Гирта, стр. 343
Он раскрутил свою кружку с ювом, вызвав в ней мутный водоворот, а когда тот приобрел достаточную скорость, сунул в него кончик ножа лейтенанта Турко, создал срыв потока с пеной.
- Никакой магии и предрассудков. Все рассчитано заранее. И идущие вокруг нас химические. И физические процессы и наши действия, все включено в пространственно-временной массив. Если бы мы были в этой кружке, то могли бы сколько угодно гадать об этом водовороте и никакая квантовая физика, никакие формулы, описывающие процесс, никогда бы не раскрыли нам истинных причин и изначальных предпосылок, которые так и остались бы для нас на уровне слепых гипотез и беспочвенных предположений. Так что наука это просто наука. Мы имеем право на то, что мы можем. Другой вопрос, что есть заповеди и положения церковных соборов и им надо следовать. Есть конечно в нашем бытие пара противоречий… Например кулуарное мнение, что программа Репликации полторы тысячи лет назад была результатом работы Архитектора, который как-то повлиял на протоавтоматы, чтобы они приняли это решение. Он намеревался заполучить еще некоторое количество душ в аду, но мы христиане и, похоже, у него все вышло не совсем так, как он хотел. Впрочем, не нам судить о вреде или пользе этого явления. Если бы на то не было Воли Божией, я полагаю, по какой-либо причине этого бы не случилось…
- То же самое говорил и Эрсин - угрюмо заметил детектив.
- Эрсин может говорить все что угодно – обстоятельно ответила Хельга Тралле, закрывая свою папку с документами – это его работа. Обладая неким опытом, с помощью утрирования и импликации, он может выстраивать любые теории, которые по своей сути, имея в основании некие частично верные предпосылки и даже правильные логические выкладки, будут иметь неверный вывод. Например, может ли Бог создать такой камень, который сам же не сможет поднять. Из чего в обоих случаях следует вывод, что Бог не всесилен.
- А что по этому поводу говорит богословие? – утонила Мариса. Им с Вертурой и Ингой не хватило места у окон, и они сидели с торца стола на подвинутой из соседней секции скамейке, что теперь загораживала проход между столами, мешала посетителям заведения проходить.
- На этот вопрос отвечает математика, теория множеств, а не богословие – ответил за куратора полиции Фанкиль. Он потянул руку к ранцу в котором они с Ингой принесли кота и положили его рядом с Вертурой, достал из бокового кармана блокнот и вставленный в обрезанное гусиное перо грифельный стержень, чем потревоженный кот был очень недоволен, быстро начертил несколько слов, продемонстрировал Хельге Тралле формулу, внимательно, выжидающе глядя на нее, задал вопрос – а является ли слово «все», действительно всем, или нет? Входит ли в него только то «все» что Бог может или «все», чего он, в том числе и не может?
- То, что вы говорите Лео, это самореференция – ответила она без тени улыбки, и, не разворачивая к себе лист, не глядя, быстро начертила справа налево, кверху ногами под строчкой Фанкиля так чтобы было видно рыцарю, короткую формулу, похожую на математическую – например. Все утверждения ложны. Ложно ли и это утверждение? Или полицейский проверяет всех, а кто проверят полицейского?
Она чуть улыбнулась и, словно приняв вызов, внимательно посмотрела на Фанкиля, ожидая, что он скажет в ответ.
- Так это уже политика – закивал, бодро ответил рыцарь, торжественно и радостно откинувшись на спинку скамейки и победно заложив руки за голову спросил - а вот если взять чисто математику. Может ли Бог сотворить треугольник, сумма внутренних углов которого будет не равна ста восьмидесяти градусам?
- Да, если нарисовать треугольник на шаре – без промедления ответила куратор полиции Гирты.
- А вне геометрии Римана?
- А может ли Бог сделать, чтобы дважды два не было равно четырем? – вопросом на вопрос ответила Хельга Тралле. На что Фанкиль только развел руками, заулыбался и ответил.
- Разумеется. К этому сводится смысл любой молитвы.
Хельга Тралле улыбнулась. Даскин засмеялся в голос. Ева захихикала столь ловкой и быстрой беседе. Вертура, Мариса и лейтенант Турко, как и полагалось младшим, промолчали. Инга и кот не проявили никакой реакции. Инспектор Тралле нахмурился, тяжело вдохнул дым.
- Лео, а вы, кстати, съездили в Сорну по вопросу тех мертвых рыб? – вклинился в разговор, строго потребовал ответа у коллеги – сэр Мунзе мне тут уже второй запрос пишет.
Одной рукой инспектор держался за свою кружку с ювом, второй за трубку и, похоже, выпив и, даже как будто немного расслабившись, отчего-то снова стал как-то по-особенному недоволен всем вокруг и раздражен.
- А, это глубоководные такие – отмахнулся Фанкиль – мы с Ингой проверили по справочнику, это местные. У них естественный для побережья радиационный фон превышен. Может что-то затонувшее проржавело, потекло в залив. Что там, на дне, одному Богу известно. Надо сделать замеры за пределами водораздела Керны. У берега морская вода в пределах регионального эталона, с небольшим превышением, скорее всего из-за Обелиска. Я отправил предписание надзирателю рыболовецкого рынка и коменданту Сорны, чтобы подготовили объявления, оповестили рыбаков и в поселках на побережье…
- Марк – не дослушав его, кивнул инспектор детективу – завтра поедете после литургии, проконтролируете, возьмете сегодня в конторе дозиметр, Лео выпишет ордер, пройдетесь по развалу и пирсам, если что найдете, на уничтожение – и прибавил, брезгливо поморщившись – вот дел у нас не было,