Гирта, стр. 320
- А чем закончилась та аудиенция на охоте? – капнув вина в чай, как бы между делом, уточнил детектив – если все так плохо, хотите я скажу Анне, чтобы она замолвила за вас слово перед леди-герцогиней?
Маркиз Дорс нахмурился, откинулся на подушке, бросил на Вертуру долгий лютый взгляд, зашарил рукой, будто ища, нож или пистолет. Ответил не сразу, внезапно спокойно и взвешенно.
- Ничем на охоте не закончилось. Она потребовала ответа, почему я игнорирую все официальные приглашения. Я сказал – служба. А что я ей еще могу ответить? – его глаза блеснули ненавистью, зубы сжались, пальцы непроизвольно сомкнулись, сгребли в складку перину - что я вообще в принципе могу сказать ей? Что вообще могло быть? Слезы, объятия в темноте, поцелуи, признания в любви? Два патрона в барабане револьвера, чтобы застрелить меня и застрелиться самой? Да если бы. Марк, так не бывает, вы полицейский, постоянно видите всякую мерзость, сами знаете как все это. А поговорить с Анной… нет. Это мужчина должен приходить к красавице и предлагать ей быть его женой, без всяких свах и посредников. Ну, или хватать ее в седло и увозить с собой силой…
- Ну так как приедет снова, и скажите что желаете чтоб она стала вашей невестой - сделав вид, что он не заметил перемены в друге, все также участливо и веско ответил ему детектив - а откажет, тут же перекинете через седло, увезете с собой к нам в Мильду, найдем вам с ней комнату где-нибудь в переулке Табуретов, между Колокольной и Южным проспектом. Устроим обоих к нам в тайную полицию на службу, будете со мной и Элетом злодеев ловить, опыт у вас есть, а она писать бумажки в бухгалтерии – стараясь делать серьезное лицо, но с едва сдерживаемой улыбкой, пояснил детектив.
Борис Дорс сменил гнев на милость, радостно заулыбался шутливой перемене темы. Вертура снова взялся за чайник и смешал ему еще горячего напитка.
***
На площади перед собором Иоанна Крестителя летали галки. Тут было полно народу. Особенно людно было у колонки.
- А у вас и правда два… - шутила, подставляя ведро девица, цветущая прачка с веселыми серыми глазами, натруженными, белыми от щелока ладонями и бронзовыми бубенчиками в длинной косе. Модест Гонзолле качал рычаг, налегая на него с манерным напористым усилием. Вода холодной толстой струей с брызгами лилась в ведро. Рядом ожидала, тощая баронская лошадь, печально смотрела в пустую поилку.
- Да, у меня два замка! – хвастливо и громко разглагольствовал рыцарь – один на берегу моря, второй в лесу под Эскилой. И оба отлиты из чистого золота, правда по нашей погоде немного потемнели, но я вам их все равно не покажу, ехать далеко, и вас мама на ночь все равно бы не отпустила! А, Марк, приветствую, пойдемте к Борису, что-то он тут совсем разболелся.
Барон был уже пьян, и похоже бессмысленное накачивание рычага колонки для местных девиц и дворников, что вовсю потешались над ним, только распаляли его веселье.
- Я как раз от Бориса – сухо ответил детектив - говорят, на Полигоне происходит что-то интересное?
- Пока только говорильня, никто такого. У всех урожай, у всех свекла и картошка, кони не подкованы, топоры не наточены, бани не натоплены. Кому, это все нужно, кроме сэра Ринья? - продолжая наливать подходящим одной за другой девицам в ведра воду, весело и пьяно гремел на всю площадь барон Гонзолле, так, что от его голоса от высоких темных стен окрестных домов отдавалось раскатистое гулкое эхо – так что пока будут спорить, кто кому, сколько, пока будут письма писать, отписки придумывать, ответы строчить, мы все уже постареем. Так и войну также продули. Пока все решали с подкреплениями, с обозами, с дружинами, Ронтола-то уже тю-тю. Политика дело тонкое, вассал моего вассала не мой вассал и все такое. А у нас, Гонзолле привилегия: мы подчиняемся только личным приказам его высочества Герцога. На сегодняшний день это наш славный сэр Вильмонт. Слава Гирте!
- Ага – поморщился, ответил Вертура и пошел прочь в сторону проспекта Рыцарей.
***
- Был такой город, назывался Ахен – возвращая доктору Саксу какую-то тонкую, в твердом бумажном переплете, по виду новую, столичную книжку, брезгливо поморщился, разъяснил Фанкиль – и там писали сплошную ахинею.
Доктор округлил рот, не зная, что и сказать в ответ. На этом их короткое обсуждение книги и завершилось.
- Да ерунду молотят. Не пойдет никто на Гирту, тут армии, чтобы только по южному берегу окопать, тысяч восемьдесят нужно. С экскаватором. Это как минимум – кивая на карту города на стене, ответил на вопрос Вертуры Фанкиль – а вот если тут смута начнется, демократию разведут и обсуждения, то да. За сэром Ринья с его вассалами и дружинами будет последнее слово. Так что соберутся, помаршируют вокруг Карьеров, в Лесу поманеврируют. Постреляют, поскачут на конях, выпьют все вместе.. Будут торговаться, чтобы наследником сэра Булле был объявлен сэр Ральф и обязательно женился на леди Элеоноре. Даром, что они двоюродные брат с сестрой: у кого деньги и власть, тем закон не писан.
- А нам опять назначат проверку и как крайним вынесут служебное несоответствие – зевая, мрачно прибавил лейтенант Турко – и плевать, что у нас все приказы учтены, подписаны лично сэром Гессом. В их-то действиях мэтр Курцо