Вопреки всем запретам (СИ), стр. 19

— Еще какой… И чует мое сердце, мне все это боком выйти может… — он устало трет лоб и целует меня в плечо.

— Ладно, фигня это все, прорвемся, — словно сбрасывая с себя наваждение, трясет он головой. И лицо снова озаряет теплая улыбка.

— Что-то меня вырубает сегодня, поехали ка домой, завтра будет день важный, надо выспаться…

— Поехали, — улыбаюсь ему и целую его. А у самой мысли о том, что в 25 лет этому мужчине приходится решать такие важные вопросы…

По пути домой, Рома ведет себя тихо. Одной рук управляя рулем, другой же сжимает мою ладонь. Видимо совсем устал, мой герой. Мы подъезжаем к моему дому и Рома глушит мотор.

— Нас Роза к себе на ужин пригласила в субботу, — смотрю на него, устало положившего голову на подголовник. — Ты как? Готов познакомиться? Там и мама будет… — улыбаюсь, а у самой сердце в пятки уходит. Вдруг откажет?

— Конечно готов, — нежно улыбается он и протягивая ко мне руку. Ласково, проводит пальцем по очертаниям моих губ. От этого, мысли слово рой пчел разлетаются в разные стороны, но я стараюсь сосредоточиться, ведь есть еще одно дело.

— А еще, Кирилл, мой друг, ну помнишь я тебе рассказывала, который в рок группе играет, — дождавшись утвердительного кивка от Ромки продолжаю, — завтра играет в ресторане, мы хотим пойти. Ты как в деле?

Рома опускает руку и повернувшись в сторону лобового окна, несколько минут задумчиво глядит в даль.

— Наверное нет, чертенок. У меня сейчас два дела зависло, нужно срочно вопросы решать по ним. Сходи сама, а в субботу и воскресенье я весь твой, — повернувшись ко мне, он так улыбается мне, что отказать просто невозможно.

— Хорошо, — улыбаюсь, не желая его расстраивать, а у самой настроение сразу ниже нуля. Получается, что целых два дня мы с ним не увидимся.

Глава 7

Я хочу побить посуду, я хочу, а значит — буду!

Чтоб осколочки повсюду символизировали меня!

— Юх-у-у-у!!! — кричит уже «хороший» Кирюха, прыгая на моих коленках под громкие биты музыки, доносящиеся из колонок машины.

— Киря, я тебя пристрелю! — визжу я и смеюсь, в ответ на что этот негодяй скачет еще сильнее.

Большой и дружной компанией в количестве семи человек мы едем на выступление ребят.

Сразу после занятий, переодевшись и прихорошившись у Сашки дома, мы отправились домой к другу, где было назначено место всеобщего сбора. Накатив для храбрости и настроения, усевшись в старенький микроавтобус Кости (барабанщика группы), отправились на место. Так как большую часть салона наши музыкальные гении забили инструментами, нам всем пришлось ютиться на двух сидениях. Вот и пришлось мне взять Кирюху на руки, а Сашке посадить к себе на колени бас-гитариста. Даже и не спрашивайте почему так, а не наоборот.

Не смотря на то что, к концу пути, мои ноги болели так, как будто по ним проехал трактор я была благодарна Кирюхе и всей банде. Только они смогли отвлечь меня от грустных дум. Ничего не могла с собой поделать, скучала я за ним. А когда думала, что не увижу его ближайшие два дня, вообще тошно становилось. А тут, попробуй погрусти, когда вокруг все орут и гарцуют, подпевая группе «Король и шут».

— Ты жива еще моя старушка? — поворачивается ко мне «убиватель коленей», в то время как Костя, заехав на парковку ресторана, останавливает машину.

— Почти, — кряхчу я, и стаскиваю себя тяжелую тушку друга.

Мы буквально вываливаемся наружу.

— Вау, — восхищенно произносит Сашка, крутя головой во все стороны.

— Как тут краси-и-во-о-о! — нараспев говорю я, пораженная увиденным.

Место очень живописное. Ресторан расположился на берегу реки, в уютной тени деревьев. Главное здание выполнено в русском стиле, этакая деревянная изба, а вокруг по всей территории располагаются сказочные персонажи из Пушкинских сказок. Это заведение и рестораном назвать то сложно, скорее что-то среднее между базой отдыха и загородным домом. Впереди главного здания полукругом располагаются комфортабельные беседки, лицом к реке, а напротив их — сцена, где сегодня и будут выступать ребята.

— Мы на улице будем? — спрашиваю у Кирюхи.

— Да, будет круто, оторвемся, старушечки, — притягивая нас к себе восклицает друг.

— Как будто в детский лагерь попала, — продолжает восторгаться Сашка.

— У вас в детском лагере наливали вискарь и играли рок? — смеюсь я с ее сравнения.

— Ксюш, ты сегодня просто отпад!!! Детка, да у тебя оказывается ножки есть и сиськи! — Кирюха ржет как конь, за что незамедлительно отгребает увесистый подзатыльник.

