Второй этаж (СИ), стр. 14

— Спасибо за компанию, — обольстительно улыбаясь, говорит он и добавляет: — С этими двумя порой бывает слишком скучно.

Я смеюсь.

— Тебе спасибо. Мне было приятно.

И я не лгу. Я чувствую себя хорошо в компании своих коллег, даже с этим приставучкой, несоблюдающим дистанцию.

— Завтра повторим? — предлагает он. — Валере ведь необязательно об этом знать, — с луковой улыбкой добавляет Илья.

— Ты играешь с огнем. — Улыбаюсь и добавляю: — Я подумаю.

Мистер Обоятельный и Привлекательный салютует мне, весьма довольный моим ответом, и возвращается к своей машине.

Вхожу в офис с предовольной улыбкой. В моей жизни стало так много «впервые», что мне не терпится узнать, каким будет завтра. Еще во вторник я старалась обходить Илью стороной, про Громилу вообще молчу, и что мы имеем сегодня?

— Вернулась? — вырывает меня из рассуждений Константин.

Недоуменно смотрю на него. Костя стоит на пороге своего кабинета и листает бумаги.

— Как видишь. — Безразлично пожимаю плечами.

Громов как-то странно глядит на меня. Словно чего-то ждет или хочет сказать.

— Обедала с твоими ребятами, — бросаю я и сажусь на стул.

Он вскидывает брови — явно удивлен.

— И как все прошло?

— Отлично. Много интересного о тебе узнала, — с ухмылкой говорю я.

Ну, давай же. Заинтересуйся!

Он впивается в меня взглядом.

— Расскажешь?

— А-а, — дразнюсь я.

— Расскажешь, — с нажимом произносит он.

— Ни за что. — Я кручу головой.

— Расскажешь! — Громов надвигается на меня.

— Вот еще! Я секреты не раскрываю, — гордо заявляю я, подняв палец вверх. Костя подходит вплотную и нависает надо мной всей своей массой. Я перекатываюсь на стуле и оказываюсь перед его лицом, ощущая на губах его мятное дыхание, смешанное с мускусным ароматом.

— Рассказывай, — ничуть не смущаясь нашей близости, требует он.

Меня бросает в жар. Так необычно.

— А ты попроси, — игривым тоном заявляю я. Баш на баш!

— А ты расскажи, — не отстает он.

— А ты попроси еще получше, — улыбаясь во весь рот, говорю я.

— Миа, ты меня вынуждаешь. — Он тверд.

— Схватишь меня и будешь пытать? — произношу слишком пылко. Чего это я?

— А ты этого хочешь? — Костины глаза темнеют.

Ох!

— Эй! Полегче. — Мне становится не по себе. Я пытаюсь отстраниться, но он удерживает подлокотники моего стула.

— Расскажи, Миа, — шепчет он. — Расскажи.

— Да расскажи ты ему! — восклицает Вася.

Вася?! Константин инстинктивно поднимается и переводит на него взгляд.

— Видишь, Миа. Даже Василию интересно, что ты там узнала, — с издевкой произносит он.

— Достали. — Выдыхает парень, швыряет наушники на стол и демонстративно выходит из кабинета.

— Упс. — Я поджимаю губы. Костя пронизывает меня взглядом. — Не расскажу.

— Ладно, — вдруг отмахивается он и уходит на свою сторону. Я разочарована. Где кульминация?

Иду за ним.

— Эй! Так нечестно. — Я надуваю губы, изображая обиду.

Громов оборачивается и смотрит на меня в недоумении.

— Хочешь рассказать? — говорит он томным голосом.

— Я хочу кофе.

— Кофе? — Удивляется. — Ты хочешь кофе?

Я киваю.

— Окей. — Он вскидывает руки и заправляет кофемашину. — Но ты расскажешь мне все, что знаешь.

Хочет быть на равных.

— Да ничего такого, — сдаюсь я и сажусь на диван.

— Значит, ты любишь интриги, Миа? — Его тон игрив.

— Очень. Особенно, когда оппонент так реагирует. — Теперь, мой голос становится томным.

Костины глаза блуждают по моему лицу. Словно он пытается разгадать какую-то загадку.

И тут я вспоминаю, что он женат. «Почти женат», — поправляет меня Миа-2.

Константин не похож на человека, у которого есть любимая женщина. Он не слишком опрятен, а его общение со мной вызывает в голове массу вопросов.

— Ты затеяла очень опасную игру, девочка, — с предостережением произносит Громов.

— Девочка? — Он кивает. — Нет. Это уже слишком!

