Нет войне конца (сборник), стр. 33

- Вероятно, Лев хочет, чтобы Белат получил немного опыта рядом с ветеранами, прежде чем начнет самостоятельный путь, - сказал Галедан. Он прошел с Астеляном длинный путь и легко угадывал мысли командира.

Астелян что-то пробормотал, уклоняясь от ответа. Его пристальный взгляд устремился на шаттл, спустившийся в ангар. Похожий на клюв, нос корабля с шипением распахнулся, преобразуясь в посадочный трап, по которому спускалась одинокая закованная в силовые доспехи фигура.

Белат был молод, возможно, тридцать - тридцать пять лет. Учитывая, что за несколько последних лет мощь Легиона увеличилась почти на двадцать тысяч, Астеляна не шокировало появление столь юного Астартес, занимающего должность Магистра. После контакта с Калибаном множество офицеров рот были выдвинуты на должности Магистров Орденов, состоящих из новобранцев, и сам Астелян, именно так и достиг своего высокого звания. Позже было принято решение более не раскалывать существующие ветеранские Ордены с Терры, но Орденов калибанийцев было слишком много и стало неизбежным то, что некоторыми из последних пополнений командовали неопытные воины.

У Белата были бледная кожа и темные волосы, свойственные многим калибанийцам, но глаза были ярко-синими, а не привычными карими или серыми. Его волосы были коротко стрижены, что на фоне длинных кос Астеляна сразу же бросалось в глаза. Лицо Белата несло молчаливую торжественность.

Прибывший остановился перед Астеляном и в приветствии прижал кулак к своей груди. В ответ Астелян кивнул, и ему в глаза сразу бросилась одна деталь.

- Что это? - спросил Астелян, указывая на правый наплечник Белата. У обычных космодесантников на нем располагались знаки отличия и ранга, но у Магистра Ордена на нем красовался герб – щит, разбитый на бело-синие четверти, украшенный мечом, сжатым когтистой лапой.

- Это - символ моего ордена, - ответил несколько озадаченный Белат. - Ордена Крыло Ворона.

Недоумевающий Астелян посмотрел на Галедана.

- Один из рыцарских орденов, - ответил капитан. – Знак отличия калибанийцев.

- А это? - сказал Астелян, осуждающе переводя палец на другой наплечник Белата, на котором символ Темных Ангелов обрамлял темно-зеленый фон.

- Блистательный Лев Эль’Джонсон постановил, что воины с Калибана должны носить зеленый цвет - цвет лесов нашего родного мира, - без малейшего намека на вызов ответил Белат. - Это должно нам напоминать о сражениях под командованием Льва за обладание властью над Калибаном.

Астелян без комментариев кивнул. Оба Магистра Орденов стояли в тишине, еще несколько биений сердца рассматривая друг друга, прежде чем Астелян заговорил вновь.

- Приветствую на борту «Копья Правды», - сказал он, протягивая руку. - Рад познакомиться.

Белат смутился, а затем, улыбнувшись обезоруживающей улыбкой, пожал руку Астеляна.

- Это честь для меня, - ответил молодой Магистр Ордена.

Сопровождаемый своим окружением, Астелян провел Белата из стыковочных доков в главный зал, который простилался на всю длину «Копья Правды». Шагая к ближайшему скоростному лифту, они проходили мимо огромных сводчатых арок, за которыми виднелись готовящиеся к сражению космодесантники Астеляна. Отделение за отделением, облаченные в силовые доспехи воины, отправлялись на стрельбы и тренировки под строгим надзором своих сержантов. Знамена покинули свои места на стенах помещения, вмятины и царапины на броне тщательно замазаны краской, торжественные клятвы перед символами Легиона обновлены.

- Мой Орден тоже готов к сражению, - заверил Белат, когда группа остановилась перед дверями лифта.

Один из охранников почетного караула выступил вперед и нажал на широкую пластину на стене. Дверь лифта распахнулась. Астелян вступил внутрь и оставил позади эскорт. Лифт оказался кубом приблизительно десять футов в длину во всех направлениях с толстыми пласкритовыми стенами. Галедан, Асторик и Мелиан присоединились к ним.

- А действительно ли он готов? - спросил Астелян, когда дверь, закрывшись, хлопнула.

