Факультет защитной магии. Силуэт в сумерках (СИ), стр. 75

вам передать, что вчера вечером в баре "Пьяный мельник" он видел Кристофа Сайкса, -- выпалила я, решив не затягивать разговор.Осколки тонкого фарфора брызнули по каменному полу. По светлой обивке дивана и голубому подолу платья леди Глории расплылось тёмное пятно. Марта ахнула, опускаясь в кресло у окна.-- Так он всё-таки жив, -- задумчиво проговорил граф. -- Как интересно.-- Кто он такой? -- не удержалась я.-- Долгая история, -- пробормотала леди Глория, уставившись на своё испорченное платье.-- Я бы послушала, -- решила обнаглеть я.-- В другой раз, -- немного извиняющимся тоном ответил граф. -- Сейчас тебе лучше вернуться.-- В другой раз, -- повторила я эхом. -- Я запомню. Кстати, хотела ещё спросить, почему вы не возьмётесь за Карла Орено. Он совершенно точно причастен к этой истории.-- Мы знаем, -- кивнула леди Глория. -- Просто пока не придумали, как с ним... побеседовать.Я допила последний глоток чая, поставила чашку обратно на стол и встала. Не могла отделаться от разочарования. Очень надеялась, что мне объяснят смысл сообщения Лирса, но осталась ни с чем. Только с так и не разгаданной загадкой Джоргас и нарциссов.* * *В поисках проклятых нарциссов пришлось объехать целую дюжину цветочных магазинов. Никас с Максом не протестовали, таскаясь за мной, но лица у них всю дорогу были очень выразительными. Они явно решили, что я спятила. Я и сама понимала, что на дворе почти зима, и для нарциссов мягко говоря не сезон, к тому же особо популярными эти цветы никогда не были. Но все мои попытки отыскать в загадке Рейна какой-то смысл провалились. Осталось только выполнить просьбу буквально.Всё-таки я их нашла. С трудом отбилась от флориста, предлагавшего непременно добавить к ним целый стог всяческого сена и орхидею в придачу, как главную изюминку букета, заполучила свой простенький свёрток с пятью цветками и поехала, наконец, в универ.На первую пару, разумеется, со всей этой беготнёй не успела, пришла уже к середине. В аудиторию даже соваться не стала, вместо этого отправилась в кафетерий. И кофе хотелось, и мелькнула мысль самой попробовать выяснить, кто такой этот Кристоф Сайкс. Правда, устроившись с чашкой за столиком, я поразмыслила и решила не рисковать. Если за мной всё-таки следят, могут и обнаружить мой интерес к этому персонажу. И неизвестно, к чему это приведёт.За этими невесёлыми размышлениями меня и застал Нирин, нахально подсевший за мой столик. Макс начал было подниматься на ноги, но я жестом показала, что всё в порядке. Нирин, заметивший, кому я машу, криво улыбнулся и заметил:-- Рефератами ты, видимо, больше не занимаешься.-- Пока нет, -- развела руками я. -- Извини. Обратись к Тулеку из моей группы, он вроде бы относительно свободен.-- Спасибо за наводку, -- кивнул парень, вытаскивая из сумки планшет. -- Номерок его не продиктуешь заодно?-- Записывай, -- покладисто согласилась я.Пока Нирин тыкал пальцем в экран, записывая мобильный Тулека, я не без интереса разглядывала его дорогую, редкую пока игрушку. В руках такую держать мне ещё не доводилось, но я знала, что с неё, как и с телефона, можно выходить в сеть. Решение созрело мгновенно.-- Не окажешь одну небольшую услугу по старой дружбе? -- попросила я, когда номер был записан.-- Не вопрос, -- улыбнулся Нирин. -- Чем помочь?-- Одолжи свой планшет на четверть часика.Глава 12Разобралась с технической новинкой я без особого труда. От телефона она отличалась практически только размерами -- на таком экране просматривать странички было не в пример удобнее. Пока я этим занималась, Нирин тактично молчал и ел творожную запеканку, вроде бы составляя мне компанию за завтраком. Он даже и для меня принёс булочку с изюмом, но мне было не до еды.Кристоф Сайкс оказался личностью небезызвестной, хотя в том, что мне о нём слышать не доводилось, не было ничего особенно удивительного. Он был художником с довольно специфическим взглядом на искусство, и по официальной версии погиб в результате несчастного случая во время одной из своих... выставок. Случалось это как раз в год моего рождения.Судя по всему, официальная версия была... не вполне верной. Мягко говоря. И графа это не особенно удивило, кстати, как и Лирса. Потому можно было считать вполне очевидным, что история с кончиной этого типа была мутной. Вопрос заключался в том, что могло связывать его с графом Марино и профессором Лирсом. И вот этого я понять не могла.Любопытства ради глянула на несколько фотографий работ этого, как его именовали в прессе, "нетипичного художника". На мой скромный взгляд, собственно художественная ценность этих произведений была равна нулю. Любой дурак может навалить груду мусора и пафосно обозвать её апофеозом цивилизации. Это тебе не портьеру нарисовать так, что люди будут подходить и пытаться отдёрнуть.Тем не менее, судя по фотографиям, народ на выставки Сайкса валил толпами. На эпатаж велись, надо полагать, с этим у "нетипичного" был полный порядок, даже с перебором. Да и сам он был мужчиной довольно привлекательным. Одевался, конечно, как полный придурок, но попугайские рубашки до колен и до колен же зелёные узкие шорты явно были частью яркого публичного образа. А тёмные очки, которые он, кажется, вообще никогда не снимал -- так и не нашла ни одного кадра, где он был бы без них -- придавали таинственности. Ну, должны были, видимо, придавать.Особенной популярностью Сайкс пользовался у дам, причём не только просто богатых, но даже и аристократок всех возрастов. На фото демонстративная роскошь, типичная для жён и содержанок новых богачей, смешивалась со сдержанным шиком настоящих леди. И даже по этим статичным картинкам прошлого было нетрудно заметить, что выставленные произведения занимали эту публику куда меньше, чем сам их автор.-- Что-то интересное нашла? -- спросил Нирин.-- Вроде того, -- кивнула я, всё-таки беря с тарелки булочку. -- Спасибо.-- Пожалуйста. Ещё кофе принести?-- Если не трудно.Парень отправился к кофемашине, а я продолжила листать фотографии с очередными грудами мусора, покалеченными деталями автомобилей, просто красочной мазнёй на холстах и лицами восхищённых поклонниц. Одно из них заставило меня остановиться.Трудно было пропустить эти чёрные волосы, уложенные в сложную причёску, кобальтово-синие глаза в тени густых ресниц, точёные скулы и ярко-алые губы. Это точно была она, Ирэна Шталь. Впрочем, судя по году, когда был сделан снимок, уже Марино. Фотограф застал её в момент, когда она, одной рукой показывая на мешанину цветных пятен во всю стену, что-то говорила стоящему рядом Сайксу. Её вторая рука покоилась на его запястье, словно в попытке удержать мужчину рядом. Хотя