Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа (СИ), стр. 37

же, а ты, оказывается, бываешь злой и ехидной, - включился внутренний голос. - Хороший мальчик, честно все исполнил, почему бы его не отправить в культурные события?»Дуня передернула плечами и присоединилась к аплодисментам.- Хороший концерт, - сказала она чуть позже, садясь в машину.- Хороший, но..? Продолжай, - спросил Илья с нескрываемым интересом, когда захлопнул за собой дверь авто.- Но не блестящий, - закончила Дуняша.- Не знал, что ты разбираешься в классической музыке.- А я и не разбираюсь, - ответила она, - так, знаю... ну, пожалуй, чуть больше необходимого. Нравится. Вот на уровне «нравится - не нравится» и строится все мое восприятие классической музыки.Они тронулись с места, Илья слегка улыбался.- И этот мальчик не понравился?- Почему же, понравился. Хороший мальчик. Настоящий отличник. И я действительно получила удовольствие. Особенно от Шопена. И будущее у него хорошее. Видел, сколько прессы? Я уже про само место проведения концерта молчу. Хорошо за парня взялись, квалифицированно, вылепят звезду.- Грамотный продюсер, - пожал плечами ее собеседник.- Вот именно, грамотный продюсер. Понимаешь? Есть отличники, а есть гении. Он просто отличник с хорошим продюсером, но, увы, не гений.- Дуня, ты идеалистка. Конечно, за спиной пацана стоят деньги и раскрутка и целый бизнес-план.- Вот это-то и портит все впечатление. Слишком уж выпирал «бизнес-проект», заслонял собой искусство. А что думаешь ты?- То же самое. С той лишь разницей, что бизнес-проекты принимаю как должное. В конце концов, и Леонардо да Винчи всего лишь писал на заказ.- Согласна, - вздохнула Дуняша.Они возвращались в Москву, и Дуня думала о том, что концерт, без сомнения, был хорош, и специалисты смогут даже разобрать авторские произведения дарования на составляющие и, вполне возможно, похвалить за отдельные музыкальные решения. Только вот завтра она проснется, и уже не вспомнит обо всем этом. В памяти останется только галочка «я была на концерте», а хотелось... Хотелось остаться под впечатлением еще дня на два-три, возвращаться в мыслях к различным моментам прошедшего вечера, перерыть ю-туб, в конце концов, чтобы услышать вновь, вкусить, хоть так, но задержать мгновенье, а потом в восторге рассказать о нем Кате, и маме, или ... или даже Паше! Он точно поймет.- Илюш, - Дуня нарушила молчание, - у тебя нет знакомого юриста?- Есть, - ответил он, не отрывая взгляда от дороги, - у тебя что-то случилось?- Не у меня, а у Паши. Я хочу ему помочь. Там и надо-то всего - составить договор, в котором прописать график встреч отца с ребенком... Ну и денежные вопросы, а также ответственность сторон.Илья внимательно выслушал Дуню, а потом поинтересовался:- А почему Паша сам не найдет себе юриста, если это ему так необходимо?- Ну... ты же видел Пашу. Он - художник и абсолютно не приспособлен для решения житейских проблем. Он... он талантливый, умный, добрый, но... не на земле двумя ногами.- А ты у нас добрая самаритянка?- А разве это так уж плохо?Илюша вздохнул и притормозил на светофоре. Они въезжали в столицу.- Пойми, ты не можешь постоянно делать все за всех. И твоему Паше рано или поздно придется взрослеть, вне зависимости: стоит он на земле двумя ногами или одной, или полностью витает в облаках. Это его проблемы, и решить он их должен сам. Мужик он, в конце концов, или нет?- Но... там ребенок... Понимаешь? Паша очень любит сына, и сын тянется к отцу.- Вот пусть Паша и сделает хоть что-нибудь. На правах отца. Раз так любит.- Ты жесток.- Нет, Дуня, не жесток, - светофор переключился, и они снова тронулись в путь. - Просто жизнь сама по себе довольно жесткая вещь, и надо принимать её правила. У меня есть знакомые юристы, высококлассные знакомые юристы, позвонить любому из них - не проблема. Только за свои услуги эти люди берут очень дорого. У твоего Паши точно нет таких денег.- А... а если по дружбе? Если вот... ну...- Дуня, ты как маленькая, честное слово. Это же бизнес. Ты же сама ведешь свое дело. Дружбу и бизнес следует разделять, разве не так? Конечно, я могу попросить и, вполне вероятно, мне пойдут навстречу, но это означает лишь то, что однажды попросят об ответной услуге. И, возможно, не малой. Просто из-за проходного договора для твоего Паши.- Ясно. А... если бы юрист потребовался мне? Хороший, грамотный? Если бы проблема была у меня?Илья пожал плечами:- Он бы у тебя был.- А... если бы я его не потянула?- Давай закончим этот разговор. У тебя бы был юрист. И точка. Все другие вопросы решал бы я.И в машине снова воцарилась тишина. Нет, напряжения не было, и Дуня прекрасно понимала, о чем он говорит. В мире Ильи одолжений не делали, и он прав... Но... не могла она смириться с отсутствием бескорыстия в жизни. Почему, почему, если есть возможность, не помочь другому человеку? Просто так? Дуняша не могла и не хотела жить по таким законам. И, приняв объяснения Ильи, решила не отказываться от своей идеи найти юриста.Они ехали по ночному проспекту, Москва, светившаяся вывесками и окнами домов, была красива. Дуня очень любила вечернюю и ночную Москву, поэтому просто откинулась на спинку сиденья и стала смотреть в окно.- Не обижайся, - сказал вдруг Илья.- Я не обижаюсь.- Совсем? - уточнил он.- Совсем, - ответила Дуняша и улыбнулась, почувствовав, как его теплая ладонь коснулась её плеча в примирительном жесте, - но ты - зануда.Он хмыкнул.- Кому-то приходится, потому что не только Паша, кажется, стоит одной ногой на земле.До дома добрались быстро. Илья открыл дверь квартиры, пропуская Дуню, и почти сразу же, не дав ей разуться, обнял и прижал к себе.- Ты сегодня очень красивая, - пробормотал он.Она ждала этих слов весь вечер.- Очень-очень?- Очень-очень, - подтвердил он и потянулся губами к её шее.*Утро прошло под знаком звонка отца. Дуня привычно готовила завтрак, когда послышался рингтон телефона и последовавший за ним голос Ильи. Слов было не разобрать, но по доносившимся интонациям она сразу поняла, что это именно отец. «Вообще удивительно, - думала Дуняша, поджаривая тосты, - нам кажется, что со всеми мы говорим одинаково, а на самом деле нет. Громкость и тишина беседы, напряженность, легкость, торопливость, отдельные слова, даже тембр - и можно, не сильно вслушиваясь в слова, почти безошибочно определить: деловой это разговор или частный, желанный или нет. Я практически всегда знаю: это мама Илюши или его отец, звонят по работе, или