— За что? — взвывает остряк и столько обиды в глазах.

— Для профилактики, — встает на мою сторону подруга и демонстрирует ему кулак.

Я сегодня и правда превзошла себя в наряде. Вернее, это Сашка как мой стилист обнаглела до чертиков. Одела меня в коротенькую джинсовую юбочку и черный топик, с таким глубоким декольте, что мой второй размер запросто сошел бы за третий. Волосы мы решили собрать в элегантную косу «наизнанку», а стараниями подруги она казалась толщиной с кисть руки. Но каблуки я не одела. Как ни уговаривала она меня, осталась верной своим кроссовкам. Саша же была одета не менее откровенно, но более привычно для нее. Красное коротенькое коктейльное платье и распущенные волосы ниже плеч. Она у меня вообще завидная красавица, так что думаю отбоя от мужского внимания сегодня не будет.

— Так что, отпустил тебя твой следак? — потирая ушибленное место спрашивает Кирилл. А я тут же сникаю.

— Вот, не можешь не подгадить, — ворчит Саша.

— Да все в порядке, он занят очень, работы много, — успокаиваю друга.

Тем временем пятеро ребят галдящей толпой проносятся мимо нас вглубь ресторанного двора, Кирюха сообщив номер нашей беседки, спешит вслед за ними.

— Сегодня после выступления ребят, будет караоке вечер, может споем? — улыбается подруга и схватив меня за руку тянет вглубь ресторана.

— Если накатим хорошенько. Ты же знаешь, я от страха в обморок там грохнусь, — хохочу, представляя эту картину.

— Сейчас еще девчонки подтянутся, будет весело, — трет она в предвкушении руки и я понимаю, что вечер будет горячим.

Пока парни на сцене устанавливают оборудование, мы с Сашей и с Юлей (девушкой барабанщика Кости) усаживаемся в нашей беседке и делаем заказ. Наша беседка — самая дальняя. Огромным ее плюсом было то, что и сцену и всех остальных гостей было отлично видно. Через минут пятнадцать, милая улыбчивая официантка, приносит нам заказ, состоящий из легких коктейлей и закусок. Сашка наконец-таки убирает телефон из поля зрения и начинает вместе с нами увеселительную программу.

К тому времени, как ребята исполняют уже третью песню, мы будучи навеселе, во всю хлопаем и подпеваем им. Еще минут через тридцать к нам присоединяются только что подошедшие девчонки, подружки ребят из группы. Так что общение течет рекой, а тосты звучат все чаще и чаще.

Когда выступление ребят заканчивается, ресторан полон до предела. Мы с девочками из «навеселе» перешли в стадию «необдуманных звонков». Саша начала трезвонить своему Мише — Чанингу. А Юлька с девчонками пошла танцевать возле сцены. Я же вся истосковалась по своему Роме. Пару раз даже набрала его, но он не брал трубку.

— Опять, Лев Андреевич мучает совещаниями, — костерила я начальника на чем свет стоит.

к нам ребята стали «догонять» нас и обстановка снова стала шумной и веселой. На сцену вышел ведущий с местными музыкантами, после чего зазвучали типичные ресторанные песни. Киря что-то кудахтал о крутизне их группы, Саша кричала, что ей нужно еще выпить и во всю махала руками, подзывая официантку, а мной внезапно овладело странное чувство. Вот бывает такое, когда внутреннее чутье предостерегает, будто лампочка красная загорается в мозгу… нехорошее предчувствие, недоброе. Не понимая, что происходит, я откинулась на спинку сидения и покрутила головой, рассматривая окружение. Вроде все в порядке, но что-то неуловимое, какая-то тоненькая тревожная нить щекотала мои нервы, а я все никак могла ухватить ее. И тут взгляд сам собой зацепил до боли знакомый мужской силуэт. Несмотря на то что сидел он спиной ко мне, я могла дать руку на отсечение, что это он. Я узнала бы его даже в абсолютной темноте. Его идеальный затылок, слегка взъерошенные черные волосы, в которых я буквально вчера зарывалась и млела от наслаждения. Я даже запах его уловила. Словно зверь направила нос в его сторону и ноздри выхватили тонкий аромат его парфюма. Но как такое может быть? Он ведь на работе? Но ошибки быть не могло. Это он. И так сразу холодно стало и горько от обмана. Дрожь, которая минуту назад была легкой и едва ощутимой, превратилась в истерическое потряхивание. Я спрятала руки под стол, чтобы не было видно охватившего меня озноба. И вот я снова поворачиваюсь (лучше бы я этого не делала) и лицезрею как незнакомая мне худенькая брюнетка, с длинными практически до пятой точки волосами на высоченных каблуках подходит сзади и приобнимает сидящего Рому за плечи. В ответ на что он поворачивает голову и смотря на нее мило улыбается. Он мать вашу, улыбается ей в ответ!