Гирта, стр. 265
- На троих – спокойно ответил Фанкиль и откинулся, чтобы достать из поясной сумки деньги.
Продавец сунул руку под полу плаща, раскрыл торбу, проверил лежащие в ней конверты и, выбрав один, протянул над столом. Но рыцарь ловко перехватил торговца за запястье и, придавив его руку к столешнице, ударил по ладони кулаком. В тусклом свете очага сверкнула сталь перочинного ножа, пригвоздившего ладонь к доскам. Продавец порошка скорчился и запоздало захрипел.
- Полиция Гирты! – тут же вскочил со своего места, грозно и пронзительно закричал лейтенант Турко, срывая с пояса секиру. Тут же рядом очутился и детектив, в его руке сверкнул бронзовый ромб, а форменная шапочка вмиг оказалась поверх платка на его голове.
- Хахаха! – засмеялись у столов – попался! Второго лови! Вон бежит!
И пронзительно и яростно засвистели.
Какой-то человек в неприметном серо-буром одеянии метнулся к дверям. Его поймали за плащ, но он ловко дернулся, сорвав заколку и, оставив своих преследователей с плащом, стремглав бросился к двери и растворился в темноте. Лейтенант Турко с топором наперевес, молча сорвался с места и помчался за ним. У стола запоздало забился, пытаясь вырвать пригвожденную ножом к столу руку, завыл, пойманный Фанкилем торговец порошком, но Вертура подскочил к нему и несколькими ударами кулака в голову сверху вниз, заставил его притихнуть, упасть на колени и запросить чтобы больше не били. Фанкиль вынул нож из его пробитой руки и, бросив выразительный взгляд на детектива, поволок свою охающую от боли жертву за плечо, в сторону входной двери. Следом, со стуком отодвигая скамейки, весело переговариваясь, подались и зевающие, пробудившиеся от пьяной полудремы в душном дымном зале, увлеченные внезапным новым зрелищем посетители.
Посредине двора ярко горел костер, озарял коновязи и фасад гостиницы трепетным тусклым светом. Неверные рыжие сполохи плясали на желтом сухом песке.
- Это не наш! – крикнули из толпы во дворе – это с привоза, с лодок!
- Комендант Фикко в доле – шепнули в темноте.
- Давно тут этой дрянью торгует. Убейте его!
- Зарежьте его и дело с концом, управы на них нету!
Вертура открыл конверт, который прихватил с собой из зала вместе с торбой. Внутри был белый порошок. Соленый, с неприятным рыбным оттенком, как оказалось при пробе на язык.
- Не бей! – жалобно запросил торговец, придерживая раненую руку, упал на колени. Но Фанкиль только покачал головой, удержал его за плечо и подтолкнул к костру.
- Убейте его! Полиция Гирты, хоть раз сделайте что-нибудь! – засвистели из толпы.
Из темноты вернулся лейтенант Турко.
- Похоже, сильно он тут местных разозлил – поморщился полицейский, кивая на собравшихся вокруг людей и многочисленные заинтересованные лица в окошках гостиницы и соседних изб. Подойдя к задержанному, выразительно посмотрел на Фанкиля, качнул секирой. Тот обвел глазами собравшихся, молча поджав губы, замахнулся ножом и без промедления вонзил его в шею стоящему перед ним на коленях пленнику, а когда тот скорчился от боли, опрокинул его в костер тяжелым пинком в спину.
- Так его! – закричали из толпы. С сухим треском разламываемых обгоревших поленьев в ночное небо взвился сноп зловещих бордовых искр. Дохнуло жаром. Люди шарахнулись в сторону. Какая-то женщина опасливо всхлипнула, испугавшись зрелища, запросила пощадить, но ее схватили за плечи и заставили прекратить истерику.
- Христос воскрес! – сдавленно, сквозь зубы, прошипел, тяжело выдохнул, рыцарь.
- Едем – коротко приказал он спутникам и направился к коновязи, где предупредительный слуга уже отвязал их лошадей и протягивал удила полицейским.
За их спинами завыл, выкатился из пламени израненный, обгоревший пленник. Кто-то милостиво подскочил к нему, накинул сверху плащ, начал тушить его горящую одежду. Тот кричал, хрипел от боли, хотел вырваться из рук пытающихся помочь ему, извивался на песке, но властный охрипший глосс приказал.
- Оставьте его.
Все расступились. Абель Маззе, уже знакомый детективу пожилой шериф, спрыгнул с лошади, неспешно подошел к трясущуюся в судорогах обгоревшему телу, присел рядом на корточки, кивнул как старому знакомому.
- Все равно умрет – приглядываясь к выгоревшему лицу, покачал головой, поднял суровый взгляд на подъехавших к нему Фанкиля, лейтенанта и детектива. Нахмурил густые седые брови, прищурился, присмотрелся, кивнул полицейским.
- Езжайте с Богом. Завтра его отвезу к вам на телеге.
Они отъехали со двора. Уже когда они поднялись на вершину холма на склоне реки, обернувшись, увидели группу всадников с факелами, въезжающих на двор гостиницы. Верховые покружились у костра и вокруг все также лежащего на песке тела, посветили вокруг и поехали куда-то в сторону, противоположную от реки. Опасаясь, что они бросятся в погоню за полицейскими, Вертура, лейтенант и Фанкиль уже было свернули лошадей с дороги, чтобы спуститься подальше в заросли, в лес, но процессия свернула куда-то в сторону, обратно, откуда приехала. Еще какое-то время удаляющийся свет факелов в руках верховых еще мерцал между темными силуэтами изб, больших двухэтажных деревянных домов и высаженных в огородах деревьев, но потом затих, затерялся где-то в садах на соседнем холме.
- Амфетамин – когда они отъехали уже достаточно далеко, проверил конверты лейтенант Турко, поделился мыслями с детективом – на коксохимическом есть цех, там делают лекарства, ну и это. Солько тут самые главные были, так что это их рук дело. Прошлой весной был приказ, мэтр Глотте приехал, всех повыловил, развесил по соснам вдоль дороги по северному берегу. Вою и плачу сколько было, Лео, ну вы помните… - лейтенант усмехнулся – помогло, но ненадолго. Мелочь-то переловили, а все коменданты, все шерифы, все местные землевладельцы, так или иначе либо глаза закрывали, либо были в деле – и прибавил обреченно-философски – продали и купили нас всех тут давно. И на том берегу и на этом.
- Кто бы говорил, Йозеф – с недобрым намеком, ответил ему приободрившийся после своей ловкой расправы Фанкиль.
- Лео, а шапочка леди Инги? – внезапно со злым, обиженным напором потребовал у рыцаря полицейский – просто, так, за