И.о. поместного чародея-2 (СИ), стр. 97

Ученый маг пристально смотрел на меня, словно борясь с сомнениями, и в конце концов кивнул, сделав над собой усилие.

-Вы правы, - тихо сказал он, прерывисто и тяжело дыша. - Вы должны отправиться туда в одиночку, пока нам не помешали. Я верю вам, вы устоите перед соблазном и привезете ее мне. Надеюсь, вы точно так же верите мне? Я клянусь вам использовать эту силу только во благо науки и чародейства, и успех этого предприятия теперь только в ваших руках.

В его скрипучем голосе было столько горячего чувства, что я, вопреки всем доводам рассудка, ответила:

-Да, я тоже вам верю.

-Возьмите, - протянул мне руку магистр уже безо всяких колебаний и я приняла из его бледной, трясущейся руки клочок бумаги, исписанный мелким почерком. - Это та формула, которую я составил благодаря вашим опытам. Она содержит все ключевые слова, находившие отклик у портала. Если это не точный пересказ истинной формулы, то наиболее приближенный к ней вариант, составленный с учетом традиций и старых правил. Эти слова должны открыть перед вами портал. Найдите гробницу и вскройте ее. Корона согласно легендам должна выглядеть, как простой обруч из белого золота, украшенный единственным камнем, похожим на глаз хищной птицы... Не касайтесь ее голыми руками и ни в коем случае не поддавайтесь соблазну примерить! Это артефакт чудовищной силы и непредсказуемого воздействия!

Я кивнула, пытаясь скрыть волнение - лишь однажды мне доводилось иметь дело с сильным артефактом, и опыт этот был не из тех, что хотелось бы повторить. Но, быть может, судьба давала мне возможность взглянуть в лицо собственным страхам? Сколько можно вспоминать о том, как меня едва не погубила чужая недобрая воля - пришло время обзавестись своей собственной, и не справедливо ли будет, если то, с помощью чего меня едва не загнали в гроб, поможет мне отомстить за причиненную обиду?..

-Зимнее солнце всходит поздно, - шептал Аршамбо. - Поторопитесь, утро уже близко. Вам следует покинуть город как можно быстрее... время истекает, я чувствую, что нам дышат в спину... В любой момент погода может перемениться, и метели с морозами надежно запрут нас в столице...

Я бросила взгляд на окно, за которым царила непроглядная тьма. Мне показалось, что его на несколько мгновений затянуло полосой мерцающего тумана, свивающегося в спираль, и в глубине ее мне чудился пристальный взгляд огромных желтых глаз. Меня поторапливал не только магистр... Похоже, у меня не имелось особого выбора, и в дом Аршамбо меня проводили как раз за тем, чтобы ночная доверительная беседа между мной и ученым состоялась с известным результатом.

-Хорошо, я отправлюсь туда как можно быстрее, - согласилась я со смешанными чувствами, а затем, поддавшись необъяснимому порыву, прибавила:

-Только захвачу с собой магистра Леопольда, ему нечего делать в столице без присмотра.

Эта идея не пришлась по душе Аршамбо, он несколько оживился, и принялся было возражать, но я стояла на своем:

-Вы недооцениваете мессира Леопольда, господин Аршамбо, - уверяла я ученого мага. - Да, может показаться, что на него нельзя положиться, но я надеюсь на то, что он не сбежит, едва мы только покинем город...

Звучало это не слишком уверенно, несмотря на мои старания, но, как ни странно, магистр вскоре сдался и сказал, что не возражает против участия Леопольда в этой затее, если я поручусь, что он не узнает об истинной цели предприятия.

-О, можете быть уверены в том, что я буду держать язык за зубами, - пробормотала я, - ведь узнав правду, магистр Леопольд не согласится и шагу сделать из дому!

...Ожидания мои оправдались: лжеаспирант, которого я безжалостно растолкала, и слышать не хотел о том, чтобы подниматься столь рано. Леопольд стонал, корчил зверские рожи и утверждал, что еще не миновала полночь - хотя за окном к тому времени начало светать.

-Вы не желаете говорить, куда мы отправляемся, - сварливо огрызался он, - и что прикажете мне думать по этому поводу? Если мы сбегаем из столицы из-за серьезных неприятностей с законом, то я желаю об этом знать до того, как мы первый раз заночуем под придорожным кустом или начнем прятаться в темных углах от каждой тени. Куда мы направляемся - на Север или на Юг? Сколько недель мы проведем в пути? Скоро начнутся морозы, а на Севере они куда более лютые и ранние!

