Проклятое Пророчество (СИ), стр. 16

Нет-нет-нет, я не хочу этой встречи. Не смогу спокойно с ним разговаривать, как будто между нами ничего не было. Слишком больно. И стыдно. За свои никому ненужные чувства. За свою глупую наивность, доверчивость и восторженность. А ведь я столько книг прочитала о неверности, столько историй выслушала! Есть те, кто умеет учиться на ошибках других, наверное, это редкий, особый “Дар”. Большинство учится только на собственных ошибках. Правда, иногда, встречаются и такие, кто, вообще, не учится на ошибках, снова и снова попадая в одинаковые проблемы, но, надеюсь, я не из их числа. Я сделаю для себя полезные выводы из этой истории. А пока, мне надо забыть этого мужчину!

Просидев на полу около двери целый час в тяжелых раздумьях, я тихо вышла и быстрым шагом благополучно вернулась домой, так и не попрощавшись с Миланиэлью.

***

Орестонэль оказался из тех мужчин, для которых главный жизненный принцип: “эльф сказал - эльф сделал”. Он начал тренировать меня и учить защищаться сразу же, уже в дороге.

- Алинаэль, ты должна смириться со своей физической слабостью и с тем, что твоя кожа чрезмерно чувствительная. Здесь мы мало что сумеем изменить, это врожденные особенности твоего тела. Зато, ты сильный маг. И хоть не обладаешь боевой магией, которую обеспечивают стихийные Дары - Огня, Воды, Воздуха, Земли, но и магия Жизни дает большие возможности. Она-то и должна стать твоим главным оружием. Основная проблема, которую тебе надо преодолеть, это психологическая невозможность нанести вред противнику. И здесь важно понять, что мерзавец, который способен напасть и причинить вред здоровью и жизни такой беззащитной жертве, как ты, не достоин сочувствия и жалости. А еще важнее, осознать, что если ты его не остановишь, то вслед за тобой, будут и другие жертвы, среди таких же слабых женщин как ты и еще более слабых детей. Значит, давая решительный отпор, ты, тем самым, спасаешь не только себя, но и других. Это главное, на чем ты должна сосредоточиться и держать в своей голове, если придется защищать свою жизнь.

И для меня начались невозможно трудные испытания, вызывавшие поначалу и тошноту, и рвоту, и носовые кровотечения, и слезы, и слабость, и боль, и постыдное желание все бросить, отказавшись от задуманного обучения.

Всю дорогу, пользуясь тем, что мы находимся в лесу, Орестонэль вылавливал всевозможных хищников и натравливал их на меня, заставляя, используя магию, не только обороняться, но и нападать.

В качестве средства обороны я предпочитала пользоваться, уже испытанным для этих целей, Ментальным Даром, вызывая у животных чувство панического страха и обращая их в бегство. Но с большинством эльфов этот фокус не пройдет, они умеют ставить ментальный щит.

Целительский Дар давал возможность замедлить ритм сердца и дыхания животных, повысить или понизить температуру их тела, тем самым вызывая у них дискомфорт, уменьшая агрессивность и желание нападать. Но вот, нанести непоправимый вред, я заставить себя так и не смогла. От одной только мысли об этом я теряла концентрацию внимания и моя магия переставала мне подчиняться.

С помощью Природного Дара я училась использовать окружающую растительность для своих целей. Трава оплетала ноги, ветки цеплялись за тело, колючки глубоко впивались в плоть, что существенно замедляло движения животных. Сквозь их тела, прижатые к земле, стремительно прорастали из семян, находящихся в земле, ростки растений, удерживая в неподвижности.

Ничего более отвратительного, чем все это, я в своей жизни и представить не могла. Но уговоры Орестонэля, его сочувствие, утешение, похвала или недовольство, помогали мне постепенно осваивать эту выучку. Уже к моменту нашего прибытия в Лангос, я не была такой беспомощной как раньше.

Город встретил нас ленивой тишиной. Я опять убедилась, что Асмерон, по сравнению с тихими провинциальными городами, пульсирует энергией, скорым темпом, активностью, событиями, развлечениями. Но пока я здесь, в Лангосе, если будет свободное время, попробую эту тихую заводь расшевелить.