Мы смеемся. Костя ставит передо мной чашку и садится напротив, придвигая стул.

— Ну и?

— Откуда у тебя этот шрам? — Его глаза расширяются от удивления.

«Что за бестактность, Миа?»

— Получил в бою, — серьезно отвечает он.

У меня вырывается смешок.

— В бою?

— Да, я борец ММА.

Все еще очень серьезен. Мне следовало догадаться. Я ерзаю на месте.

— То есть ты постоянно участвуешь в боях?

Почему он такой скрытный?

— Уже нет. — Громов проводит рукой по щеке. — После травмы, только для себя.

— Ох! — Выдыхаю я. — Неожиданно.

Его рот изгибается в кривой ухмылке.

— А что до тебя? — начинает он и показывает на трехсантиметровую отметину на тыльной стороне моей ладони. — Откуда этот ожог?

Я смотрю на свою руку и молчу. В голове проносятся тысячи неприятных воспоминаний. На глаза выступают слезы. Делаю глубокий вдох и часто моргаю. Только бы не разреветься прямо тут.

— Я спросил что-то не то?

— Мне нужно работать. — Вскакиваю с места и оставляю его в одиночестве.

Ах ты, маленькая дрянь!

Воспоминание застигает меня врасплох. Обломки изображений так и сыплются, собираясь в пазл. Я жмурюсь, стараясь, забыть этот ад. Нет! Этот кошмар не должен был возвращаться! Зачем? Зачем он спросил?!

— Миа. — Костя касается моего плеча. Я вздрагиваю и осознаю, что стою прямо посреди кабинета, крепко обхватив себя руками. Медленно оборачиваюсь и решаюсь посмотреть на него. Красивые карие глаза бегают из стороны в сторону. Он выглядит таким беззащитным и маленьким. — Прости. Я не хотел.

Заставляю себя улыбнуться. Только бы больше ничего не спросил.

— Все в порядке, — выдавливаю я.

— Миа, я… Ты… Можешь мне рассказать, если захочешь. В любое время. — В секунду он из растерянного мальчика становится невероятно собранным, сильным, уверенным в себе мужчиной.

Я качаю головой, беру свою сумку и выхожу из офиса. Побыть одной, вот что мне нужно. Выхожу из здания и бреду к скверу. Я никак не ожидала, что он сможет всколыхнуть эти чувства. Никто, кроме Валеры и Риты, не знает об этом. Пусть так и будет.

Константин открыл ящик Пандоры. Казалось, я так хорошо запечатала эти воспоминания. Они не должны были больше вернуться. Но, теперь… Теперь, по моим венам бежит страх смешанный с ненавистью. Мне никогда не забыть. Никогда.

Добредаю до нужного места, прячусь на скамье в тени деревьев и вдыхаю морской воздух. Он всегда рубцует мои раны. «Если не думать о боли, тогда ты не будешь ее чувствовать», — в голове проносятся Его слова. Прикрываю глаза и снова стараюсь отвлечься.

Слышу знакомую трель колокольчиков. Морщусь. Запускаю руку в сумку и нахожу телефон. На экране высвечивается — Константин. Только не сейчас. Мне нужен тайм-аут. Сбрасываю. Звонок повторяется снова. Настойчивый. Не отвечаю.

— Чувствую себя нашкодившим мальчиком, — вдруг раздается его голос за моей спиной. Оборачиваюсь.

На лице фирменная кривая улыбочка, в глазах странный блеск. В два шага он оказывается рядом и приземляется на скамейку.

— Хотела сбежать?

Я мигаю, но упорно молчу. Боюсь, что если скажу хоть слово, меня сразу же накроет водопад слез — невысказанной боли слишком много внутри меня.

— Знаешь, что я делаю, когда хочу сбежать?

Пытаюсь предположить, но в голове лишь галдят чайки. Ничего не разобрать.

— Закрываю глаза. — Костя вскидывает подбородок вверх и прикрывает веки. — И представляю себя на вершине отвесной скалы. Я сажусь на самый край. Внизу плещется море. А вокруг ни души, и только сильный пронизывающий ветер. Я вдыхаю. — Его грудь вздымается. Он выглядит очень безмятежным. Я не могу отвести от него взгляда. — А потом я вскакиваю и бегу, что есть силы. Останавливаюсь, вскидываю руки вверх и громко кричу. А потом… — Костя резко поворачивает голову и распахивает веки. — Открываю глаза, — шепчет он. — И все сразу становится прекрасно. Как сейчас.