Гриесс, история одного вампира (СИ), стр. 81

- Дальше, ты меня интригуешь и разжигаешь любопытство!

Гриесс обреченно вздохнул.

- От этой деревеньки осталось большое пятно выжженной земли, прошло уже более трехсот лет, но там по-прежнему ничего не растет. Это вечный памятник моей жадности и глупости! Я иногда приезжаю туда поразмыслить, вернее меня отправляют, - добавил он иронично.

- И,- она не знала что сказать пытаясь себе представить произошедшее, - большая была деревенька?

- Примерно как Халле, - он в упор посмотрел на нее.

- Оу, - изумленно протянула она. - Я никак не думала, что ты обладаешь такой силой и такими заклятиями!

- Обладаю, но теперь хорошо думаю, прежде чем пускать в ход что-то подобное.

Она все же попыталась представить, какой силы должно быть заклинание, и с ужасом взглянула на вампира.

- Это ужасно! Ты понес наказание?

- О да , не сомневайся! - для убедительности он сделал круглые глаза, - еще и как наказали!(Асдок назвал его тупым идиотом и приказал передвинуть границу, чтобы деревня оказалась на территории Варастии, и заниматься этим пришлось Гриессу. И, периодически, действительно отправлял поразмыслить о своих поступках)

. - Ладно, - вздохнул он, - это прошлое, нынче я такого не допускаю. Так что перестань испуганно на меня таращиться и ложись спать. И думай о том, что эта сила сейчас в твоем подчинении и на твоей защите. Сдается, это должны быть приятные мысли.

Вампир ободряюще улыбнулся. Мара отвела взгляд, улеглась в постель и пробурчала из-под одеяла.

- Я подумаю об этом в таком контексте.

Следующий день она посвятила целительству. С самого утра возилась с Марко, долечивала отмороженные пальцы на ногах.

- Как бороться с некрозом? - задумчиво спросила она у Гриесса, удобно расположившегося на лавке с книгой.

- Твоими методами - понятия не имею, моя магия по другому действует. И вообще не приходилось с некрозами сталкиваться, наши таким не страдают.

Мара уткнулась в учебник, поколдовала еще над пальцами и отпустила сына купца, попросив привести Айку.

- Гриесс,- она вскинула голову, - а в той деревушке кто-то выжил?

- Смеешься? - он ухмыльнулся, - от нас никто не уходит живым. Я тогда отпустил свой десяток, делали что хотели, а низшие особенно жестоки, сдерживаться не умеют, и их постоянно гложет жажда убийства. Поэтому и командует ими высший, так сказать держит в узде.

- Ого, как оно все ... А где сейчас тот десяток? -Мара удивлялась своему спокойному отношению к этой истории, первый шок прошел, и она просто принимала как факт.

- Нет уже из них никого. Половина погибла на границе с эльфами по моей вине, я проморгал засаду. А остальные кто где. Кто в стычке с орками, кто с оборотнями, война с оборотнями стоила нам больших потерь.

Ответить ему Мара не успела, вошла дочь старосты, ведя за руку Айку. Мара занялась скрупулезным исследованием девочки. К середине дня она сдалась.

- Прав оказался целитель, не стабилизируется нерв, истончается и пропадает. Не знаю, что тут можно сделать. Может ты посмотришь?

- Я? - вампир удивился.

- Ты, ты сильный маг, хоть и темный. Зато у тебя другие методы, и в мозгах ты разбираешься лучше любого целителя.

- Ну, хорошо.

Он усадил девочку напротив и положив ей руки на виски, касаясь большими пальцами ее глаз, принялся внимательно изучать причины неудавшегося лечения. Мара с нетерпением наблюдала за его действиями. В комнату тихонько вошел староста и присоединился к молчаливо стоящей в углу дочери. Та заметно нервничала, теребила платок и, кусала губы.

- Ха, - сказал Гриесс после долгого молчания, - вы не так ставили связку. Иди сюда, - позвал он Мару, - смотри. Надо не напрямую, а вот так ...

Теперь уже оба держали Айку за голову, накрыв ее виски и глаза руками. Не прошло и десяти минут, как Гриесс убрал руки и скомандовал ребенку открыть глаза.

- Что-то видишь? - спросил он.

Девочка послушно открыла глаза и ее внезапный громкий вскрик заставил мать сорваться с места. Упав перед ней на колени, обнимая и целуя ребенка, она причитала.

- Что, доченька? Тебе больно?

- Мама! Я тебя вижу! Ты такая красивая!

Слезы радости потекли по лицу матери, староста тоже украдкой вытер глаза и поспешил сообщить всем радостную новость.

- Конечно, - с досадой, но весело улыбаясь, сказала Мара, - при такой мощи, вложенной в заклятие, у кого угодно бы получилось.

- Не совсем оно и получилось, - скептически заметил Гриесс, - и мощь тут особо ни причем. Это я, чтобы уже наверняка, можно было и поменьше энергии влить.

Вампир подошел к Айке и, забрав ее из рук матери, взялся опять изучать.

- Не закрывай глаза. Мне надо узнать, как ты видишь.

- А что, что-то не так? - Мара подошла поближе.

- Она цветов не различает, все черно-белое, с оттенками серого, и... - он внезапно замолчал, - и голубой. Очень странно.

Вампир вывел девочку во двор, она с изумлением оглядывалась вокруг.

- Это небо, - он присел на корточки и ткнул пальцем вверх, - это небо, и оно голубое.

Айка посмотрела куда указывала его рука.

- Голубое, - расплылась она в улыбке.

Потом стремительно обняла Гриесса за шею.

- Спасибо тебе!

И вот тут Мара первый раз увидела смущенного вампира.

За щедро накрытым столом собралась вся семья старосты, все ближние и дальние родственники. Люди искренне радовались излечению Айки, все любили этого тихого и послушного ребенка. Без конца произносились тосты за здравие Гриесса. Его это слегка забавляло, сделал он это отнюдь не ради девочки. Но Мара сияла от счастья, а значит сделал все правильно.

- Какому из богов за вас молиться? - спросил, улыбаясь во весь рот староста, потом махнул рукой. - Будем молиться обоим и Яркету, и Долнару!

Его предложение поддержали одобрительными возгласами.

- Nein! - резко выкрикнул вампир.

За столом повисла тишина, все смотрели на него в недоумении.

- Нет, - уже спокойней повторил Гриесс, - не вздумайте привлекать внимание этих богов к моей особе (на слове - этих - он сделал особое ударение)

.- Но, - растерянно произнес староста, - кому же возносить молитвы за тебя?

Вампир обвел взглядом сидящих за столом и четко произнес.

- Богине Эрете!

В создавшейся тишине его слова прозвучали зловеще, они как громом поразили людей. Те молча таращились на Гриесса и только открывали рты, не в силах ничего сказать. Первым пришел в себя отец Айки, простой поселянин, с крупными чертами лица.

- Значит Эрете. Это что ж получается, вы темный маг?

- Да, - Гриесс не стал отпираться, - не всех темных перебили в последних магических войнах, некоторые остались и даже пользу приносят, - он улыбнулся,