Факультет защитной магии. Силуэт в сумерках (СИ), стр. 22

в его лицо. Лунный свет отразился в пустых, застывших глазах мертвеца, затопив мою душу ледяным ужасом осознания. Я убила человека. Я только что убила человека...Глава 4Рейн тряхнул меня за плечо, выругался сквозь зубы, обнял за талию и потащил куда-то. Я не сопротивлялась, обмякнув, как тряпичная кукла, только механически переставляла ноги.-- Давай, Илона, нам нужно убираться отсюда.-- Он... я...-- И что? -- не выдержал Рейн, ощутимо меня тряхнув. -- У тебя не было выбора.-- Я могла... могла... ну...-- Не могла, -- отрезал парень, прибавляя шагу. -- Ты не владеешь техникой ментальных ударов.Конечно же, он был прав. Ментальная магия никогда мне не давалась, для этого нужны природные способности. Если их нет, можно и не пытаться. Всё, что я могу -- вот так ударить на поражение. А потом оправдывать себя этим, да...-- Ты не виновата, -- повторил Рейн. --Декар знает, что мы оба маги. Мог бы и позаботиться о защите для своих отморозков, но предпочёл сэкономить. Это его вина, не твоя.И снова всё было правдой. Но это никак мне не помогало. Я убила человека. Просто взяла и убила. Так просто. Никогда не считала, что окажусь способной на такое, но, как выяснилось, ошибалась. Наверное, и правда, каждый способен на убийство.Эта мысль пугала. Трудно было принять её, поэтому пока я просто шла вперёд, стараясь думать поменьше, чувствуя неприятный зуд в районе солнечного сплетения -- признак до дна вычерпанного резерва. Ещё и силу удара не рассчитала, вложила всё. Головокружение не проходило, перед глазами плавала тёмная муть. Одна я бы точно заблудилась. Точнее, даже и не встала бы.Мы вернулись к дороге, к машине наших преследователей. Рейн усадил меня на обочине неподалёку и пошёл к ней. Наклонился, поднял пистолет, проверил обойму и сунул оружие за пояс. Потом оттащил тело второго мужика подальше, за какой-то куст, и присыпал листвой. Я наблюдала за этим совершенно безразлично. Эмоции закончились, умерли, оставив в душе звенящую пустоту.Потом настала очередь машины. Заведя мотор, Рейн отогнал её подальше за деревья, насколько получилось, и вернулся ко мне. Сел рядом, тяжело дыша, ивытер пот со лба, размазывая по лицу грязь.-- Зачем? -- тихо спросила я.-- Машину будут искать, а здесьна дороге кое-где есть камеры. Попадём в кадр и попадёмся.Я кивнула. Разумное решение. Уж лучше подождать ещё кого-нибудь. Главное, чтобы дождаться в итоге не друзей этой первой парочки. Ведь не факт же, что их было только двое, хотя, конечно, навряд ли Декаррасщедрился отправить за нами целую армию.Нужно было отвлечься. На что-то, на что угодно, только бы не думать о случившемся, о тех двоих, которые были и перестали быть. Они больше не будут. Какой жестокой иронией сейчас звучит эта детская фразочка, раз за разом повторяясь в голове с разными интонациями. Так недолго и с ума сойти.Ища что-то реальное, чтобы переключить сознание, я видела только ночь, лес и дорогу. Пустую дорогу. Да, сейчас ночь, но мы, кажется, не так уж далеко от города. К тому же если где-то почти поблизости есть мотель для дальнобойщиков, значит, должны быть и сами дальнобойщики. Почему же их нет?-- Почему тут так... пусто? -- спросила я, тупо глядя на тёмную ленту асфальта.-- Потому что это шоссе ведёт к месту, которого нет.Произнеся эту странную фразу, Рейн немного помолчал. Потом посмотрел на меня, видимо разглядел застывшее на моём лице недоумение, и всё-таки сподобился пояснить смысл своей метафоры, или как там называется этот художественный приём, призванный впечатлить читателя красотой авторского слога:-- Я серьёзно, Илона. Тут раньше был военный завод, очень-очень секретный. Километрах где-то в пяти должен быть поворот к нему, увидишь. Муж Арлы, моей няни там как раз работал, потому они и жили неподалёку. Потом там случилась какая-то авария с кучей погибших и раненых, вышел большой скандал из-за того, что держать такое производство вблизи столицы опасно... словом, в итоге завод закрыли. После этого построили новую дорогу, более прямую и короткую, поэтому здесь теперь редко ездят.-- Так получается что, мы можем тут и неделю торчать? -- опешила я.-- Пробки на Ганарском шоссе случаются куда чаще, чем раз в неделю, -- хмыкнул Рейн. -- Тем более, утро понедельника на носу. Вот как только там кто-нибудь столкнётся, и движение встанет, самые предусмотрительные потянутся сюда. Хоть и на десять километров длиннее, зато не стоять.Ждать всё-таки пришлось довольно долго. Только когда небо вдали уже начало чуть светлеть, на дороге показалась машина. У меня сердце замерло от ужаса, но руку я подняла. Сладко надеясь, что в темноте не будет заметно, как она дрожит.-- Как вы, ребята, тут очутились?Я так и не смогла ответить улыбчивому старичку, глядящему на нас из окна своей старенькой, но очень ухоженной машины. Сердце колотилось, как бешеное, в горле пересохло, а язык буквально прилип к нёбу. Рейну пришлось самому отдуваться.-- На пикник с друзьями выбрались, --объяснил он. -- Ну, и заблудились.-- Ясно, -- усмехнулся в усы старичок, -- дело-то молодое... Ничего, бывает. Куда вам надо-то?-- В Форин, -- удивил меня ответом Рейн.-- Так это, ребята, в другую сторону.-- Да я знаю. Но сами видите, кроме вас никого. Может, до "Розы ветров" подбросите? Там хоть автобус останавливается, на нём доберёмся.Хорошо, что в этот момент старичок смотрел на Рейна, а не на меня. Иначе здорово бы удивился моей реакции на эти слова. Я натурально разинула рот, да ещё и глаза выпучила. Вот честное слово, чего никак не могла предполагать, так это того, что Рейнольду Марино, обыкновенноглядящему на мир сквозь тонированные стёкла роскошной тачки, известно о существовании автобусов. И уж тем более о конкретных местах, где они останавливаются.-- Да, -- кивнул старик, поглядев на часы. -- На второй как раз успеете. Садитесь.В машине я несколько раз задрёмывала, но быстро просыпалась и принималась равнодушно смотреть в окно. Увидела и поворот, о котором говорил Рейн. Но в остальном пейзаж был так же уныл и однообразен, как мои мысли. Вот если бы я училась, если бы умела... но не умела же. И выбора не было. И всё равно легче не становилось.Доехали мы довольно быстро, минут, кажется, за двадцать, может, и меньше. Остановились на обочине, у большой огороженной парковки, где стояло штук пять фур. За ними виднелась неоновая вывеска мотеля "Роза ветров". Поблагодарив, Рейн протянул старику деньги. Тот только отмахнулся:-- Не выдумывайте. Лучше поешьте и вымойтесь, нельзя же в таком виде в столицу.-- Спасибо, -- прошептала я.После всех