И.о. поместного чародея-2 (СИ), стр. 78

Я пыталась запомнить переулки, по которым мы плутали, но город всегда был для меня чуждым миром, где я теряла добрую долю своей наблюдательности. Сейчас же, когда я тряслась в ознобе, мне и подавно не удалось бы сообразить, куда направляется Искен. Слышался перезвон колоколов - возможно, рядом располагался храм или монастырь; улица, по которой мы ехали, была узка и грязна, дома вкривь и вкось лепились вдоль глубокого оврага, куда вся округа, по-видимому, сбрасывала мусор. Кривые, голые деревья цеплявшиеся корнями за глинистую почву, были густо усеяны вороньими гнездами, и карканье пернатых обитателей этой части города, копавшихся в отбросах, смешивалось с завыванием ветра. У самого обрыва располагалось строение, частично опирающееся на сваи. Вывеска указывала на то, что это трактир, а внешний вид постройки - на то, что публика здешняя весьма непритязательна. Подобных заведений в Изгарде имелось несчетное множество, и ничего, сверх того, что мы прибыли в самую старую и грязную часть столицы, я узнать не смогла. "Разбойничий притон, - скривилась я, оглядывая подворье и прилегающие к нему строения. - Если Искен заплатит хозяину хотя бы пару золотых, меня запрут в какой-нибудь комнатушке, не задавая лишних вопросов. А если его задержат в городе какие-то дела и трактирщику покажется, что клиент был недостаточно щедр, мне и вовсе конец".

Когда аспирант помогал мне спешиться, отчаянная мысль пришла мне в голову.

-Искен, - прошептала я горячо и сбивчиво. - Ты поклялся, что исполнишь три моих желания. Ты не можешь не сдержать свое слово, я знаю!..

-Третье желание, стало быть? - Искен, точно обжегшись, отдернул от меня руки, и мне тут же пришлось искать другую опору - ноги меня почти не держали. - Ну что ж, это твое право, дорогая. Приказывай мне, чтобы я тебя отпустил, и проваливай. Вот только далеко ли ты уйдешь, хотел бы я знать?.. Ты едва стоишь на ногах! Впрочем, какое мне до этого дело? Уходи и избавь меня, наконец, от целого вороха проблем, которые я сам не знаю, как решить. Если ты свалишься в этот овраг и сломаешь шею на радость здешнему воронью, мне не придется думать, где тебя спрятать, и как солгать тем господам, перед которыми я держу отчет.

Я видела, что озлобленное замешательство Искена неподдельно, он действительно чувствовал себя загнанным в угол, и поступал вовсе не так, как советовал ему голос разума - воистину мучительное испытание для человека подобного склада характера.

-Вини только себя, - прошипела я, поняв, что Искен прав - мне не пройти больше ста шагов. - На что ты надеялся, затеяв эту игру?

-На то, что мои подозрения не оправдаются! - в такой же запальчивости ответил мне он. - Можешь мне не верить, но я был рад тебя вновь встретить. Да вот только пришлось разочароваться и в тебе, и...

И вновь я угадала то, что он не договорил. Искен, не сумев поступить рассудительно, нарушал свой же главный принцип.

-Проклятое третье желание! - пробормотала я. - Так и знала, что оно окажется никуда не годным. Ладно уж, истрачу его на доброе дело. Магистр Леопольд...

Искен презрительно отмахнулся:

-Не трать свое желание на такую ерунду, Рено. Если мессир Леопольд и в дальнейшем будет демонстрировать такое похвальное равнодушие к моим делам - пусть остается в доме Аршамбо. Ты бы не бросила его сегодня ночью, представляй он какую-то важность для Каспара. Помогать я ему, конечно, не собираюсь, но верю, что изворотливости у него достанет на то, чтобы продержаться пару недель - а это, возможно, избавит меня от необходимости читать лекции вместо Аршамбо...

-Что я слышу?! - всполошился магистр Леопольд. - Вы судите поспешно, юноша! С чего вы взяли, что я честен и не имею коварных умыслов? Не принижайте меня, я ничем не лучше этой девицы, и раз уж вы собираетесь прятать ее, то спрячьте и меня! Мне сразу пришелся по душе этот трактир, я не собираюсь сбегать, но если вам угодно - можете меня даже запереть, перед тем условившись с хозяином насчет моего пропитания... Заточите меня в винный погреб, в конце концов! Я настаиваю!