-Будьте вы неладны, магистр! - наконец сдалась я. - Мы едем всего лишь к храму около Козерогов, по поручению господина Аршамбо! Морозы там ударят ровно в то же время, что и в Изгарде!

-Ах, к храму!.. - протянул Леопольд глубокомысленно, но я решила, что магистр попросту тянет время, и не обратила должного внимания на его посерьезневшую физиономию.

Наскоро собрав необходимые вещи, я с трудом натянула на отросшие волосы шапку - одну из тех, что связал мне некогда демон - и мы со лжеаспирантом, взгромоздившись на наших скакунов, покинули дом ученого мага, в очередной раз вызвав неудовольствие слуг излишней суетой в утренний час.

Не успели мы свернуть в соседний переулок, пустой и безлюдный по причине раннего часа и весьма промозглой погоды - впрочем, куда более теплой, чем полагалось в эту пору года - как Леопольд заявил, что непременно должен вернуться к дому Аршамбо за какой-то потерянной при сборах мелочью.

-Бесы б вас побрали, магистр... - привычно выбранилась я, но согласилась подождать, рассудив, что с Леопольда сталось бы обнаружить пропажу у городских ворот, и уж тогда мне пришлось бы ждать его куда дольше - либо терпеть нескончаемые жалобы до самых Козерогов.

Погрузившись в размышления о погодных причудах нынешней удивительно теплой зимы, которые все менее походили на случайность, я не сразу сообразила, что магистр Леопольд отсутствует куда дольше, чем это требовалось для возвращения от дома Аршамбо - пусть даже его мул охромел бы на все четыре ноги сразу.

-Дьявольщина, да он все-таки сбежал! - потрясенно сказала я Гонорию, и конь одобрительно фыркнул, явно находя поступок магистра весьма разумным.

Несмотря на то, что именно этого в глубине души я и ожидала от магистра Леопольда, поступок этот застал меня врасплох. Откровенно говоря, я чертовски боялась и мне нужна была хотя бы иллюзия поддержки. Что стоило магистру сбежать чуть позже!.. Огорченно вздыхая, я пришпорила коня и направилась к городским воротам, которые должны были открыться к этому времени.

Стражники внимательно осмотрели меня, однако при себе у меня имелось письмо с печатью мессира Аршамбо, а сбруя Гонория была покрыта эмблемами Академии, что могло закономерно вызывать неприязнь – но не подозрения. Если среди них и остался кто-то, получающий тайное жалованье от Лиги Чародеев, то нарочный с письмом от мага вряд ли показался ему достойным внимания – в прежние времена чародейские гонцы сновали взад-вперед как пчелы. Меня без особых проволочек выпустили из столицы, бросив в спину: «Проваливай, чародейский лизоблюд!», и я, проезжая по предместью, утерла вспотевший от волнения лоб.

За городом над покрытыми инеем полями со свистом гулял ледяной ветер - впрочем, в иные времена здесь лежал бы глубокий снег, а заносы на дороге достигали бы местами человеческого роста, так что жаловаться на погоду нынче было грешно. Я надвинула шапку пониже, подняла воротник старомодного плаща, доставшегося мне от Аршамбо, и прикрикнула на Гонория, норовящего перейти на тихий ход.

-Пошевеливайся, ленивый бурдюк! Если меня схватят, то ты очутишься в учебных конюшнях Академии, и адепты мигом сгонят с твоих боков лишний жирок!

Уж не знаю, хорошо ли представлял Гонорий как сложится его судьба после расставания со мной, и заставили ли мои слова его задуматься, но ногами он начал перебирать чуть быстрее, и я воспряла духом: к храму мы должны были прибыть задолго до наступления сумерек. Впрочем, солнце сегодня куда больше походило на луну - небо, как и холмы на горизонте, были затянуты мутной льдистой дымкой, из-за которой краски дневного света выцвели, а само светило лишь изредка поблескивало сквозь низкие облака точно серебряная монета. Сегодня мир людей до странности напоминал полнолунное ночное королевство духов, и мне с каждой минутой все меньше нравилось это сходство. Однако даже такой день выглядел предпочтительнее ночи, и хоть в храмовых подземельях было не видать лучей солнца, спускаться туда в темноте мне отчего-то не хотелось.