Лифт затрясся, и начал быстро поднимаясь сквозь палубы боевой баржи.

- Не понял? - сказал Белат, повышая свой голос так, чтобы его было слышно сквозь грохот цепей и механизмов.

Задрожав, лифт на мгновение остановился, а затем продолжил движение, но уже горизонтально, продвигаясь к носу баржи. Прежде чем ответить, Астелян внимательно посмотрел на него.

- Мы созданы, чтобы нести галактике мир и слово Императора - произнес Астелян. - Хотя мы можем принести и войну, но мы не должны жаждать этого.

- Мы были созданы, чтобы сражаться - парировал Белат.

- Да, но мы несем ответственность за выбор, против кого мы должны сражаться, - сказал Астелян. - Когда мы идем в бой, мы должны быть уверенны, должны знать, что поступаем правильно. Отсюда приходит наша искренняя радость победе. Мы становимся ужасающим противником, мы совершаем страшные вещи, чтобы другие узнали о безумном страхе наших врагов. Гнев, выпущенный наружу, не нужно и не должно останавливать. Неустанные в нападении, сильные в защите, всё это признаки Астартес. Наверное, нас все-таки слишком легко побудить к войне, даже из-за пустяка, но мы должны помнить, что мир, сокрушенный под нашими пятами, может затаить обиду, и потребуются целые гарнизоны и множество ресурсов, чтобы охранять его. Мир же, который по доброй воле принимает мудрость Императора, должно встречать как брата, поскольку он добавляет силу, а не умаляет её.

- Наши тела и разум усовершенствованы для того, чтобы стать мечом Льва, - сказал Белат. - Куда он его направит, туда и падет наше лезвие. Не наше дело судить, мы просто приводим в исполнение его волю. Позволь дипломатам, и бюрократам обсуждать причины, а нам позволь посвятить себя уничтожению наших врагов.

Как будто подчеркивая слова молодого Магистра, лифт внезапно остановился и где-то над ним зазвенел звонок. Галедан открыл дверь и три капитана вышли в коридор. Белат бодро зашагал вперед, но Астелян придержал его за руку, развернув так, что их лица находились друг напротив друга.

- Также как и я, ты командуешь более чем тысячей самых прекрасных воинов в галактике, - сказал Астелян. - Император дал нам силу и власть, но при этом требуется трезвый ум, чтобы владеть ими мудро. Я не знаю, что ты узнал о войне в своем ордене, но то, что я от тебя услышал, является кровавым и бессмысленным, и только дурак может поступить так.

- Лев выбрал меня, чтобы возглавить этот Орден, - сказал Белат, мягко, но настойчиво освобождаясь от захвата Астеляна. - Я получил приказ от примарха, и, не колеблясь, его выполню.

Ничего не сказав, Астелян пошел от лифта прочь и повернул налево по коридору. Большая двустворчатая дверь, вырезанная из дерева, резко контрастировала с пласкритом стен и металлической отделкой. Резьба имела угловатый, абстрактный дизайн. Пальцы Астеляна, закованные в латную перчатку, пробежали по линиям и изгибам, прослеживая их.

- Я сам сделал эти двери - сказал Магистр Ордена, глядя на Белата – В течение многих часов я трудился, копируя из памяти образы, которые видел в длинных залах Сибранских степей Терры - места, где я вырос. В этих рисунках заключен рассказ, и тот, кто их понимает, может прочесть его.

- Какой рассказ? - спросил Белат, гнев в его голосе сменился заинтересованностью.

- Позже, - неохотно ответил Астелян, открывая двери. - Мы должны спланировать кампанию.

- Позже так позже, - сказал Белат, входя за Астеляном в комнату.

Они оказались внутри операционного зала «Копья Правды». Вдоль стен размещались ряды чистых экранов и устройств коммуникации, перед которыми стояли длинные скамьи, пока еще пустые. Аромат скрытой мощи наполнял воздух, выжидающий, когда тихая комната превратиться в командный эпицентр военных действий.

Белат не стал рассматривать оборудование, подобное имелось и на его собственном судне, вместо этого он зашагал к огромной овальной стеклянной таблетке в центре помещения. Астелян последовал за ним, отправив Асторика активировать гололит.