Но просьбы Леопольда не были удостоены какого-либо внимания со стороны Искена. Более того - мне показалось, что аспирант содрогнулся, заслышав о возможном заточении магистра в винном погребе за счет Виссноков.

Рожа хозяина подтвердила мои худшие подозрения - по свежим отметинам на его лице можно было подсчитать, сколько драк в его трактире случилось за последнее время. Впрочем, мой вид понравился этому господину не намного больше: глаз у него был наметанным, и его не смог обмануть ни мой наряд, ни остриженные волосы.

-Сударь, - смехом обратился он к Искену, хрипло посмеиваясь и сплевывая на пол едва ли не после каждого слова, - прежние ваши дамочки выглядели чуток свежее!

-Что поделать, господин Травис, - аспирант теперь воплощал добросердечность, точно это не он недавно был готов прикончить стражника за излишнее панибратство. - Сами знаете, дела у чародеев нынче обстоят плоховато во всех отношениях.

-Тсс, господин Искен! - трактирщик с неподдельной тревогой оглянулся по сторонам. - Вы же знаете, что к вам я, как к родному, опосля того, как вы меня выручили, но прочим не надо бы знать о вашем ремесле. Были б вы вором иль мошенником - совсем другое дело, косо бы никто не посмотрел...

Лицо Искена заметно исказилось, однако он тут же взял себя в руки и с приятнейшей улыбкой заверил господина Трависа в том, что он не намерен смущать своим присутствием отборный цвет преступности прилегающих кварталов, который коротал время в трактире за кружкой пива, дожидаясь наступления темноты.

Господин Травис, в ответной улыбке продемонстрировал множество золотых зубов и спросил, чем он может помочь своему благодетелю. Из того, как он невольно обводил нежным взглядом свое заведение каждый раз, как упоминал о некой помощи Искена, я сделала вывод, что молодой чародей спас это неказистое строение то ли от разрушения, то ли от перехода под руку к другому владельцу. Как бы там оно ни было на самом деле, не приходилось сомневаться, что трактирщик окажет Искену почти любую услугу, о которой тот попросит. А просил он не столь уж много - всего-то комнату с дверью покрепче и засовами понадежнее, да чистую одежду, неважно уж какого вида. Господин Травис, выслушав его, кликнул одну из служанок, разносивших пиво, и указал нам в сторону лестницы, ведущей на второй этаж.

Комната оказалась довольно чистой и теплой. Я с отвращением сбросила на пол свою куртку, превратившуюся в грязные задубевшие лохмотья, и невольно подумала, что Искен оказал мне порядочную услугу, дав возможность отдохнуть. Горячая вода, чистые бинты, кровать - все это было мне необходимо для того, чтобы вновь твердо держаться на ногах. На всякий случай я, пользуясь временным одиночеством, подошла к небольшому окошку, выходившему в сторону оврага. Трезво оценив высоту, с которой мне в случае побега предстояло рухнуть на гору мусора, находившуюся аккурат под окном, я покачала головой и посоветовала самой себе по меньшей мере пообедать, прежде чем в очередной раз испытывать на прочность свои кости.

На прощание Искен еще раз посоветовал мне сидеть тихо, но его речь была прервана появлением трактирщика, сообщившего, что любезнейший друг мессира Висснока успел прикончить три кружки пива, платить за которые отказывается напрочь. Аспирант сквозь зубы очередной раз помянул гоблинов, которых он совершенно зря лишил компании магистра Леопольда, и раздраженно отсчитал монеты.

Я с тревожным предчувствием проследила за тем, как закрылась за Искеном дверь, после чего наскоро обмылась и переменила повязки с помощью служанки, явно видавшей раны и посерьезнее моих - судя по ее сонному выражению лица. Новая одежда оказалась довольно приличного качества, разве что штаны в соответствии с какой-то модой, которой я ранее не знала, были широки и полосаты, точно портной решил перевести на них все остатки тканей, что завалялись у него в лавке. Одним богам было ведомо, какими ветрами занесло их прежнего обладателя в изгардские трущобы и как дорого обошлась ему встреча с местными головорезами.