Проклятое Пророчество (СИ), стр. 14

Закончила я словами:

- Посмотрите на меня внимательно! Да, я полукровка! Но, какой же вред я могу принести чистокровным эльфам? Чем нежелательна или опасна? Я, как и все вы, в силу своих возможностей, стремлюсь привнести в нашу жизнь больше комфорта, красоты, радости, взаимной доброты. Ставлю интересы соотечественников выше личных. Или, может быть, мой внешний облик вызывает непримиримое отвращение и оскорбляет эстетическое чувство некоторых эльфов? Неужели, я не имею права на жизнь только потому, что немного отличаюсь внешне?

Тишина, послужившая мне ответом, напугала меня. Почему они молчат? Это проявление эльфийской сдержанности? Или их не страшит складывающаяся ситуация? А может быть, им надо больше времени на осознание происходящего?

Прервала это тягостное для меня молчание Королева:

- Алинаэль, мы знаем тебя, и все испытываем к тебе добрые чувства. Я уверена, что ты оказалась в эпицентре этих непонятных событий случайно. Но вот то, что у нас, в Эльфийском Лесу, орков скоро будет больше, чем эльфов, тревожит и вызывает протест у многих. Мало того, что число орков среди нас неуклонно растет, но они еще стали составлять нам конкуренцию здесь, в нашем доме. Орки зачастую вытесняют эльфов с хорошо оплачиваемых рабочих мест. Подрывают традиции нашей культуры и менталитета. Они даже стали покушаться на самое дорогое, что у нас есть, наших женщин! И твоя сестра - яркий пример этому. Если мы смиримся с этим, и не примем никаких мер, чтобы изменить ситуацию, эльфов скоро совсем не останется в этом Мире! Разве я не права? - повернувшись лицом к окружающим, жестко спросила она.

Кошмар! Если уж даже Королева стала в открытую пропагандировать такую позицию, что же говорить об остальных? Почему я раньше не чувствовала и не понимала этого? Или не только я?

Ох, Эдмунизэль, где же ты, когда так нужен здесь и сейчас?! Моего авторитета недостаточно, чтобы тягаться с Королевой в словесных баталиях. Неужели никто не придет мне на помощь? Обвела взглядом присутствующих, может быть, здесь есть ректор Академии Зоровадэль или кто-то еще из членов Совета Старейшин? Нет, никого из них нет.

Тем временем, поднялся шум. Несколько присутствующих здесь орков начали протестующе свистеть. Эльфы молча разделились, в своем отношении к услышанному. Кто-то одобрительно кивал, но, как мне кажется, большинство все-таки с недоумением восприняли речь Королевы, хотя ее авторитет у эльфов традиционно очень высок. Ведь Артефакт Власти выбирает Королеву, как самую достойную для этой роли, из всех эльфиек Леса. Этот артефакт достался нам с Древних времен, и ошибки, в выборе Королевы, быть не может. Эльфы привыкли в этом не сомневаться, верить своей Королеве, и любить ее.

Ладно, деваться некуда. Вызываю фаербол на себя! Смело подняв руку вверх, призывая к вниманию, я вновь заговорила:

- Миледи, и все те, кто согласен с нашей Королевой, позвольте вам возразить. Ваши аргументы не выдерживают критики.

Что касается экономических вопросов, о конкуренции с орками за престижные рабочие места. Во-первых, это только способствует стремлению к повышению своего мастерства, что благоприятно отражается на конечном продукте, подталкивая технологии вперед. Во-вторых, орки, в отличие от эльфов, не обладают магией и никогда не смогут конкурировать в тех областях, где она применяется, а применяется она, практически, везде.

Теперь, о том, что относится к вопросам традиций. Скорее, орки перенимают нашу культуру, чем мы их. Хотя не могу не согласиться, что и мы в чем-то меняемся, живя с ними бок о бок. Но разве это плохо? Жизнь не должна стоять на месте! Все в Мире подвержено изменениям, и мы в том числе, как частица этого Мира.