Дом и сад Орестонэля, в отличие от дома Данирэля, были любовно ухожены, хоть и без изысканной очаровательности. В саду преобладали плодоносящие деревья, кустарники и лианы. Вместо пышных цветов, скромно цветущие пряные травы и чистый газон. Нет садовых ваз, фонтана, качелей, скамеек, прудика или каменистой горки. Правда, есть беседка, и немаленькое место отведено под тренировочную площадку.

Сам Орестонэль оказался очень замкнутым, скупым на эмоции, одиноким эльфом, не имеющим жены или постоянной подруги. Он мало общался с окружающими и не вмешивался в жизнь города. Его эльфийский хладнокровный эгоизм не распространялся только на ближайшее окружение, в котором, в настоящее время, оказалась я одна. Родители Орестонэля давно ушли за грань. И то, что его отец погиб в лесу, на охоте, не редкая трагедия, то аналогичная судьба матери, случай из ряда вон выходящий. Ведь женщин всегда тщательно опекают и оберегают.

Как и было договорено, поселил меня Орестонэль в своем доме, в одной из спален, на втором этаже. Занятия проводил в своем саду, а не на городском Тренировочном Поле, как это обычно принято. Я была рада этому, не хотелось, чтобы воины, тренирующиеся там, видели мои позорные слабость и неумелость.

Как же мне повезло с Учителем! Мало того что он многое умеет, искренне стремится научить меня необходимому, так он еще и проявлял удивительное терпение, доброту, никогда не насмехался надо мной, не демонстрировал своего безусловного физического превосходства. А заботясь обо мне, он всегда стремится создать максимальные бытовые удобства для меня.

Хотя, если с Данирэлем я с первого дня чувствовала родство душ, то с Орестнэлем я постоянно ощущала нашу несхожесть характеров. Он очень неприхотлив и рационален, не замечает отсутствия комфорта, не придает значения окружающей красоте. Он консервативен в своих привычках. Традиционен во взглядах на жизнь, всегда жестко и принципиально поступая в соответствии с ними. Часто бывает излишне обстоятелен и зануден в вопросах, которые считает важными. Не способен на экспромт. В принятом решении он, потом, не сомневается и его не пересматривает, а решительно и упорно реализует. Лишенный хитрости, не умеющий притворяться, молчаливый и замкнутый, он считает, что слова не нужны, за него говорят его поступки. Сильный мужчина, с развитым инстинктом защитника. Но, иногда, его опека и забота, идущие от чистого сердца, бывают утомительными и только усиливают мою неуверенность в себе, а ему не хватает эмпатии, ментальной чуткости это осознать. Ему не доступны душевная мягкость, а значит нежность и ласка, но зато, я не сомневаюсь в его искренности, честности, верности слову и преданности.

Учил меня Орестонэль, само собой разумеется, не нападать, а обороняться, без использования оружия. В искусстве рукопашного боя, он стремился, добиться от меня умения не прикладывать против врага свои небольшие физические силы, а максимально использовать напор противника, его скорость, энергию агрессии и вложенную в атаку силу, против него же самого.

- Чтобы победить, - объяснил мне Орестонэль, - надо не сопротивляться, а уступить натиску врага, лишь направляя его действия в нужную сторону, пока тот не окажется в ловушке. Ты должна, как гибкие ветки под напором сильного ветра, не ломаться, а сгибаться. Твой главный принцип в бою - “сначала поддаться, а потом победить”.

Все приемы, которым меня обучал Орестонэль, просты в исполнении, практичны в действии и не требуют большой физической силы. Удушение, пользуясь одеждой противника. Броски и удержания. Удары ногами, особенно коленом, и руками, особенно локтем, по наиболее болезненным и уязвимым частям тела противника, которые я, как маг Жизни, чувствовала очень хорошо. Особый упор Учитель делал на выдавливание глаз и всевозможные укусы в чувствительные места, вот когда мне пришлось пожалеть, что у меня нет настоящих клыков.

Все это было для меня очень трудно. Не физически - психологически. Но постепенно, я втянулась и, в момент боя, научилась подавлять внутреннее сопротивление насилию. Сосредоточившись на достижении цели, я, в это время, старалась не задумываться о ее последствиях.