали ошпаренные раскаленным паром мастеровые. Узнал, что разрыв магистральной трубы подачи давления случился из-за деградации материала в следствии перепадов естественного коэффициента искажения пространства-времени, что в общем-то не отменяло того, что в бухгалтерии имелся своевременный рапорт от мастера участка о том, что этот сегмент линии изношен и его давно необходимо заменить. На рапорт была наложена резолюция «принято к сведению». Сказав «мне тут один номер дали», Фанкиль попросил телефон и позвонил по нему в Гирту. Через некоторое время ему перезвонили, передали устное распоряжение ее высочества леди-герцогини назначить из заместителей временных управляющих, задержать главного инженера и начальника производства и вместе с мастером участка, и еще несколькими старшинами везти всех в город для установления обстоятельств случившегося инцидента.
Надышавшись гарью, налюбовавшись на отвалы смердящего пепла и жженых камней, посмотрев, как в яме с ядовитыми отходами копошатся, пожирают их, омерзительные черви-паразиты, взяв в фабричной лавке по сходной цене бочонок синтетического керосина для лампы, Вертура дождался на улице коллег и они все вместе поехали обратно в Гирту.
- У них тут стабилизаторы на двадцать пять выставлены – по дороге пояснил, поделился мнением, Фанкиль – ровно на краю технических возможностей оборудования. Я тут маркировку смотрел, думал агрегаты привозные, нет, почти все местное. Автоматика разве что из Мирны. Если бы Столица захотела, нас бы тут импортным хламом мигом бы завалили. Все бы в резиновых башмаках ходили. Читал я тут в журнале, что у них там в Ледяном Кольце преобразователи есть, как наши расщепительные, только наши в одну сторону, материю в энергию, у них там еще и любой материал в любых количествах.
- А у нас почему нету? – устало уточнил детектив.
- Недушеспасительно – улыбнулся Фанкиль и на мрачный взгляд коллеги пояснил – вот вам Марк, поставь телефон и электрическую батарею, вы из дома не выйдете. Назначь вам довольствие и пособие, вы только и будете лежать на диване с бутылкой, морально разлагаться, как Анна, и страдать, что Бог и люди к вам несправедливы. А дай вам лопату и под ливень – что накопаешь то и покушаешь, сколько и как деток воспитаешь и вырастишь, так в старости и будешь жить, и мир уже совсем по-другому будет видеться. Будет каждый день жизни как последний: и молитва будет искренней, и заповедям, не захочешь, а из страха последуешь. Без Бога и сержантской плетки мрази мы все конченные. А со страхом Божьим вроде как даже похожи на людей. Так устроены наши души и ничего с этим не поделаешь.
- Все верно – согласился едущий рядом с повозкой верхом, слушающих их разговор, капитан Глотте, заулыбался криво и зловеще.
- Свят Господь Саваоф! – отсалютовал ему Фанкиль и перекрестился.
В субботу из герцогской канцелярии приехал гвардейский кавалер, забрал бумаги с экспертной оценкой случившегося на производстве инцидента.
- Да, лучше бы они эту трубу сразу поменяли – глядя в окно, как посланник что-то весело обсуждает с коллегой из жандармерии, подметил детектив.
- И на контргайку посадили – согласился Фанкиль.
- По личному поручению леди Булле, как видно – посетовал, согласился лейтенант Турко и печально уставился на Марису. Наверное, он хотел сказать, чтобы в случае чего, она за них заступилась, но гордость не позволила и он, сделав грустные глаза, уткнулся в журнал, принял вид, что занят делом.
В воскресенье Вертура был на литургии. Видел маркиза Дорса с сыном, что помогали во время службы при алтаре. По окончании заглянул к другу, но приживалка, та самая, что своей заботой так досаждала старающемуся держать с ней дистанцию маркиза, печально посетовала, сказала, что он уехал, и горестно опустила взгляд. Это