А сейчас, главное! Я тогда еще не родилась, но многие из вас помнят, как, когда и почему у нас, в Эльфийском Лесу, появились первые дети-орчата. Ведь эльфы катастрофически стремительно вымирали! Межрасовое скрещивание было единственным доступным способом увеличить рождаемость. И он себя успешно оправдал. Через несколько лет не орки, а сами эльфы вновь захотели получить еще орчат, причем, чем больше, тем лучше. Мало того, что с их появлением, так нужный для нашего выживания прирост населения, впервые за долгие годы, начал увеличиваться, так мы еще несем моральную ответственность за этих орков. Ведь это наша инициатива выдернуть их из родной Орочей Степи и поселить в Эльфийском Лесу. А появившихся здесь, у нас, детей-полукровок, для которых Эльфийский Лес - родина, вы что, действительно, предлагаете убить?!

Ну, а пример миледи с моей сестрой совершенно неуместен. Ивануэль такая же полукровка. А полукровок хотят убить! Причем, только за то, что в нас течет не только эльфийская, но и орочья или, как во мне и Ивануэли, иномирская кровь.

На этом я закончила свою не по-эльфийски пламенную, эмоциональную речь, и, спустившись с помоста, села рядом с Миланиэль, надеясь, что кто-нибудь еще выйдет и скажет что-нибудь конструктивное. Но мои ожидания оказались напрасными, все потихоньку стали расходиться.

- Не огорчайся, детка. Вернется Эдмунизэль, и он так просто это дело не оставит. Проведет расследование, найдет виновных и, вместе с Советом Старейшин, назначит им суровое наказание, чтобы другим неповадно было. И с Королевой серьезно поговорит, убедив ее пересмотреть свои позиции, - попыталась успокоить меня Миланиэль, когда мы направились к выходу их Королевского Парка.

Но ее слова мало утешили меня. Зажав свои большие пальцы рук в кулаках, я все больше беспокоилась о том, что же такое происходит вокруг. Пугали слова произнесенные Королевой.

Почувствовав на себе внимательный взгляд откуда-то сзади, я оглянулась и, увидев, кто пристально меня разглядывает, быстро сказала:

- Миланиэль, спасибо тебе за поддержку. Ты иди одна, мне надо тут задержаться.

Простившись с ней, сделала несколько шагов в сторону, так нужного мне, эльфа. Он, поняв, что я двигаюсь к нему, пошел мне навстречу.

- Здравствуй, лорд. Меня зовут Алинаэль Асмерон, - сказала я вежливо, как требует традиция знакомства, хоть он и слышал мое имя, когда я произносила его, стоя на помосте. Внимательно посмотрела ему в глаза, что бы понять, сколько же ему лет. Яркость и чистота их цвета помогает безошибочно определить возраст эльфа. Взрослый, около трехсот.

- Здравствуй, леди. Мое имя Орестонэль Лангос, - вежливо ответил он, тоже внимательно меня разглядывая. - Я видел тебя сегодня на финальных боях. Хотя никогда не видел раньше. Тебе интересны бои?

Вспомнив недавно увиденное, я невольно зажмурила глаза, стараясь отогнать свои впечатления.

- Нет. Я пришла туда с другой целью, - ответила я и, не скрывая удивления, спросила, - а ты, на арене, еще и зрителей успеваешь разглядеть?

- Я разглядел только тебя. Тебя трудно не заметить, - сухо ответил он.

Я оставила это высказывание без комментариев, не поняв, это комплимент, или, наоборот, в свете событий сегодняшнего дня, стремление подчеркнуть особенности моей нечистокровной внешности. Но колебаться не стала, решив не отступать от задуманного.

- Орестонэль, я хотела после соревнований поговорить с тобой, но меня к тебе не пустили. Ты можешь сейчас уделить мне время?

- Могу.

- Это не быстрый разговор, может быть, ты согласишься принять мое приглашение на бокал вина?

- Согласен.

Ох, какой немногословный, трудно с ним вести беседы.

- Тогда, идем со мной, - предложила я.

Он согласно чуть кивнул.

Всю дорогу мы молчали. Я, стараясь это делать незаметно, разглядывала его. Высокий, движения скупые, уверенные. Я уже знаю, что он сильный, быстрый, ловкий, опасный. Его аура свидетельствует, что магией он владеет только на бытовом уровне, Дара нет. Пахнет очень мужественно и приятно, хвойной смолой, разогретой на солнце. Одет в традиционный эльфийский костюм, коричневого цвета. Почему-то поняла, что он мало придает значения одежде, и мало заботится о своей внешней привлекательности. Удивлял его взгляд, какой-то безразличный, потухший. Такое выражение глаз можно увидеть только у очень старых эльфов, уставших от жизни, но он-то еще молод, мужчина в самом расцвете сил.