Гирта, стр. 211
Громко шелестел дождь. Детектив и Мариса молча ели бутерброды, тоже пили жидкое темное юво. Мариса привалилась локтем к стене, обреченно смотрела на льющиеся струи воды, на то, как по мосту бегут какие-то мальчишки, один убегал от компании, те отставали, грозили ему, кричали что-то вслед. Вертура стоял рядом с ней, склонившись к своей спутнице, говорил тихо, чтобы никто не мог подслушать их.
- Это от нее кисет? – внезапно как-то по особенному зло, потребовала ответа Мариса – ты был с ней?
- Я не знаю, что это было – опустив глаза, честно признался детектив. Мы с Йозефом вроде как очень сильно напились, он так говорит, но я не пил… - и он рассказал ей то, что помнил из своей истории неудачных поисков пропавшего барона Визры.
- Значит ты все-таки принц – уставив глаза на дождь, дослушав его, рассудила Мариса и подняла не него печальные, полные ожидания глаза – а Йозеф у нас безродная деревенщина.
- Прости… – сокрушенно покачал головой Вертура – я…
- Вот если бы та на мне женился, и я бы стала принцессой, ты бы меня удивил. А так это просто очередное свинство – изо всех сил стараясь не сорваться, скрыть жгучую досаду, поморщилась Мариса и в несколько шумных глотков допила юво из кружки, подняв ее к лицу, так, чтобы он не видел, что она едва сдерживается от слез горечи и обиды, сдавивших ее сердце. Молодцевато и громко, с наигранной претензией, заявила – ну что ты встал? Не видишь, все кончилось, иди, еще купи.
- Просто омерзительно все вышло… – вернулся с добавкой, начал оправдываться детектив.
Пока он ходил к телеге, он боялся, что она уйдет, но, спешно протолкнувшись через толпу с полной кружкой юва и новым бутербродом, который он купил ей, чтобы хоть как-то загладить ее обиду и куда специально попросил положить побольше мяса и майонеза, все таки нашел ее на том же месте. Она все также стояла плечом к кирпичной стене, смотрела на дождь и реку. Даже не повернулась к нему, когда он подошел и передал ей юво, встал за ее спиной, коснулся ее руки, на что она брезгливо дернулась всем телом.
- Черт с тобой – заявила она, залпом выпив сразу половину. И, словно спьяну, подалась на шаг назад, наваливаясь на него спиной – раз ты такой индюк, использую тебя, как эта Гранне, чтобы стать принцессой в твоем королевстве, а когда взойду на трон, заведу себе молодого любовника и подошлю к тебе наемным убийцей.
- Когда у меня будет королевство, я обязательно сделаю тебя королевой, обещаю – обнял ее, утвердительно кивнул ей детектив и передал ей свежий бутерброд с жареным фаршем луком, капустой и жиром – это тебе.
- Ну так можешь начинать. Вперед, давай, завоюй свой трон в мою честь – принимая бутерброд и энергично кусая от него, внезапно неумолимо заключила Мариса – что ты стоишь, языком только мелешь? Вот, начни хотя бы с Гирты.
С реки послышались грозные пьяные выкрики. По мосту переходили на северный берег, шатаясь, придерживая над головами от дождя новомодные полосатые плащи, которые портные словно бы забыли оснастить капюшонами знакомые студенты.
- За Гирту хоть в реку! Слава Гирте! – вскинув руки, хрипло и пьяно провозгласил хвостист Прулле, взывая к стоящей под аркой ворот, прячущейся от дождя безразличной к его патриотическому порыву толпе.
- В очко сортира! – глумливо высказался какой-то корявый старый дед.
- Чего? А ну! – наддал не него яростный хвостист.
- А ты что за Гирту не готов в очко сортира? А? – строго прокрякал наглый дед – а если сэр Булле прикажет лично? Патриот ты или нет?
- Ты чего? А, дед? - обиделся хвостист Прулле и сник.
- А вот и вы! – закричал, весело замахал бездельник Коц, заметив Вертуру и Марису.
- Да, принц-изгнанник собственной персоной – пьяно кивнула она на детектива, не рассчитала движения, ударилась о его подбородок затылком – а я лунная королева, а вы будете нашими верноподданными. Мой первый приказ – на колени и вылижите мне сапоги! Марк и ты с ними.
И она развернулась, схватила его обеими руками за плечи, словно пытаясь бросить на мостовую, но сама пьяно оступилась на мокрых камнях, и если бы Вертура не удержал ее, точно упала бы следом за недоеденным бутербродом, который выронила из рук, обляпав свой черный нарядный плащ белым жирным майонезом.
***
В контору они вернулись только вечером. В зале никого не было. Дюк, что сидел за столом дежурного, скривившись, принюхался, грубо заявил, что от них разит перегаром, сказал о том, что из за них, инспектор был вынужден отправить Фанкиля, лейтенанта Турко и доктора Сакса на поиски каких-то пропавших людей, но почему именно из за них, так и не потрудился уточнить.
- Мразь! – сжала зубы, поморщилась Мариса, кивая на Дюка, требовательно схватила за руку детектива, затряслась от ненависти, зашипела – убей его! Разбей ему череп!
- Подстилка! – запрокинул голову, демонстративно усмехнулся полицейский. Вертура сделал вид, что спьяну не расслышал о чем идет речь.
Он взял Марису за плечи и, не обращая внимания на кривую, вызывающую усмешку и злой, налитый кровью, исполненный готовности к драке взгляд коллеги, положившего ладонь на древко секиры, вытолкал ее на лестницу.
***
Глава 17 Безысходность. Еще неделя, суббота.
***
Закончилась неделя. Наступил понедельник, такой же серый и дождливый как и воскресенье. Потянулись дни. Иногда шел дождь, но чаще было просто пасмурно и ветрено. Медленно и печально тянулись дни. Серые, холодные, с бесконечными часами ожидания в конторе и выездами по каким-то бессмысленным расследованиям происшествий, типа того, что случилось в Тальпасто со стручками из Леса. Были какие-то встречи, какие-то знакомые и незнакомые люди, с которыми разговаривали о каких-то путаных делах и каких-то других еще более неясных людях инспектор Тралле или Фанкиль. Вертура, Дюк и лейтенант Турко на таких расследованиях и встречах в основном молчали, как примерные полицейские, не вникая в