Соблазнить парня за 10 дней (СИ, Слэш), стр. 10

— Н-ничего, — торопливо ответил Андрэ, — так… бумажки приносил от коменданта. Для Гринье.

Ян хмыкнул, но вдаваться в выяснения не стал, тем более что из комнаты послышался грубый голос Гринье:

— Ну что там ещё?

Изнутри рванули дверь, которую Андрэ так и не успел до конца закрыть, и Ян увидел на пороге Николя — с бровями, сведёнными к переносице, и сердито опущенными вниз уголками губ, но аккуратно расчёсанного и… одетого в белый пушистый свитер с высоким воротником.

— Ой, — сказал Ян, который в первую секунду своего соседа даже не узнал.

— Ой, — почти хором с ним произнёс Андрэ и, попятившись, натолкнулся на стену, а затем развернулся и рванул по коридору прочь со всех ног.

Ян и Николя проводили его внимательными взглядами, но ни один из них ничего не сказал. Зато уже через секунду рука Николя втянула Яна в комнату и захлопнула дверь за его спиной.

— Ты идёшь или нет? — прошипел Николя ошалевшему Яну прямо в лицо, прижимая его всем телом спиной к стене.

Ян, и без того не успевший до конца понять, что произошло, порядком разомлел от этой близости, от сильного и горячего тела, вжимавшегося в него, и от желания так же вжаться в ответ, сдавить, смять, сделать своим.

— Да, если ты меня выпустишь! — выдохнул он после долгой паузы, рывком собравшись с силами и заставив себя собраться.

— Тогда это что? — Николя отстранился и провёл рукой сверху вниз, очерчивая контуры его кителя.

— Что? — Ян непонимающе нахмурился и склонил голову вбок.

— Я спрашиваю, ты в этом дерьме собрался идти?

— Это не… — обиделся Ян. «Не дерьмо, а парадная форма курсанта Нефритовой Академии!» — хотел закончить он, но тут же до него дошло, что они, вообще-то, собираются в самоволку, и парадная форма будет смотреться не совсем уместно. — У меня другого нет, — растерянно закончил он. План летел к чертям. Яну оставалось только проклинать свою беспечность, виной которой, безусловно, была несвоевременная эйфория, накрывшая его с самого утра.

— Идиот! — резко ругнулся Николя и, убрав руки в карманы, прошёл по комнате от двери к окну и обратно. Потом ещё раз — к окну, и остановился, спрятав руки в карманы и глядя в темноту.

Ян медленно приходил в себя. Можно было сходить за шмотками к Андрэ — правда, тому было не слишком-то выгодно ему помогать, но Ян уже придумал, что соврать.

Мысль не успела оформиться в окончательное решение, когда Николя, тоже всё это время думавший о чём-то своём, резко развернулся и, подойдя к шкафу, распахнул дверцы.

— Иди сюда, — приказал он, и когда Ян, отклеившись от стены, приблизился к нему, вручил тому джинсы и ещё один свитер, такой же огромный, как тот, что был на нём, только небесно-голубой. — Три минуты, — бросил он и отвернулся, чтобы снова уставиться в окно.

Дважды предлагать Яну не пришлось. Он уложился в уставные сорок секунд — даже опередил норматив, если учесть, что ему нужно было не только одеться, но и раздеться.

— Курсант Дрено к выходу готов! — отрапортовал он и замолк, встретившись с таким же тяжёлым, как и минутой ранее, взглядом Гриньё.

Что-то с Николя было не так, но Ян никак не мог понять что. Он не так уж хорошо знал этого парня, да и раньше Гринье никогда не был душой компании, и всё-таки сегодня он был какой-то не такой.

— Пошли, — бросил Николя, снова разворачиваясь к окну. Открыл одну створку и легко перепрыгнул через подоконник, так что Ян машинально рванулся следом в попытке поймать его хотя бы за рукав — как-никак блок располагался на втором этаже.

Он тут же отругал себя за глупую заботу, когда увидел, что Николя не только в порядке, но и успел ловко устроиться на кожаном сиденье серебристого аэрокара с откидным верхом.

— Тот самый «Орёл»? — спросил Ян, перепрыгивая через подоконник следом за ним. В аэрокарах он разбирался не очень, но всё же догадывался, что на «того самого Орла» он мог бы копить всю жизнь, но так и не накопить.

— Закрой окно, — равнодушно приказал Гринье и, заметив, что Ян безуспешно пытается выполнить приказ, но явно не понимает, как справиться со створками снаружи, привстал, так что аэрокар покачнулся в воздухе, и сделал всё сам.

На вопрос Яна он так и не ответил.

Всю дорогу до города в кабине царила тишина.

Ян искоса поглядывал на Гринье, который оставался всё таким же мрачным. Гринье, напротив, ни разу не посмотрел на него.

— Тебе куда? — спросил Николя, когда первые огни небоскрёбов и посадочных площадок замелькали с обеих сторон.

Ян сглотнул. Голос Николя впервые за эти два дня неприятно скрежетал по нервам, но Ян всё же справился с собой и негромко сказал:

— С тобой.

Николя метнул на него быстрый взгляд, но ничего не сказал, только продолжал гнать машину вперёд.