Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа (СИ), стр. 83

Понятно. А конкуренты есть?Дуня едва смогла сдержать вздох облегчения. И снова переглянулась с Иваном. Он снова едва заметно кивнул.- Конечно, есть. Хорошие контракты всегда желанны.Стукнула входная дверь, и Дуня неосознанно вздрогнула. Но это оказался всего лишь вызванный из отделения криминалист.*Все было как в полусне. Ее квартира, куча чужих людей, все ходят, что-то смотрят, задают вопросы, записывают. И не верится, что это с ней. Приехал криминалист. Дуне казалось, что в ее квартире снимают кино. Не хватает только камеры и режиссера в кепке. Почему она решила, что у режиссера должна быть кепка, Дуня не знала. Сидела тихо на диване в гостиной и смотрела, как проверяют наличие в комнате отпечатков пальцев. И на разбитый фотоаппарат в середине комнаты смотрела. Как же ей теперь здесь жить? Здесь, где все пропахло чужими людьми, где чужие ноги топчут ее ковер, и чужие голоса заполняют крошечное пространство.- С кем именно вы заключали контракты? - Дуня перевела взгляд с ковра и ног на следователя.Какой... не очень удобный вопрос. Там дочка политика, там объект Ильи...- Я подготовлю для вас полный список действующих контрактов, только, знаете... это в некотором роде конфиденциальная информация. В том плане, что есть серьезные заказчики, которых не надо впутывать в это дело. Не надо причинять им неудобства. Я вас очень прошу. Тем более, что ничего не испорчено, кроме компьютера и фотоаппарата.- На компьютере были наработки по проектам?- Да, были. Но... это не очень важное. Если я что-то делаю дома, то, как правило, копирую потом файлы на флешку. Всегда есть дубль. Речь не идет о промышленном шпионаже. В моем случае это глупо.- Это уж вы нам позвольте решать: что глупо, а что нет, - строго сказал следователь, потом, немного подумав, спросил: - Может, вас просто хотели напугать?Хотели! Еще как хотели! А вслух сказала:- Тогда напугали.Было решено не везти Дуню в отделение в такое время. Она пообещала приехать сама утром и подписать все, что необходимо.Наконец, полицейские уехали. Квартира казалась пустой, растерзанной, оставившей на себе отпечатки чужих ног и рук, среди которых были руки и ноги того человека, который без спроса открыл дверь, трогал ее вещи, залез в ее компьютер, а потом сломал то, что посчитал нужным. В том числе и дверь.Дуня лишь тогда это поняла, когда надо было ее закрыть. За спиной стоял Тобольцев.- Здесь только защелка, - сказала она, не оборачиваясь.- Работает?Дуняша кивнул головой и повернула защелку. Вот и вся ее защита на сегодняшнюю ночь. И она не имеет права задерживать того, кто сейчас за спиной. И хочется оттянуть момент прощания. Ведь, когда Тобольцев уйдет, придется остаться один на один с квартирой и разбитой камерой, и беспорядком на балконе. А возвращаться туда не хотелось.Дуня повернулась и, не глядя на него, тихо попросила:- Ты... немного посидишь еще?- Я вообще никуда не уйду сегодня. Тебе нельзя оставаться здесь одной.Она кивнула головой, привалившись спиной к двери. От облегчения. И от того, что ноги совсем перестали держать, и пора уже было снять босоножки, а перед полицейскими совсем неудобно было сидеть с босыми ногами. Да и в тапочках тоже.- Спасибо.Он, наверное, понял, что ей надо, все-таки надо самую капельку побыть одной. Не стал смотреть на сражения Дуни с обувными застежками - оставил. Пошел в ту самую гостиную. Ему страшно не было. Как хорошо, когда кому-то рядом не страшно. Она услышала, как Иван что-то бормочет про себя, улыбнулась. Камера. Он же фотограф. Зря разбили камеру, там же ничего на ней нет. И карту памяти зря унесли. Она пустая. Дуня накануне вставила новую.В ванной все было нетронуто, полотенца аккуратно висели, бутылочки расставлены именно так, как их расставила она. Приятно пахло мылом. Дуня вымыла руки и отправилась в кухню. Она вытащила с полки недопитый накануне коньяк как раз в тот момент, когда к ней присоединился Тобольцев с остатками камеры в руках.- Будешь? - спросила, ставя бутылку на стол.- Буду.Дуня достала два вчерашних пузатых бокала. Иван аккуратно положил свою ношу на стол, а потом наполнил бокалы. Дуняша взяла свой и выпила залпом. Коньяк моментально обжег горло, словно опалил огнем. Она поставила пустой бокал и сказала:- Еще.Он налил, а потом поинтересовался:- Лимон еще остался, или Рося весь сожрал? Может, хотя бы шоколадка?- Шоколадка была на дверце холодильника, - второй бокал Дуня пила медленно, маленькими глотками.Потихоньку приходило расслабление. Или опьянение, ведь ужина так и не случилось. Впрочем, не суть важно. Главное, напряжение отступало. Дуня села на стул и смотрела, как Тобольцев направился к холодильнику. Его бокал стоял почти нетронутый, сам Иван изучал содержимое холодильника, и это почему-то выглядело очень привычно. Квартира словно поделилась на две части: гостиная и балкон - страшное, а кухня - надежное и уютное.- Нам надо подумать над показаниями, - произнесла Дуняша, - ведь сняли отпечатки, а вчера здесь наследили и Тихий, и Ракитянский. Если спросят, что они делали, как думаешь, можно сказать про ресторан? Ведь вы все были на презентации, вы связаны так или иначе с «Тином», и мы могли решать какие-то... вопросы...- Можно, конечно, - он, наконец, закрыл холодильник и принялся разламывать шоколадку на куски. Блюдце сам нашел. Хозяйственный. - Скажи, что у нас было совещание. Рабочее. И закусывай! Хотя бы шоколадкой.Дуня взяла маленький кусочек. Она хотела что-то еще сказать, что-то умное, но две порции коньяка на голодный желудок дали о себе знать - мысль ускользнула. Зато пришло ощущение голода.- Там в холодильнике где-то еще колбаса была. Я с обеда ничего не ела. Чайник поставить? Могу бутерброды сделать.Она встала из-за стола и остановилась посреди кухни, не зная, куда отправиться в первую очередь: к холодильнику или к чайнику.- Колбаса с коньяком - это моветон. Ешь шоколад, это эндорфины. Тебе сейчас - самое оно. И перестань суетиться, в конце концов! Бутерброды я и сам сделаю, если пластырь в этом доме еще есть.Он прямо по-свойски смотрелся на кухне. На ее, между прочим, кухне! Вот только дай этим Дон Кихотам волю...- Господи, автостопщик, я же не на приеме, я - дома! А дома можно и с колбасой. Ты никогда не пробовал?- Так и быть, сделаю тебе бутерброд. Ты выпьешь коньяк, - он вылил остатки из бутылки ей в стакан. - А я сделаю тебе бутерброд. С колбасой.- Пластыря нет, имей в виду! - предупредила Дуня и еле подавила смешок. Ей почему-то стало вдруг